Читать онлайн «Личностный потенциал. Структура и диагностика». Страница 147

Если речь идет о процедуре отбора испытуемых в группу с высоким личностным потенциалом, опирающейся на показатели личностных опросников, валидность такой процедуры будет определяться в том числе и критерием отбора (чем более жестким является этот критерий, тем большее количество людей с СЖ баллами отбирает такая процедура). Для того чтобы среди респондентов с наиболее высокими баллами был высок процент респондентов, искажающих свои ответы, необходима лишь небольшая доля таковых в выборке в целом, что не влияет существенно на корреляцию тестового балла с критерием, но драматически меняет состав отбираемой группы испытуемых. Исследования с использованием симуляции методом Монте-Карло показывают, что при наличии в выборке всего 25 % респондентов, искажающих ответы, баллы у 9 из 10 респондентов, отобранных на работу по результатам подобного обследования, будут неистинными ( Zickar, Rosse, Levin , 1996; Douglas, McDaniel, Snell , 1996; Peterson, Griffith , 2006). В исследовании Гриффитс и др. ( Griffith, Chmielowski, Yoshita, 2007), опиравшемся на реальную выборку кандидатов, было показано, что по мере уменьшения размера отбираемой группы с 50 % до 10 % от всей выборки доля респондентов с неистинными баллами в этой группе возрастает с 31 % до 66 %. В реальных выборках кандидатов доля людей, сознательно искажающих свои тестовые баллы, составляет до 50 % ( Peterson, Griffith , 2006). Таким образом, исследования личностного потенциала, проводимые в ситуациях отборов, конкурсов и т. д., не должны использовать показатели личностных опросников, подверженных эффектам управления впечатлениями в качестве критериев для выделения группы с высоким личностным потенциалом.

Проблема взаимосвязи самообмана с личностным потенциалом является намного более сложной. Ряд исследований показывает, что самообман (переоценка собственных способностей, собственной успешности), по крайней мере, в некоторых ситуациях оказывается мотивирующим фактором, помогающим некоторым людям добиваться более высоких успехов. Есть данные, согласно которым самообман положительно связан с успешностью в соревнованиях ( Starek, Keating , 1991), толерантностью к боли ( Quattrone, Tversky , 1984). Показатели шкал самообмана связаны с самоэффективностью, оптимизмом, воспринимаемым контролем и другими переменными ( Osin , 2009). Ряд авторов высказывает идею о том, что самообман является адаптивным фактором, помогающим личности справляться с трудными обстоятельствами и вызовами среды ( Lockard, Paulhus , 1988; Paulhus, Fridhandler, Hayes , 1997; Giannetti , 2000). С этим согласуется концепция «депрессивного реализма», согласно которой в норме людям свойственно иметь несколько идеализированный образ себя, тогда как в состоянии депрессии люди оценивают себя более реалистично ( Alloy, Abramson , 1979). Однако существуют данные и теоретические соображения как за, так и против подобной гипотезы ( Moore, Fresco , 2007; Birinci, Dirik , 2010).

Итак, в настоящее время вопрос о том, в какой мере показатели социальной желательности отражают именно искажения ответов, а в какой – валидные личностные черты, далек от своего решения. Ситуативным искажением ответов можно назвать эффект СЖ, выраженность которого ограничивается, во-первых, конкретной ситуацией тестирования и, во-вторых, конкретной деятельностью по заполнению опросника. Такого рода эффекты могут быть обусловлены исключительно ситуативными факторами. Когда же эффект СЖ является устойчивым проявлением личности, которое обнаруживается в различных ситуациях, ответить на вопрос о том, является ли этот эффект «искажением», невозможно. Некоторые черты (такие как дружелюбие из «Большой пятерки» или личностные достоинства – см. Буровихина, Леонтьев, Осин , 2007; Osin , 2009) являются «социально желательными» по определению, что не позволяет использовать индикаторы СЖ для повышения валидности данных об этих личностных чертах, полученных при помощи самоотчета. В этом случае определить, является ли устойчивый эффект СЖ «искажением», можно лишь путем сопоставления данных самоотчета с данными реального поведения или иными объективными индикаторами. В некоторых случаях можно говорить об устойчивом искажении данных самоотчета – основой такого проявления может быть нарциссизм или психопатия ( Paulhus, Williams , 2002). Однако в некоторых случаях устойчивый эффект самообмана может быть проявлением адаптивного механизма, о котором речь шла выше. Общая схема взаимодействия ситуативных и личностных факторов, о которых шла речь выше, представлена нами на рис. 1.

Рис. 1. Ситуативные и личностные факторы социальной желательности

Методы выявления и контроля эффектов социальной желательности

Все существующие методы для выявления (измерения) эффектов социальной желательности можно поделить на критериальные и опросниковые. Суть критериальных методов сводится к тому, что респондентам предлагается оценить свою успешность или свои личностные особенности, а затем эта субъективная оценка сопоставляется с объективной оценкой их успешности в данном виде деятельности, либо с оценками их личностных особенностей, данными другими людьми. Возникающий в результате остаток от регрессии субъективных оценок по объективным и является показателем социальной желательности. В исследованиях личностного потенциала у абитуриентов последним предлагалось оценить шансы своего поступления, а затем из этого стандартизированного прогноза успешности вычитались объективные показатели (баллы, полученные на экзаменах); индекс переоценки собственной успешности, полученный в результате, значимо коррелировал со шкалами самообмана и управления впечатлениями ( Osin , 2009).

К критериальным методам можно отнести также «методику переоценки» (overclaiming technique), предложенную Паулусом и коллегами ( Paulhus, Harms, Bruce, Lysy , 2003). Респондентам предлагается методика, которая якобы оценивает их кругозор. Она содержит список из 150 авторов, событий, продуктов и др., 20 % из которых являются вымышленными, с инструкцией оценить степень знания о предмете, указанного в каждом пункте списка. Индекс переоценки, представляющий собой сумму оценок предметов, не существующих в действительности, обнаруживает умеренные корреляции с опросниками социальной желательности.

Среди опросниковых методов можно выделить прямые и непрямые. К прямым методам можно отнести шкалы социальной желательности, лжи, коррекции и т. п., входящие в состав различных известных опросников (MMPI, CPI, EPI и др.). Среди шкал, используемых в качестве отдельных инструментов, наиболее высокой популярностью пользуется шкала мотивации одобрения Кроуна – Марлоу ( Crowne, Marlowe , 1960), являющаяся к тому же единственным подобным инструментом, адаптированным к русскоязычным выборкам ( Ханин , 1976). Эта шкала содержит 33 пункта, отражающих социально одобряемые и неодобряемые формы поведения, которые респонденту предлагается оценить применительно к себе по дихотомической шкале (в классическом варианте), либо шкале с бóльшим числом градаций, ответы по которой переводятся в дихотомические. К сожалению, эта шкала, невзирая на ее популярность, в последние годы подвергается возрастающей критике: неоднозначна как ее структура (различные исследователи обнаруживают в этой шкале от 1 до 5 и более факторов), так и то, какие именно аспекты социальной желательности она измеряет. Большое количество различных сокращенных версий этой шкалы (от 8 до 20 пунктов) показывают низкий уровень согласованности друг с другом, что в целом ставит вопрос о валидности шкалы Кроуна – Марлоу (см. Barger , 2002). В дополнение к этому, следует отметить, что русскоязычная версия шкалы была разработана в конце 1970-х гг., и в силу того, что с тех пор стандарты социально одобряемого в нашей стране поведения существенно изменились, часть пунктов выглядит экологически невалидными.

Более современным средством для измерения СЖ является опросник Balanced Inventory for Desirable Responding ( Paulhus , 1998), включающий в кратком варианте две шкалы по 20 пунктов – самообман-приукрашивание и управление впечатлениями, в расширенном варианте дополняемый шкалой самообмана-отрицания из 20 пунктов. Поскольку шкала самообмана-отрицания обнаруживает высокие корреляции со шкалой управления впечатлениями и содержит при этом утверждения с негативным содержанием, способные вызвать протест у испытуемых или этических комитетов, эта шкала может быть опущена. Каждая из 3 шкал содержит равное количество прямых и обратных пунктов, что позволяет контролировать эффекты согласия (acquiescence). Пункты оцениваются по 5– или 7-балльной шкале, баллы по которой могут быть как использованы в «сыром» виде, так и переведены в дихотомические.

По данным Д. Паулуса ( Paulhus , 1991; 1998), показатели самообмана по опроснику BIDR коррелируют с отдельными копинг-стратегиями (вытеснение, позитивная реинтерпретация, дистанцирование, самоконтроль), склонностью к переоценке возможностей контроля над различными ситуациями, переоценке своих мнемических способностей, и др. В свою очередь, показатели управления впечатлениями показывают высокие корреляции с рядом традиционных шкал лжи, а также со шкалами добросовестности и дружелюбия.