Читать онлайн «100 великих монастырей». Страница 75

Оказавшись наставником этой братии, преподобный Паисий встал перед необходимостью «поучать» ее, но поучать следовало не собственному разумению (уже одна претензия на это считалась ересью), а от «богодухновенных писаний» и от «святых отцов». Поэтому преподобный Паисий и его ученики стали активно собирать и переписывать славянские книги.

Монахи жили в тесноте, и тогда отец Паисий стал подумывать о возвращении во Влахию, чтобы там устроить новый монастырь. Когда изза притеснений хозяйничавших на Святой горе турок братии пришлось уехать, у них уже было собрано много интересовавших их книг. Вместе с 60 иноками он добрался до Влахии, но не нашел подходящего места и пошел в Яссы. Здесь он получил от молдавского митрополита дальний монастырь, в котором и поселился со своими единомышленниками, а в 1763 г. перебрался в дальний молдавский монастырь Драгомирна (во имя Сошествия Духа Святого). Здесь началась серьезная переводческая деятельность «родимца полтавского», принесшая отцу Паисию репутацию восстановителя древних монашеских традиций и титул «великого старца»[66]. Плодом трудов преподобного Паисия явились переводы творений 24 «отцов-аскетов», составивших первое русское «Добротолюбие».

Когда был заключен мир между Австрией и Россией, часть Молдавии и Буковины отошли к Австрии. Монастырь Драгомирна перешел в латинскую область, сразу же начались гонения униатов. Тогда игумен пограничной области Секула пригласил отца Паисия перейти к нему с братией и занять почти опустевший монастырь Иоанна Предтечи.

Ревностный старец Паисий привел с собой до 300 братий и перенес в новую обитель строгий устав Драгомирны. Инокам было тесно их новое жительство, и тогда отец Паисий стал писать новому господарю Константину Мурузи, чтобы даровали им другую обитель. Им была предложена Нямецкая лавра, которая оказалась очень открытой, что не способствовало безмолвной жизни. К тому же населявшие ее иноки громко роптали на преподобного Паисия, будто бы силой вторгшегося к ним. Смиренный старец не захотел такого общежительства, и во второй раз написал господарю, что не хочет приобретать обитель протии воли ее иноков. Но ответ получил очень короткий: «Сотвори послушание и иди в Нямец, ничто же рассуждая».

И тогда отец Паисий, хоть и был душевно удручен, отправился в Нямецкую лавру со своим братством. Они пришли в обитель в праздник Успения, преподобный Паисий приложился к чудотворной иконе Божией Матери, а ночью ему приснился сон, после которого он получил внезапное облегчение от терзавших его тревог. На другое утро он сам совершил торжественную литургию, а потом призвал к себе старцев обители, успокоил и утешил их, так что они перестали роптать и добровольно предали себя его руководству.

Так, с 1779 г. и до самой своей смерти, исполнял преподобный отец Паисий обязанности игумена Нямецкой лавры, где также установил чин Драгомирской обители. Собравшиеся вокруг него 400 братий, желавшие проходить послушание в соответствии с традициями древнего православного монашества, заполнили обитель и все окрестные скиты.

Для молдавского края этот монастырь имел такое же значение, как Киево-Печерская и Троице-Сергиева лавры для России. На протяжении пяти столетий Нямецкая обитель была источником религиознонравственного просвещения православных молдаван, из ее стен вышло много молдавских епископов и митрополитов.

Нямецкая лавра в Запрутье, которая ведет свою историю с 1367 г., всегда пользовалась покровительством молдавских господарей. Известно, что устроителем соборного храма лавры был господарь Стефан Великий.

В Нямецком монастыре преподобный Паисий создал своеобразную духовную школу, ученики которой сыграли большую роль в возрождении православного монашества. Целью иноческих подвигов он поставил духовное возрастание во Христе, а средством к достижению этой цели и стал «путь старчества». По заведенному преподобным Паисием порядку братия каждый день открывала свои помыслы духовным отцам. Если между иноками возникало какое-нибудь неудовольствие, оно должно было в тот же день закончиться примирением. Если же кто-то не хотел мириться, того преподобный Паисий подвергал отлучению, чтобы он и на порог церковный не смел ступать, и молитву «Отче наш» не читал, пока не примирится. Келья самого преподобного Паисия не закрывалась до позднего вечера, и каждый инок мог прийти к нему со своими душевными и телесными недугами. В своих наставлениях старец не упрекал их, а старался утешить и направить на путь истинный.

Среди монахов, собравшихся вокруг преподобного Паисия, были люди самых разных национальностей: молдаване и русские, украинцы и болгары, сербы… Поэтому преподобный Паисий установил параллельное богослужение на молдавском и церковнославянском языках, а также составил монашеский «Устав и чин общежительной жизни». Широко известна была и просветительская жизнь преподобного Паисия, написавшего много богословских сочинений[67].

Как религиозный центр края, Нямецкая лавра обладала большими богатствами и имела угодья, скот, имения и другое добро как в Молдавии, так и в Бессарабии. И очень многих манило это богатство! Над знаменитым монастырем, как и над всей православной церковью Молдавии, разразилась гроза. В 1859 г. княжества Валахия и Молдавия объединились в единое государство во главе с Александром Кузой. Правительство нового государства решило подчинить себе Молдавскую православную церковь и приняло соответствующий документ, согласно которому не только сами министры, но и их подчиненные могли свободно распоряжаться епископскими кафедрами и настоятельскими местами, не спрашивая на то разрешение митрополита. Вполне естественно, согласно опять тому же документу, решено было провести конфискацию церковных и монастырских имений в пользу государства. И чтобы претворить свои планы в жизнь, власти создали особую комиссию из пяти светских и двух духовных лиц, в обязанности которой входило заведывание монастырскими делами в княжестве.

В середине июня 1859 г. комиссия, которую иеросхимонах Андроник (свидетель тех событий) назвал «разбойничьей», без предупреждения нагрянула в Нямецкую лавру в сопровождении жандармов и объявила настоятелю монастыря архимандриту Герасиму, что они явились отобрать монастырские имения. На это благородный старец ответил: «По доброй воле я не отдам монастырских имений. Правительство их может отобрать только силой, так как братия не имеет оружия, чтобы противиться». Возмущенные столь «дерзким ответом», члены комиссии приказали братии собраться в трапезной, где и зачитали им указ об изъятии монастырских земель. Пока пораженные иноки пребывали в недоумении, комиссия уже опечатывала двери монастырского архива и канцелярии, где хранились документы и дарственные грамоты, дававшие обители право владеть землями и имениями.

Была опечатана также и библиотека Нямецкой лавры, в которой хранились ценные книги и рукописи на разных языках. А затем комиссия посягнула на вековые правила монашеской жизни. Как указывалось выше, по «Уставу» богослужение в лавре велось на молдавском и славянском языках. А комиссия взяла и закрыла все книги на славянском языке, запретив отправлять службу на церковно-славянском языке и поминать русских святых. Протесты монашествующей братии не дали никакого результата, а последующие гонения на иноков привели к тому, что они стали тайно покидать лавру и уходить в другие монастыри (в основном на Святой Афон).

Многие, ища покровительства православного императора России, подались в Бессарабию, которая еще в 1812 г. вошла в состав Российской империи.

В Бессарабии у Нямецкой обители было много имений (Копенка, Кицканы, Котово, Немцены и др.), которыми управлял особый уполномоченный Лавры. В тот период им был иеромонах Феофан Кристя. Узнав об ограблении Нямецкой лавры, он немедленно подал прошение архиепископу Кишиневскому и Хутынскому Антонию с ходатайством найти способ защитить Лавру. А если выход из сложившейся ситуации не будет найден, то просить Святейший Синод Российской империи о разрешении построить в Бессарабии новую обитель, которая стала бы продолжательницей традиций Нямецкой лавры. С подобным прошением отец Феофан обратился и к митрополиту Софронию Миклеску — защитницу православной церкви в Молдавии. Митрополит Софроний наделил отца Феофана особыми полномочиями на право ходатайствовать перед российским правительством о защите православных монастырей Молдавии.

Наделенный такими полномочиями, отец Феофан в 1860 г. отправился в Санкт-Петербург. Он поставил перед собой задачу (одну из многих) — хлопотать о возвращении имений Кицканы и Копанка во владения Нямецкой лавры. В ноябре этого же года соответствующие решения были приняты, но свои имения Лавра не получила. Румынское правительство и, в частности, министр по церковным делам решили лишить отца Феофана всех полномочий, возвратить его на родину и арестовать здесь. Для выполнения своей цели они даже пытались склонить братию Нямецкой лавры подписать документ, в котором говорилось, что они лишают отца Феофана полномочий и сами требуют его возвращения в монастырь. Но иноки отказались его подписать.