Читать онлайн «Убийство демократии: операции ЦРУ и Пентагона в период холодной войны». Страница 98

Как же тогда понимать тот факт, что Андреас Папандреу, как позже сообщалось, сотрудничал с ЦРУ в начале 1960-х? (Он раскритиковал публикацию отчета, но не отрицал обвинение) [11]. Если это правда, то эта функция была вполне совместима с либеральными взглядами, особенно в то время. Это былр несовместимо только с его видением Греции как независимой от американской внешней политики, но об этом он узнал позднее.

Что касается старшего Папандреу, то его антикоммунистический послужной список времен его работы премьер-министром — на этот пост он был назначен британцами — в годы гражданской войны против левых в 1944–1945 годах был безупречен. Ноон также демонстрировал беспокойство по поводу независимости Греции от западных сверхдержав. Он не поддался давлению Джонсона и не пошел на компромисс с Турцией в отношении Кипра. Он принял приглашение посетить Москву, и, когда его правительство сообщило, что примет советскую помощь в подготовке к возможной войне с Турцией, американское посольство потребовало объяснений. Кроме того, в попытке залечить старые раны гражданской войны Папандреу начал повторно вводить определенные гражданские свободы и допускать в Грецию некоторых из тех, кто боролся против правительства в период гражданской войны [12].

Когда Андреас Папандреу приступил к своим министерским обязанностям в 1964 году, он был потрясен, обнаружив суровую реальность техноиндустри-ального государства — проникнувшая повсюду спецслужба, ставшая теневым правительством и неподвластная контролю национального, номинального, лидера. Это, как думал Папандреу, было причиной многих препятствий, с которыми правительство сталкивалось в попытке реализовать свою политику [13].

Греческая Центральная служба информации (KYP), с сотнями сотрудников, обученных в Соединенных Штатах, как мы видели, была создана УСС/ЦРУ в ходе гражданской войны. Один из этих людей, Георгиос Папа-допулос (George Papadopoulos), и стал лидером хунты, захватившей власть в 1967 году. Андреас Папандреу обнаружил, что KYP регулярно прослушивала министерские переговоры и передавала данные ЦРУ. Многие западные спецслужбы в течение длительного времени предоставляли ЦРУ информацию об их собственных правительствах и гражданах, а ЦРУ время от времени платило за эти услуги. Причем характер большей части этой информации был таков, что если бы частное лицо передало ее иностранной державе, оно могло быть обвинено в измене.

В результате своего открытия младший Папандреу уволил двух начальников KYP и заменил их надежными сотрудниками. Новому директору приказали защитить кабинет министров от наблюдения. «Он возвратился сконфуженный, — вспоминал Папандреу, — и сообщил, что не смог этого сделать. Все оборудование было американским, управлялось ЦРУ и греками под руководством ЦРУ. Между этими двумя службами не было никакой разницы. Они дублировали функции друг друга. В действительности они являлись единым ведомством» [14].

Приказ Андреаса Папандреу прекратить прослушивание кабинета вдохновил заместителя начальника миссии американского посольства Норберта Аншутца (Norbert Anshutz, или Anschuetz) нанести ему визит.

Связанный с ЦРУ Аншутц потребовал от Папандреу отмены приказа. Андреас, в свою очередь, сказал, чтобы американец покинул его кабинет, что тот и сделал, но прежде чем уйти, предупредил Андреаса о «последствиях» [15].

Тогда Папандреу поручил новому заместителю директора KYP провести тщательный обыск в его доме и офисе на предмет обнаружения электронных устройств. «Намного позже, — говорит Андреас, — мы обнаружили, что он просто установил множество новых жучков. Подумать только, мы поставили номером два платного американского агента» [16].

Попытка Андреаса положить конец финансированию KYP напрямую из ЦРУ, минуя греческое министерство, также потерпела неудачу, но ему удалось перевести на другую должность человека, который был связующим звеном между этими двумя спецслужбами в течение нескольких лет. Это был Георгиос Пападопулос. Однако смена должности оказалась не более чем формальностью — КУР по-прежнему получала от него приказы. Даже впоследствии заместитель главы ЦРУ в Афинах Джеймс Поттс (James Potts) часто говорил греческим оппозиционным политикам: «Взгляните на Георгиоса — это мой мальчик» [17].

В середине февраля 1967 года состоялась встреча в Белом доме, как сообщал Маркие Чайлдс, для обсуждения отчетов ЦРУ, которые «не оставляли сомнений в том, что идет подготовка военного переворота… Навряд ли это было секретом. С 1947 года греческая армия и американская военная группа содействия в Афинах, численностью несколько сотен человек, работали как члены одной команды… Важный вопрос состоял в том, можно ли с помощью некоторого неявного политического вмешательства предотвратить переворот» и таким образом сохранить парламентаризм. Однако в итоге встречи пришлось констатировать:

«…ни один из планов действий не годился. Как вспоминал один из высокопоставленных гражданских участников совещания, Уолт Ростов (Walt Rostow), советник президента по вопросам национальной безопасности, закрыл встречу такими словами: «Я надеюсь, вы понимаете, господа, что вывод, к которому мы здесь пришли — или, скорее, не пришли, — делает развитие событий в Греции неизбежным» [18].

Отчет ЦРУ, датированный 23 января 1967 года, определял группу Папа-допулоса как организаторов переворота и, очевидно, был одним из отчетов, обсуждавшихся на февральской встрече [19].

Из пяти заговорщиков, пришедших к власти в апреле, четыре, по сообщениям, были тесно связаны либо с американскими военными, либо с ЦРУ в Греции. Пятый был введен в состав хунты, потому что командовал танковыми частями [20]. Георгиос Пападопулос стал фактическим лидером военного правительства и позже в том же году взял себе титул премьер-министра.

Среди старослужащих американской военной миссии в Греции ходило модное выражение: Пападопулос стал «первым агентом ЦРУ, который занял пост премьер-министра европейской страны». «Многие греки считают, что это чистая правда», — сообщил Чарлз Фоли (Charles Foley) в лондонском «Обозревателе» (The Observer) [21].

На момент переворота срок службы Пападопулоса на ЦРУ насчитывал приблизительно 15 лет [22]. Одной из причин успеха его сотрудничества с ЦРУ, возможно, была верная служба полковника Пападопулуса в годы Второй мировой войны. Когда немцы вторглись в Грецию, Пападопулос служил капитаном в нацистских батальонах безопасности, главная задача которых состояла в уничтожении греческих борцов Сопротивления [23]. Он был, как говорят, большим сторонником «нового порядка Гитлера», и дальнейший результат его деятельности во власти не заставил усомниться в этом утверждении. Фоли пишет: когда на одной из вечеринок в Афинах в разговоре с американским военным советником он упомянул немецкий опыт лидера хунты, американец намекнул, что высокая исполнительность Пападопулоса в отношении американских желаний была связана и с этим тоже. «Георгиос очень эффективно работает, — сказал он с улыбкой, — потому что в Вашингтоне есть документы, ход которым он не хотел бы дать» [24].

Фоли писал:

«…активная официальная пропаганда изображала коммунизм как единственного врага, когда-либо имевшегося у Греции, а ужасы немецкой оккупации настолько преуменьшала, что даже нацистские злодеяния были показаны как спровоцированные коммунистами. Это переписывание истории ясно отражало обеспокоенность диктатора тем, что опасный пробел в его официальной биографии может быть однажды заполнен» [25].

Согласно переписанной истории, члены батальонов безопасности были «героями Сопротивления» [26].

Наиболее глубокий и несмываемый след в семилетием греческом кошмаре оставили воспоминания о широком применении пыток. Джеймс Бекет (James Becket), американский юрист, посланный в Грецию от организации «Международная амнистия» (Amnesty International), написал в декабре 1969 года, что, «по самым скромным подсчетам, количество замученных людей составляет не менее двух тысяч» [27]. Бекет провел несколько тяжелых разговоров с жертвами пыток:

«Людей беспощадно пытали просто за листовку, критикующую режим. Зверства и жестокость — с одной стороны, бессилие и беспомощность — с другой. Над людьми издевались, и с этим ничего нельзя было поделать. Это было как выслушивать друга, у которого обнаружили рак. Какую поддержку, какое мудрое решение может дать тот, у кого все в порядке? Пытка может длиться недолго, но человек никогда уже не будет прежним» [28].

Как сообщил Бекет, некоторые палачи говорили заключенным, что частью их оборудования стала американская военная помощь: специальный «толстый белый двойной кабель», использовавшийся как кнут, был одним из средств, как и головные тиски, известные под названием «железный венок», которые сильно сжимали вокруг головы или ушей [29].

Делегация «Международной амнистии» описала много других методов пыток, обычно используемых во время правления «черных полковников». Среди них были: