Читать онлайн «День помощи». Страница 102

Находиться в постоянном напряжении, в ожидании того, что в любую минуту тебя могут обнаружить, очень тяжело. Поэтому при словах акустика о том, что шум винта американского эсминца удаляется, подводники с "Костромы" вздохнули с облегчением.

Одним из важнейших качеств подводника всегда являлось терпение, необходимое и в тот момент, когда подлодка подбирается к ничего не подозревающему противнику для смертельной атаки, и когда над головами кружат чужие эсминцы и вертолеты, и кажется, что вокруг тебя сжимается стальное кольцо облавы. Но всякому терпению есть предел, и весть о том, что противник, устав зря жечь горючее, решил прекратить поиски, всегда радует моряков. Так и сейчас экипаж "Костромы" испытал облегчение, поняв, что охота на них безуспешно завершилась. Субмарина, находившаяся почти на предельно допустимой глубине, начал медленное всплытие.

– Что ж, у русских есть еще неплохие субмарины, которыми командуют опытные шкиперы, – произнес американский адмирал, после сообщения о том, что брошенные на поиски чужой подлодки самолеты и вертолеты вернулись на авианосец. – Не хотел бы я встретиться с ними во время настоящего конфликта. Что еще? – адмирал взглянул на вошедшего в помещение поста адъютанта.

– Сэр, – молодой лейтенант вытянулся в струнку перед командиром. – Получен приказ завершить учения и следовать к французскому побережью.

– Наконец-то хорошая новость, – усмехнулся адмирал. – Громкую связь!

Через минуту усиленный динамиками голос командира соединения разнесся оп многочисленным помещениям авианосца. Кроме того, речь командующего транслировалась и на все корабли эскорта.

– Джентльмены, – матросы и офицеры, услышав слова Хэнкока, невольно задерживали дыхание. – Рад сообщить вам, что командование удовлетворено результатами учений. Все поставленные перед нашим соединением задачи оно признало выполненными полностью. Теперь нам дан приказ следовать к берегам Франции. Маневры "Северный щит" для нас завершены. Благодарю всех за отличную работу, господа!

Крики радости прокатились по громадному кораблю, и предвкушающим отдых на твердой земле морякам с "Рузвельта" вторили команды дюжины эсминцев и крейсеров. Американский флот вновь продемонстрировал всему миру свою мощь, и теперь, с чувством выполненного долга, можно было мечтать о развлечениях, которых эти молодые, полные сил мужчины были лишены несколько недель.

А на борту "Костромы", все же вышедшей на связь с базой в положенный срок, тоже приняли схожую радиограмму, но лишь немного позже.

– Товарищи, – капитан обвел взглядом находившихся в центральном посту офицеров и мичманов. – Командование считает, что поставленная перед нами задача выполнена. Американцы закончили маневры и следуют к родным берегам. Нами получен такой же приказ. Благодарю всех за службу, товарищи!

И почти одновременно радиограмму схожего содержания получили также на борту американской ударной субмарины "Майами", бороздившей холодные воды Баренцева моря.

– Нам приказано вернуться в Атлантику, – сказал, обращаясь к своему старпому, командир субмарины, кэптен Дуглас Макнайт, прочитав текст короткого сообщения. – Наша миссия в этих водах закончилась.

– И это хорошо, – старший помощник при воспоминании о последних полутора неделях только поморщился. – Мне, признаться, изрядно надоело болтаться здесь, дразня русских. В том, что мы сумели ни разу не привлечь их внимание, большая доля везения, командир.

"Майами", одна из полусотни ударных атомных субмарин типа "Лос-Анджелес", похожих друг на друга, точно близнецы, составлявших ныне основу подводного флота Соединенных Штатов, в течение последних десяти дней выполняла особое задание. Подводная лодка, скрытно проникнув в Баренцево море, воды, которые Россия рассматривала как свои исконные, всячески препятствуя появлению там чужаков, осуществляла слежение за выполнявшей маневры в этом районе русской эскадрой.

Группа кораблей во главе с единственным русским авианосцем "Адмирал Кузнецов" привлекала внимание натовских экспертов, и наблюдение за ней велось одновременно с воздуха, с воды, из глубины и даже из космоса, с многочисленных американских разведывательных спутников. Столь масштабные маневры российского флота проводились в последние годы нечасто, а в нынешних кроме большей части боеспособных кораблей Северного флота принимали участие многочисленные атомные подводные лодки, а также ракетоносцы морской авиации. Этим и объяснялся интерес американцев и их союзников к учениям. Каждый маневр, каждое действие русских моряков и летчиков скрупулезно фиксировались, чтобы затем специалисты, изучив эти данные, смогли сделать выводы о новых русских тактических приемах и вообще о боевых возможностях и флота и авиации.

"Майами" в числе целого соединения субмарин вела наблюдение непосредственно за русскими кораблями, иногда приближаясь к эскадре на считанные мили. Походы американских подлодок в эти воды не были редкостью, и порой даже случались столкновения с русскими кораблями и субмаринами в считанных милях от побережья Кольского полуострова. Объяснялась такая активность тем, что ныне именно в Баренцевом море несли боевое дежурство русские стратегические ракетоносцы, ракеты которых из этого района могли поражать большую часть территории Соединенных Штатов. Отсюда, из этих вод, надежно даже по нынешним меркам защищенных надводными кораблями и береговой авиацией, русские могли нанести ядерный удар, а потому необходимо было постоянно контролировать их действия.

Кэптен Макнайт не первый раз выполнял подобное задание. Он был одним из немногих подводников, имевших реальный боевой опыт, пусть опыт тот и ограничивался десятком выпущенных по территории Ирака "Томагавков", а потому ему и доверяли чаще других шкиперов сложные задачи.

На этот раз задача действительно была не из легких, ведь приходилось все время держаться поблизости от эскадры, половину которой составляли эсминцы типа "Удалой", специально созданные русскими для борьбы с вражескими субмаринами. Их мощные гидролокаторы и палубные вертолеты "Геликс" могли в любое мгновение обнаружить подкравшуюся вплотную американскую субмарину, начав на нее охоту. Однако Макнайту повезло, и единственный контакт, установленный русскими, длился считанные минуты.

– Однако русские все же оказались не такими умелыми, – вспомнив о тех минутах волнения, кэптен довольно улыбнулся. – Они не могут обнаружить чужаков у себя под носом. Если дойдет до крайних мер, мы в этих водах будем хозяйничать, как у себя дома.

– Да, на этот раз русские не произвели на нас впечатления, сэр, – кивнул старший помощник.

Когда один из русских эсминцев все же нащупал притаившуюся совсем рядом подлодку своим гидролокатором, многие на борту "Майами" думали, что их поход закончен. Соревноваться в скорости с кораблями и тем более с вертолетами было бессмысленно, к тому же Баренцево море было довольно мелким, и возможности субмарины погружаться почти на полкилометра, здесь тоже невозможно было использовать. Однако не даром "Майами" принадлежала к третьей, самой "продвинутой" серии субмарин "Лос-Анджелес", и без того считавшихся лучшими из всех существующих. Пожалуй, по некоторым показателям "Майами" не уступала даже подлодкам типа "Виржиния", которые только начали сходить со стапелей. Она была ненамного более шумной, несла такое же мощное вооружение, и уж тем более надежность ее конструкции, отработанной на десятках однотипных кораблей, была выше всяких похвал. Поэтому от русских удалось спрятаться, лишь сбавив ход до двух узлов, так, что громадный винт еле вращался. Не пришлось ставить газовые завесы и расходовать акустические имитаторы, отвлекая ложными целями русских.

Эсминец, покружив несколько минут над затаившейся, переставшей издавать любые, даже самые слабые звуки, подлодкой, вскоре убрался. Видимо, там решили, что ошиблись, посчитав за отметку цели какие-то помехи, а "Майами" смогла продолжить свою миссию.

– Рулевой, курс два-восемь-ноль, скорость десять узлов, – приказал Макнайт. – Идем домой, джентльмены! Вы все хорошо поработали, и заслужили свой отдых.

При этих словах командира офицеры и матросы довольно переглянулись. Им хватило острых впечатлений за две минувшие недели, когда субмарина находилась в гуще событий, среди многочисленных русских кораблей и субмарин. Казалось, что в море разом вышло все, что было вообще способно плавать, как на поверхности моря, так и в его глубинах.

Несколько дней подряд "Майами" описывала круги и восьмерки в нескольких десятках миль от русских кораблей, выпростав за кормой буксируемую антенну гидроакустической станции. Дважды акустики американской подлодки устанавливали краткие контакты с русскими субмаринами, отрабатывавшими, по-видимому, атаку на авианосное соединение условного противника. Качество работы американских кораблестроителей вновь оказалось на высоте, и русские так и не сумели обнаружить соглядатая. Кэптен Макнайт понимал, что, заметив чужую подлодку, русский адмирал, наверняка прервал бы маневры, устроив масштабную охоту на "Майами", ведь это стало бы не худшей проверкой выучки матросов и офицеров, чем заранее спланированные маневры.