Читать онлайн «Самый громкий процесс нашей эры. Приговор, который изменил мир». Страница 37

Можно отметить, что саддукейская концепция религии не имеет идеологического родства с дальнейшим иудаизмом, который является продолжением фарисейской традиции, а именно фарисейской традиции велел следовать Иисус: «Что они велят вам соблюдать, соблюдайте и делайте» (Мф., 23: 2-3).

Саддукеи отвергали «традицию отцов», которую фарисеи рассматривали как закон, поэтому их изображают противниками «устного закона». Исходя из этого принято считать, что суд саддукеев сухо руководствовался только письменной Торой, отметая все устные толкования. Значит, для саддукеев, по их видению права, не были препятствием ни праздник, ни ночное время суток, для них не принципиален запрет на заседание Синедриона вне Храма, ведь таких запретов письменная Тора не содержала. Значит, суд саддукеев мог происходить так, как описано евангелистами? Но этим судом нарушено и прямое письменное предписание Торы: караемое смертью обвинение не подтверждено двумя или тремя легитимными свидетелями! (Втор., 17: 6 и 19: 15). Кроме того, по письменному закону Торы есть существенная разница между «злословием на Бога», что не каралось смертной казнью, и богохульством, которое четко связывалось с произнесением Святого Имени Бога: «Кто будет злословить Бога своего, тот понесет грех свой; и хулитель имени Господня должен умереть, камнями побьет его все общество» (Лев., 24: 15-16). Следовательно, только за хулу Имени полагалось побитие камнями, а вот злословие Бога могло караться лишь публичным бичеванием. Но Иисус не делал ни первого, ни второго. Следовательно, даже с точки зрения саддукейского права Иисус не совершал доказанного преступления, караемого смертью.

Очень показателен эпизод Деяний (Деян., 5: 28), гласящий: «Хотите навести на нас кровь Того Человека», где первосвященник обвиняет апостолов в клевете на Синедрион, то есть сам первосвященник в присутствии судей и служителей спустя очень короткий промежуток времени, прошедший после суда и распятия, охарактеризовал рассказ о том, что Синедрион вынес смертный приговор Иисусу, как ложный навет и клевету. Если бы обвинительный приговор был вынесен этими же людьми и они считали Иисуса справедливо осужденным преступником Закона, они не отрекались бы от своих недавних действий. Ведь, свершив правосудие, они исполнили свой долг перед Яхве. То есть сами судьи считали, что они не имеют отношения к смерти Иисуса и причастности к ней не признавали.

Один из исследователей юридической стороны суда, X. Коэн, выдвигает парадоксальную версию, что целью ночного заседания было отнюдь не осуждение Иисуса, а, напротив, попытка спасти популярного провинциального равви из популистских соображений, для поднятия плебисцитарного авторитета храмовой верхушки. Якобы они хотели Его спасти ценой отречения от мессианских претензий. Маловероятная версия, но мы никогда не узнаем этого наверняка. Более логичным с политической точки зрения поступком коллаборационистов было бы тайное убийство опасно популярного народного лидера, поскольку Иисус представлял явную угрозу существующему порядку вещей и их власти. Устранение политических противников при помощи кинжала было обычной практикой в Иудее I в. Так поступали во все времена, во многих странах.

Могло ли быть иным отношение еврейского истеблишмента к провозглашению Иисуса машиахом? Видимо, да, ведь через некоторое время многие из них признали машиахов Первой Иудейской войны, а еще позже почтительно приняли «царя иудейского» Бар- Кохбу, стали на его сторону и оказывали всяческую поддержку.

Подводя итог исторического анализа Новозаветного повествования, можно с высокой степенью вероятности предполагать, что в том виде, который описали евангелисты, ни суд Синедриона, ни заседание саддукейского трибунала проходить не могли.

Если говорить о причастности иудеев к суду и убийству равви Иисуса, то возможно обвинить в преступлении только административную верхушку коллаборационистов, предавших свой Закон и свой народ. Интересы высших иудейских иерархов совпадали с интересами Рима, поскольку они были естественными союзниками оккупантов. Иудейская политическая верхушка срослась с оккупационной администрацией и панически боялась популярных народных вождей и любых бунтов. Видимо, именно их имел в виду автор кумранского свитка «Войны сынов Света» под пособниками киттиев, «бесчестящими Завет» (1QM + [4QMa]).

Исходя из вышесказанного, логично предположить, что, вопреки Евангелиям, Иисус погиб именно из-за того, что слишком много иудеев поверили в Него как в мессию - иудейского царя, а совсем не потому, что иудеи Его не приняли как пророка.

Очень характерным является резюме Луки оправдательного вердикта суда иудейских «начальников»: «Жители Иерусалима и начальники их, не найдя в Нем никакой вины, достойной смерти, просили Пилата убить Его» (Деян., 13: 27-28), тут нет логики только на первый взгляд. Но она у Луки есть: с точки зрения иудейского религиозного закона - никакой вины в действиях Иисуса «начальники» не находят, но предлагают Пилату казнить Иисуса в рамках своих политических полномочий, значит - преступник (на взгляд коллаборационистов) достоин смерти, но не по иудейским законам. Следовательно: мотив вне религии. Мотив в политике! А следить за политическим порядком в Иудее обязан представитель римской власти - прокуратор, или, вернее, «префект Иудеи» Понтий Пилат (лада. Pontius Pilatus). Пилата корректнее называть префектом (praefectus civitatis), а не прокуратором (procurator Caesaris - лицо уполномоченное налоговыми сборами), как именовал Пилата Тацит в «Анналах». Должность префекта ввел еще Август в 6 г. н. э., и только при Клавдии, с 44 г., правители Иудеи стали называться прокураторами(РайтДж. Э.Библейская археология). Теодор Моммзен, принимая во внимание беспокойное военно- политическое положение в Иудее, считал, что Пилату более пристало занимать должность префекта. Кроме того, в нашем распоряжении есть стела с посвятительной надписью, где упомянуто имя Пилата. Стела найдена в 1961 г. при раскопках театра в Кесарии, видимо, ее использовали при ремонте театра. На плите видны конечные части строк: