Читать онлайн «Основы научного антисемитизма». Страница 53

«Взбунтовались в деревне мужики, с косами и с вилами пришли под барскую усадьбу, гомонят. Вышел на крыльцо барин с тростью, с трубкой в зубах. Наступила мертвая тишина. Он говорит: «Ну чо, мужики? Чо надо то?» Они потихоньку побросали свои вилы и косы, разошлись. Вечером сидит в кабаке их заводила, пьет водку и вдруг как рявкнет: «Чо-чо? А ничо!»».

— Примерно такие же отношения наблюдаются и в еврейском вопросе: еврейство — это барин, который живет, как хочет и гнет свою линию несмотря ни на что; гойство — это неграмотные мужики, которые зависимы от барина, страдают от его эксплуатации, а в чем его конкретно обвинить — не знают.

Для всех евреи загадка, а для меня загадка — гои. Что за странный народ! Не пойму. Назовите мне еще кого-нибудь, кроме евреев, кому бы гои позволяли так безнаказанно хулить все, что для них наиболее свято и дорого. Значит, евреи для них еще дороже. Ну и дорожили бы, зачем же тогда они евреев ругают? Когда гои говорят: вот евреи такие, сякие, сухие, немазаные, я их спрашиваю: «А что, разве они нарушают закон?» — «Конечно, нарушают». — Но как именно нарушают, мне так ни разу и не удалось понять. дин адвокат, участник форума сайта Исраэля Шамира, на мой вопрос: «какие действия должен совершить человек, чтобы ему можно было инкриминировать «еврейство» как преступление?» даже дал мне такое мудреное разъяснение: ««Еврейство» нарушает не законы, оно противоречит источникам права. Именно это и является причиной «необъяснимой ненависти» к евреям. Когда человек не может объяснить, почему он ненавидит евреев. Хотя на самом деле все крайне просто — еврейство просто противоречит его условно называемому «основному нравственному закону»». Ну, как бы там ни было, не понятно, почему не предают суду нарушителей, тогда и весь еврейский вопрос был бы исчерпан! Правда, против евреев иногда выдвигаются и более конкретные иски. Вот возьмем, к примеру, наиболее распространенное «обвинение» евреев, высказываемое различными гойскими антисемитами, что евреи-де образуют в их странах «государство в государстве». Хорошо, допустим, что так, об этом писал еще в свое время Достоевский в «Дневнике писателя»: «Укажите на какое-нибудь другое племя из русских инородцев, которое бы, по ужасному влиянию своему, могло бы равняться в этом смысле с евреем? Не найдете такого; в этом смысле еврей сохраняет всю свою оригинальность перед другими русскими инородцами, а причина тому, конечно, этот status in statu (государство в государстве С.Б.) его, дух которого дышит именно этой безжалостностью ко всему, что не есть еврей, к этому неуважению ко всякому народу и племени и ко всякому человеческому существу, кто не есть еврей». Но даже Достоевскому не пришел на ум столь простой и естественный вопрос: кому нужен этот «status in statu», кто его поддерживает и защищает? Что это за «государственная власть», которая допускает и поощряет в своей стране существование каких-то явно враждебных народу криминальных «государств», почему деятельность этих нелегальных образований власть не пресекает или не может пресечь по закону? Еврею Максу Даймонту, в отличие от гойских исследователей, видится здесь более адекватная картина: «Они организовывались в «государство в государстве» — с разрешения властей стран проживания (курсив мой С.Б.). «Еврейские государства» управлялись согласно законам и этике Талмуда; Талмуд превращал эти «государства» в содружество. Для евреев Талмуд играл роль международного законодательства, регулирующего их моральное, этическое и деловое поведение, а также религиозную жизнь» (Евреи, Бог, история). — Это пишет, заметьте, не антисемит, а еврейский раввин, и тем не менее находятся люди, даже среди гоев, утверждающие, что мировое еврейство — миф! Понимают ли это гои, способны ли они осознавать реальность, ведают ли они сами, что творят, когда на словах осуждают еврейские «государства в государствах», но на деле разрешают их?

У нас нет однозначного ответа на этот вопрос, но есть однозначное резюме вышесказанному: там, где торжествует правосудие, там нет и не может быть места (по крайней мере, официальных разрешений на таковые) для двух одновременно действующих законодательств, двух управлений, гойской и еврейской парадигм, нет и не может быть никаких «гоев» и никаких «евреев», а следовательно нет и еврейского вопроса.

Одно из объяснений сей загадки (почему гои не приемлют идею правового государства) является то, что гойской парадигме присуще такое качество, как «традиционализм», т. е. привычка жить не по писаным законам и даже не в соответствии с собственным разумом, а по обычаям и общепринятым стереотипам поведения, интегральной частью которых, якобы, является врожденный антисемитизм. Мы можем отчасти согласиться с этим утверждением, но с той лишь оговоркой, что антисемитизм бывает не только «традиционным» но также вполне осознанным, разумным и законным. Посмотрим же, каким образом традиционализм делает гоев субъектами еврейского вопроса.

Выше мы писали, что гойство не имеет каких-либо своих специфических традиций, а здесь говорим о гойском традиционализме как об атрибуте гойской парадигмы, нет ли здесь логического противоречия? Если рассматривать термин «традиционализм» в широком смысле, то противоречия нет, ибо традиционализм и традиция (традиционализм в узком смысле) не одно и то же. Традиционализм как парадигма не есть даже некое общее философско-мировоззренческое учение, типа дугиновского или геноновского традиционализма (при всей спорности доктрины Дугина и Рене Генона, все же в ней просматривается разумное, критическое отношение к традициям: «я традицию принимаю и знаю, почему»), парадигма же есть определенный механический неосознанный стереотип поведения в отношении к традициям как к таковым, своего рода идолопоклонство перед традициями (не важно, какими). Точно так же, как дикарь приносит бессмысленные жертвы какому-нибудь истукану, так и традиционалист жертвует своими актуальными интересами во имя навязанной ему кем-то идеи. Конечно, могут сказать, что иудаизм для евреев тоже своего рода «традиционализм», однако это не совсем так, есть маленькая разница, что отличает его от гойского традиционализма. Евреи, как мы уже писали, придерживаются своей парадигмы не только потому, что «так надо», но, главным образом, потому, что так им выгодно, «тов ле-йегудим» (хорошо для евреев). А вот насколько гойский традиционализм хорош для гоев, мы посмотрим, вернувшись опять к российскому примеру.

С распадом Советского Союза и крахом социалистического строя советский народ, можно сказать, проиграл спор с русским народом за свое историческое существование, но это еще не значит, что русский народ здесь что-то выиграл. «Победив», русские не получили ничего, кроме национальной катастрофы, ибо хуже всякой революции может быть только одно: реставрация. Реставрация капитализма в России, а также православия и националистических предрассудков отбросила ее развитие на много веков назад, превратила из сверхдержавы, худо ли бедно конкурировавшей с Западом, в отсталый регион, ничего не определяющий и никому во всем мире не нужный — одним словом: «Верхняя Вольта» и без штанов. Однако в России, в отличие от Верхней Вольты, был свой модерн, который олицетворялся таким явлением, как советский народ. Но народ этот кому-то очень сильно мешал, и кому именно, долго искать не надо, но даже и не зная, кто конкретно фабриковал этот опереточный «традиционализм», заказчика можно всегда определить по латинской поговорке: «Is fecit, qui prodest» (сделал тот, кому выгодно). Вот теперь уже действительно можно поговорить о еврейской направляющей руке, ибо кому таки действительно были выгодны реставрация российской архаики и удушение советского модерна, так это мировому еврейству и западным глобалистам, целенаправленно поддерживающим всевозможные националистические и фундаменталистские движения в странах «третьего мира».

Таким образом, именно «патриоты» и «традиционалисты» из гоев оказываются первыми предателями своих народов, так или иначе поддавшиеся на провокации их врагов. Неужели не очевиден явно предательский дискурс их лозунгов и призывов: «вернуться назад!», «к корням и истокам», в то время, когда твои враги идут вперед, что это, как не отступление и капитуляция? Заметьте, что все их программные пункты в большинстве своем начинаются словами: «Воссоздание», «Восстановление» «Возрождение» и почти никогда словами: «Создание», «Учреждение» «Устранение». Они видят в модерне только деструктивную силу и не замечают конструктивную. Само собой разумеется, что за всяким построением скрывается разрушение, но разрушение не всегда имеет только негативный смысл. Мы разрушаем аварийные дома, отправляем на металлолом старые автомобили, но дурак будет тот строитель, который, перестраивая, станет придерживаться устаревших проектов и технологий, причем, тех, что содержат в себе те самые изъяны, что однажды уже привели всю конструкцию к аварии. Так, в Израиле какое-то время применяли в строительстве т. н. технологию «Паль-Каль» (легкие перекрытия), но после того, как произошло несколько аварий в зданиях, построенных по этой технологии, особенно всех потрясло крушение банкетного зала «Версаль» в Иерусалиме, повлекшее множество человеческих жертв, сия технология была запрещена законом, а ее изобретатели привлечены к суду. Также следует осудить и всех тех, кто пытается восстановить общественный строй, уже однажды разрушенный историей, а политические доктрины, уже однажды потерпевшие поражение и повлекшие за собой тяжелые социальные катастрофы, следует рассматривать как преступно подстрекательские. Всякая революция — это, в сущности, катастрофа, она подобна обвалу банкетного зала во время проведения в нем торжества (как и было в зале «Версаль»), но катастрофу можно было предотвратить своевременным контролируемым сносом аварийного строения. В политике таким контролируемым сносом являются реформы, которые всегда предпочтительнее революций. Революция — это закономерный, хотя и очень нежелательный вариант выхода из кризиса, но раз уж она произошла, назад пути нет. Возврат к старым верованиям, давно изжитым предрассудкам никогда и никому еще не приносил ничего хорошего.