Читать онлайн «Описание земли Камчатки». Страница 120

Оные холопы должны были стараться обо всем потребном к содержанию, а они как господа довольствовались готовым ни за какие труды не принимаясь. Для присмотра за холопами употребляли они наложниц своих из числа же холопов, на которых они, по прижитии детей, по большей части и женились.

А которые желали чрез супружество свойство иметь с вольными камчадалами, те давали им на себя записи, что они по прибытии священника дочерей их за себя возьмут.

Таким образом случалось, что у казака крестины невесты, свадьба, молитва и крестины детей отправлялись вместе, ибо во всех острогах один был священник, который жил в Нижнем остроге, а в другие приезжал чрез год или чрез два года, между тем многие, женившись по вышеписанному обыкновению, дав на себя запись, детей рождали, которых дьячку должно было крестить, а священнику, приехав, и родителей венчать, и совершать тайну крещения.

Камчатское житие казакам, как таким людям, которые не видали лучше, не неприятно казалось, тем наипаче что жили они, как дворяне за холопами. Соболей и другой мягкой рухляди получали довольно. В карты, которая их вящая была забава, имели что проигрывать.

Одно их мучило, что вина достать им было негде, однако и тот недостаток от охотников награжден вскоре, как ниже сего объявлено будет; а здесь надобно упомянуть о карточном их увеселении, какое они получали удовольствие и прибыль. Прежде сего лучшее сходбище у них было в ясачной избе; там были суды, советы, споры и зерновое место; а когда завелись кабаки, тогда все помянутое в них происходить начало.

Игроки приходили туда с соболями или лисицами, а когда того не доставало, приводили холопов. Лучшее у них место на полатях; игрывали в великую сумму до тех пор, пока оба оставались наги, ибо соболи и лисицы расходились на вино, на картяное и световое; а кто в выигрыше оставался, тот доволен бывал мнимою прибылью, ибо брал письмо о долге, которое они кабалой называли.

Почти поверить тому нельзя, какое при том бедные холопы терпели мучение: часто случалось, что в один день доставалось им иметь по двадцати хозяев, о чем и поныне многие с горестью воспоминают.

Что касается до изобретения вина, то оное нашли казаки большерецкие таким образом. Обычай у них есть всякие ягоды заготовлять в зиму, как уже выше объявлено. Некогда случилось, что ягоды к весне окисли и ни в какую потребу, кроме кваса, не были годны; между тем некоторые, пьючи скислый цельный рассол, почувствовали хмель в себе, чего ради, приготовив котел, перегнали оные с желаемым успехом, к великой радости всех жителей.

С тех пор на Камчатке без вина уже не было, а особливо когда проведано, что и из сладкой травы вино родится. Когда у них не доставало на вино ягод, тогда мочили они сладкую траву в воде и, положив в сусло толченых кедровых орехов и сквася, пили вместо меда. Но как и от того почувствовали шум в голове, тотчас устремились на опыты.

Вначале квасили сладкую траву в кипрейном сусле и то сусло перегоняли, но без успеха; потом начали и самую траву в котлы класть – тогда получили, чего искали. Но понеже сладкую траву в кипрейном сусле мочить убыточно было, то отведывали они гнать вино и из одной сладкой травы, в чем не меньший успех имели. И сей способ поныне в употреблении.

Каким образом сладкая трава заготовляется, о том во второй части сего описания упомянуто, а здесь осталось объявить, как из заготовленной травы вино выгоняют.

Сухую траву пластинами мочат они в теплой воде, налив воды в небольшое судно столько, чтоб трава могла погрузиться, и, положив в оную жимолостных ягод или пьяницы, замазывают крепко и ставят в теплое место. И сие называют они приголовком, который киснет с превеликим шумом.

Знак его совершенства: как перестает греметь, тогда мочат они сладкой травы в больших кадях пуда по два и по три и квасят объявленным приголовком, и при всем поступают, как выше показано, а сие называют они брагою. Когда брага греметь перестает, тогда кладут оную в чугунные или медные котлы, накрывают деревянной крышкой, в которую вместо трубы обыкновенно вмазывается ружейный ствол, и гонят раку до тех пор, пока в ней есть кислость.

Сия рака крепостью подобна хорошему вину, чего ради и пьют оную за вино, не перегоняя в другой раз. А ежели перегнать, то вино столь крепко бывает, что можно травить железо. Делают же брагу и без приголовка, заквасив водою, в которой мочена негодная трава, что по выгнании вина в котлах остается.

Из трех пудов или и из двух с половиною выходит раки печатное ведро, которое из казны по 20 рублей продавалось. [Прежде сего во всяком дворе бывала винная продажа у кого вина бывало насижено, тот и сам пивал, и других паивал за соболи, а когда у того не ставало, то все перехаживали к другому, и с тем, у которого пили.

Таким образом мягкая рухлядь вся вкруг ходила, а как учреждена казенная продажа, то вся начала в казну доставаться целовальникам, ибо казаки, выпив все вино у себя, со всем на кабаки приходят и пропиваются.

Но с тех пор как учинилось запрещение, чтоб вина им не сидеть, не столько они разоряются, потому что в долг им не дают, а на то, что купить, не завсегда имеют, притом которые из них редко в кабак зайдут, ежели не пьяные, приходят с тем, чтоб допить, как им надобно, в меру, которая состоит в том, чтоб повалиться бесчувственным.]

Если кому неизвестны тамошние обстоятельства, тот, проведав о помянутом пространном казачьем житье, без сомнения, пожелает ведать, откуда получают столь великие доходы; чего ради сообщу я здесь для таких любопытных краткое о прибытках их известие.

С начала завоевания Камчатки имели они хороший случай богатиться: 1) от частых походов на немирных камчадалов, которых они покоряли военною рукою; 2) от ясачного сбора, при котором каждому рядовому казаку по несколько мягкой рухляди доставалось на пай, ибо каждый камчадал, кроме ясака, должен был дать им по четыре лисицы или соболя: одного зверя – сборщику, другого – подьячему, третьего – толмачу, четвертого – на рядовых казаков; а такие излишние поборы назывались у них чащинами, а в Якутске – беляком; 3) от торга с камчадалами, которым они при сборе всякие мелочные товары продавали или в долг отдавали дорогою ценою, [в том числе бывали такие бессовестные люди, что однажды задолжив камчадала, вечно должником почитали, ибо ежели камчадал не в состоянии бывал заплатить всего долга, то уплата его не почиталась в уплату, хотя бы на нем и один токмо соболь остался, а 30 уплачено было].

И хотя по бывшем следствии оные излишние сборы отвращены [и старинных долгов править не велено], однако повольный торг с камчадалами состоит за казаками. Они снимают товары у купцов и, развозя по камчадалам, продают им двойною ценою и выше, но не все на мягкую рухлядь, ибо берут они по цене и потребное к своему содержанию, как, например, лодки, сети, съестные припасы и пр.