Читать онлайн «Описание земли Камчатки». Страница 122

Напротив того, некоторые от чрезвычайной той прибыли и свое потеряли, не хотя скоро выехать и желая больше обогатиться. Между тем, вдавшись в роскоши и не смея своим хозяевам явиться, там было и поселились, уповая, что и их, так как вышепоказанных, защитит от вывоза в свои места дальнее расстояние и малолюдство камчатских обывателей; однако в том ошиблись, к немалой пользе купцов, которые посылают в те места приказчиков.

Но с Камчатской экспедицией был у купечества весьма другой торг, в сравнении с камчатским, ибо все бывшие при оной жалованные люди покупали товары на наличные деньги, а камчатским обывателям принуждены они все отдавать в долг и ждать, пока они зимою из Орды возвратятся.

Тогда берут у них за товары свои мягкой рухлядью по тамошней цене, с преизрядною прибылью, так что хотя почти все купцы выезжают с Камчатки, оставив по несколько сотен долга безнадежного, однако барыша вывозят по самой малой мере вдвое или втрое.

Ежели же взять в рассуждение мену камчатских товаров на китайские, то за всеми проторями, которым по дальности расстояния, по трудности проездов, по дороговизне найма подвод и своего содержания весьма знатным быть должно, без ошибки можно получить по четыре тысячи на тысячу, как из нижеописанного можно будет яснее видеть. [Таким образом, не надобно удивляться, что вышеописанный мелочник в краткое время учинился купцом, по тамошним местам не постыдным.]

Но такую прибыль по большей части получают купцы, которые не свыше года живут в Камчатке; в противном случае немалый ущерб претерпевают.

Причины тому: 1) что они с приезда распродают, как можно, все свои товары и вещи, не жалея и платья, льстясь на дороговизну, а сами остаются ни с чем, уповая на скорый выезд; а когда остаются, за каким препятствием, в другой год, тогда нужные себе товары принуждены перекупать между собою двойною ценою; 2) что мягкая рухлядь чем более лежит, тем более отцветает, а следовательно, теряет свою доброту и цену; 3) что лежачие товары никакой им не приносят прибыли; а о скуке не привычному к тамошним местам, о бедном, но дорогом пропитании, о найма квартир и кладовых амбаров и о других тому подобных обстоятельствах и упоминать нечего, что все в случае скорого выезда избегается.

Похожие на Камчатке товары отчасти российские или вообще европейские, отчасти сибирские, бухарские и калмыцкие, а отчасти корякские из Анадырска.

Из Европы идут туда сукна цветные недорогой цены, холст, пестрядь, стамед, усольские ножи, всякая обувь, которая в Казань или в Тобольске закупается, платки шелковые и бумажные, вино красное, токмо помалу, сахар-леденец и белый, табак листовой, всякие серебряные мелочи и несколько позумента, также зеркала, гребни, пронизки и бисер.

Из Сибири – железная и медная посуда, железо полосное и деланное в разные инструменты, как, например, ножи, топоры, клепешные зубки и огнива. Оттуда ж возят воск, соль, пеньку и пряжу на сети, приятнейшие тамошние товары, а сверх того, лосину деланную, хрящ и сермяжные сукна. Из Бухарии и калмыцкой земли – выбойки, чалдары, зедени и другие еркецкие товары.

Из Китая голи, полуголи и другие, сим подобные материи, фанзы, лензы, китайка, шелк, китайский табак, китайские корольки, иглы, которые российским предпочитаются, и другие мелочи.

Из корякской земли – гарно, то есть всякие деланные и неделанные оленьи кожи, которые лучший тамошний товар составляют и которым много расхода, ибо других товаров надобно привозить, смотря по тамошнему месту, умеренно, ежели кто их желает продать хорошею ценою.

В противном случае, несмотря на дешевизну товаров, залежаться могут, для того что купить будет некому, ибо тамошние посадские о торге не стараются и при отъездах купцов остальных товаров не скупают, чтоб со временем с барышом продать, хотя могли бы от того получать и немало прибыли.

Для того что камчатские жители, будто бы последуя камчадалам, по большей части так поступают, что ничего себе не покупают, в чем не имеют нужды, какой бы дешевой ценой товар ни отдавали, а буде тот же товар понадобится после, то у своей братии или покупают, или выменивают четверной или пятерной ценой.

По какой цене привозные товары продаются, оного по вышепоказанной причине точно объявить нельзя. Токмо можно вообще сказать, что товар осенью, когда купцы приезжают и когда бывает как бы ярмарка, продается дешевле; а к весне, когда товары расходятся, дороже.

Но чтоб прибыль, которую купцы получают, изъяснить некоторым образом, то сообщу я здесь роспись некоторым товарам по цене, соответственно, как покупной, так и продажной:

А всякого товара расходится на Камчатке по привозной цене тысяч на десять, по продажной – тысяч на тридцать или на сорок; а на Кяхте получается по малой мере двойная прибыль. И ежели которому купцу случится в год на Камчатке и на Кяхте, когда позволяется, или в Иркутске исторговаться, то сей торг не можно почесть не прибыточным для купечества.

Вывозные с Камчатки товары состоят в одной мягкой рухляди, а именно: в морских бобрах, соболях, лисицах и малом числе выдр. И понеже прежде сего денег на Камчатке не бывало, но все покупали на мягкую рухлядь, а деньги вступили не весьма давно, того ради тамошние жители обыкновенно торгуют товары на лисиц, которые у них за рубль почитались; однако отдают деньгами или и лисицами, токмо уже не по рублю лисицу, но по чему когда цена состоит.

С вывозных товаров в Охотске берется десятая пошлина да за провоз по одному соболю с сорока, итого по пяти зверей с сорока.

Хотя о разных дорогах на Камчатку писать и нет нужды, для того что иные ныне почти вовсе оставлены, но довольно объявить о проезжих дорогах, которыми обыкновенно ездят, однако любопытный читатель и того не почтет за излишество, когда обо всех порознь объявлено будет, тем наипаче что такое описание имеет служить к изъяснению, какие в тех местах российские поселения, сколько к которому зимовью или острогу приписано ясачных и какого народа, сколько с них ясака и аманатов бралось, и по скольку человек посылалось из Якутска служивых; особливо же с какой трудностью и с каким продолжением времени ясачным сборщикам на Камчатку уходить должно было, хотя бы и от неприятельских людей не было им тогда в дороге опасности, ибо они и без того неизбежными имели неприятелями голод и холод, которые их часто губили.

А что сие правда, оное всякому легко рассудить можно, что казаки хаживали тем путем токмо в зимнее время. Скарб, амуницию и потребное к пропитанию важивали на нартах чрез знатное расстояние, самыми дикими, пустыми, и многим ужасным вьюгам подверженными местами, от которых по несколько времени обыкновенно стоят на одном месте; в таком случае не можно не изойти съестным припасам прежде времени.