Читать онлайн «Библейский культурно-исторический комментарий. Часть 2. Новый Завет». Страница 143

13:20,21. Представление о сорокалетием правлении Саула, заимствованное из ранней иудаистской традиции, поддерживается также *Иосифом Флавием.

13:22–25. Воцарение Давида — кульминационный момент столетий ожиданий, на протяжении которых Израиль испробовал многие другие формы правления; *Мессия, о котором говорили пророки, — это Иисус, потомок Давида. Таким образом, они возвещают о Том, Кто превосходит величием древнего героя Давида.

13:26. «Дети рода Авраамова» — это иудейские слушатели Павла, а обращение «боящиеся Бога» может относиться либо к тяготеющим к иудаизму язычникам (ср.: 10:2), либо к *прозелитам (ср.: 13:43).

13:27–29. О том, что жители Иерусалима, обрекшие Иисуса на смерть, исполнили библейское пророчество, см., в частности, в Ис. 53, где говорится о рабе, отвергнутом своим народом; обычно первые христиане цитировали в этой связи и псалмы о праведном страдальце (Пс. 21 и 68). Лука не приводит все использованные Павлом цитаты, поскольку у него просто недоставало места на свитке, чтобы записать всю речь (см. ком-мент. ко 2:40).

13:30–32. Этот раздел Павловой речи особенно нуждался в подкреплении из Писания (13:33–35), поскольку в иудаизме не предполагались смерть и *воскресение *Мессии входе истории.

13:33. В иудаизме уже существовала традиция толкования Пс. 2:7 применительно к воцарению Мессии (наиболее отчетливо выраженная в *Свитках Мертвого моря). В Пс. 2 прославляется обетование Давиду о вечном царствовании его династии, обетование, которое регулярно упоминалось в храмовом богослужении с надеждой на его исполнение последним царем из династии Давида.

13:34. Павел цитирует Ис. 55:3 (а также, вероятно, 55:4, где надежда на спасение распространяется на язычников), показывая тем самым, что надежды Израиля неотделимы от исполнения обетования Давиду. 13:35–37. Объединяя тексты, в которых встречается одно и то же ключевое слово или выражение, *раввины использовали метод, получивший название gezerah shavah; возможно, Павел использует здесь слова «милости, обещанные Давиду» из Ис. 55:3, чтобы перейти к цитате из Пс. 15:10, где провозглашается, что потомок, которому посвящено обетование Давиду, не увидит тления (ср. также: Деян. 2:25–28).

13:38–41. Павел завершает свою проповедь словами из Авв. 1:5; он говорит «у пророков», потому что произведения малых пророков были объединены в одну книгу. Аввакум говорит о суде, угрожающем Израилю от халдеев (1:6), который выдержит только праведный остаток благодаря своей вере (2:4); здесь этот принцип применяется к суду в конце времен. В *Свитках Мертвого моря этот текст истолковывается применительно к тем, кто нарушил завет с Богом неверием в «учителя праведности» (основателя *Кум-ранской общины).

13:42,43. По свидетельству *Иосифа Флавия, язычники охотно и с большим интересом посещали *синагоги. Даже в IV в. христианский проповедник Иоанн Златоуст жаловался, что язычники — в данном случае христиане — все еще посещают службы в синагоге. Тем, кто проявлял интерес к иудаизму, но находил неприемлемым требование обрезаться, весть Павла вполне могла показаться привлекательной.

13:44. Когда известные ораторы (напр., Ди’он Хризостом) приходили в какой-нибудь город, послушать их собирались почти все его жители. Слухи о появлении нового оратора в синагоге Антиохии распространились быстро, и Павел, который чувствовал себя более уверенно в разъяснении Писаний, чем в произнесении речей в греческом стиле, был представлен как некий оратор или философ. 13:45,46. Ответ Павла и Варнавы иудеям имеет не один *ветхозаветный прецедент (ср.: Лк. 4:24–27; Ам. 9:7), но миссионеры идут даже дальше. Благословение язычников в Аврааме всегда входило в Божьи замыслы (Быт. 12:3), но приверженность людей религии своих предков, составляющей часть культурной традиции, общеизвестна; лишаясь своего уникального этнического компонента, национальная религия становится привлекательной для других народов, но вместе с тем отчуждается от своих собственных приверженцев.

13:47. Здесь они ссылаются на миссию раба из Ис. 49:6. Вне всякого сомнения, в 49:3,4 этот раб — Израиль, а в 49:5–7 — тот, кто, исполняя миссию раба, страдает ради Израиля (как в 52:13–53:12) и кого первые христиане отождествляли с Иисусом. Как последователи Иисуса, Павел и Варнава берут на себя часть миссии раба, ту ее часть, которая открывала путь спасения язычникам. 13:48,49. Поскольку евреи верили, что они предопределены к спасению по праву своего происхождения от Авраама, мысль о том, что многие язычники «предуставлены к *вечной жизни», была для них оскорбительной, но именно это подразумевается в Ис. 49:6 (см.: Деян. 13:47).

13:50. Древние источники сообщают, что многие знатные женщины интересовались иудаизмом (отчасти потому, что богатство оставляло им много свободного времени на размышления, отчасти потому, что в отличие от мужчин, они не сталкивались с проблемой обрезания, если всерьез задумывались об обращении); кроме того, эти женщины могли оказывать влияние на своих мужей. Местная знать составляла лишь небольшую часть населения, но сосредоточивала в своих руках огромное богатство и властные рычаги; из этих кругов выходили декурио-ны (члены городского совета), а их противостояние могло привести к изгнанию из города любых неугодных им людей. Но их власть носила локальный характер, и, направившись в Иконию, Павел и Варнава ушли из-под их юрисдикции.

13:51,52. Икония находилась дальше по той же дороге, на крайнем востоке Фригии — Галатии (если допустить вероятность, хотя и не бесспорную, что этот район назывался тогда «Галатией»).

Многие евреи, по возвращении в Святую землю, отряхивали пыль языческих земель со своих ног; поскольку храм считался более святым местом, чем вся остальная территория Израиля, они должны были отряхнуть прах со своих ног перед входом в храм. Павел и Варнава, вероятно, имели в виду, что те, кто отвергает их весть, — это язычники, осуждаемые Богом. Иисус повелел Своим ученикам следовать этой практике даже в иудейской Палестине (Лк. 10:10–12).

14:1—7

Противостояние в Иконии

14:1–4. Хотя Икония была богатым и процветающим городом, по величине она значительно уступала Эфесу или, скажем, Смирне. Если городская культура по всей империи тяготела к единообразию по грекоримскому образцу, то сельское население сохраняло местный язык и обычаи, а в городах, подобных Иконии, эти тенденции сочетались. Странствующие учителя, несомненно, привлекали к себе больше внимания в маленькой Иконии, чем в крупных городах. Поскольку в Иконии говорили на местном, фригийском наречии, Павел и Варнава могли обращаться в основном к говорящим по-гречески представителям высших слоев общества, либо пользоваться услугами переводчиков (ср.: 14:11,14); но, скорее всего, большинство людей понимали греческий язык, хотя он не был их родным.

Среди богов, которым поклонялись язычники в Иконии, наиболее почитаемой была Кибела, фригийская мать-богиня; известны были и мистериальные культы. Но надписи свидетельствуют о том, что христианская вера постепенно распространилась и здесь, а позднее Икония стала одним из крупнейших центров христианства в Малой Азии.

14:5. По закону городские власти могли предпринимать любые меры для предотвращения беспорядков; в случае с Павлом и Варнавой официальные лица могли успокоить народ, законным путем выслав их из города. Таким образом, заговор с целью убийства апостолов выходил за рамки закона. 14:6,7*Иония находилась во Фригии, на границе с Ликаонией, где были города Листра и Дервия. Кое-кто считал бегство поступком недостойным, но еврейские учителя предпочитали бегство смерти, если речь не шла об отречении от Божьего *закона.

14:8—20а

Проповедь в Листре

14:8. В течение полувека Листра была рим-ской *колонией, а ее жители пользовались привилегиями римских гражДан. Благодаря этому Листра, как и Антиохия Писидийскоя, отличалась от других греческих городов этого региона устойчивостью местных традиций и римским стилем жизни.