Владимир Аннушкин - История русской риторики. Хрестоматия

Читать онлайн «История русской риторики. Хрестоматия». Страница 90

Автор Владимир Аннушкин

Отделение первое

Описательная проза

Внутренние и внешние условия описаний и разные роды сих последних

1. Внутренние условия описаний. Описание, говоря вообще, есть изложение одного какого‑либо момента из нравственной жизни человека или из бытия природы вещественной. Из числа различных искусств изящных в наибольшем согласии с описаниями находится живопись. Как и сия последняя, описание должно оставлять в уме читателя одно господствующее впечатление, согласное с избранным моментом жизни или бытия, от которых и живопись заимствует все свои образы и цвета. Потому‑то лучшими наставниками в изложении описаний служат жизнь и природа. Подобно им описание должно представлять каждый предмет в отдельности, несложности и всегда производить одно ясное и полное впечатление. От этого каждое описание должно отличаться единством предмета, простотою или несложностью частей и вообще содержания, и, наконец, живой изобразительностью. Прибавим, что единство и простота, приведенные в общей реторике как необходимые условия всякого сочинения, получают здесь особое применение.

2. Единство описания требует, чтобы мы ни в какой мере не смешивали главного, изображаемого нами предмета, с другими, к нему близкими, а в переходах от одних частей к другим соблюдали надлежащую последовательность. Того и другого требует начало ума, наблюдающего природу и жизнь и излагающего свои наблюдения в письменной речи. Заметим, что несоблюдение единства главного предмета приводит к запутанности.

3. Простота содержания требует, чтобы мы не вдавались в исчисление излишних подробностей, не останавливались на мелочах, не заслуживающих внимания, и особенно не придавали бы им важности. Этого требует чистый, образованный или, как обыкновенно говорят, изящный вкус. От несоблюдения этого условия происходит вычурность, вследствие чего описание испещряется и ослабляет силу своего впечатления. Сюда же относятся изысканность и принужденность выражения. Чем описание проще, тем оно разительнее.

4. Наконец, полная, живая изобразительность описания бывает в то время, когда оно передает читателю то же впечатление, какое самый предмет со своими резкими особенностями и свежестью оставляет в наблюдателе. Поэтому утонченная наблюдательность и умение уловить характеристические черты предмета или явления суть в этом случае главные оружия писателя. Изобразительность, сохраняющая полный отпечаток жизни, условливает собою высшую занимательность описания.

Отделение второе

Повествовательная проза

Общие свойства, условия и разные роды повествования

1. Свойства повествований. Повествование вообще есть изложение какого‑либо ряда действий и событий из жизни человеческой, в их начале, последовательном продолжении и окончании. Этим последовательным изложением разных периодов развивающейся жизни, т. е. рассказом, оно существенно отличается от описания, которое обрисовывает один только ее момент. Всякое повествование должно иметь те же три свойства, как и описание, т. е. единство в выборе действия или события, простоту в составе частей и в изложении и, наконец, верную изобразительность. Свойства эти имеют в этом случае, как и в описаниях, свой частный характер. Таким образом, единство действия требует, чтобы одно главное действие не было смешиваемо с другими побочными, в кругу которых оно совершается. Простота изложения состоит в отсутствии всего излишнего, испещряющего и обременяющего речь, в ясности, естественности и непрерывной последовательности рассказа. Изобразительность состоит в живом и увлекательном представлении выводимых лиц, их действий, поступков и положений. Все это сообщает повествованию высшую занимательность.

2. Способ изложения повествований.

a. Повествования, подобно описаниям, начинаются иногда обстоятельствами времени, места или разными случайностями. Иногда повествователь схватывает один момент той жизни, которую намерен изложить, и с него начинает повествование, предоставляя себе впоследствии рассказать повод и начало ее событий и происшествий. Начинать повествования нравственной мыслью или какой‑либо общей истиной ныне вышло из употребления. Это нравоучение и общая истина должны заключаться в самом повествовании и сами собою истекать из него, как истекают они из самой жизни.

b. В изложении самого хода событий сочинитель должен следовать порядку времени, т. е. естественному ходу происшествия.

c. Эпизоды в повествовании должны находиться в тесной связи с главным событием и быть приведены как можно более у места.

d. Занимательность повествования, т. е. сплетение событий и действий, увлекающих внимание читателя, должна быть поддержана с начала, приведена к концу и здесь сосредоточена в одном поступке.

e. Нравственные мысли, практические истины и излияния чувств, если непременно хотят их внести, более уместны в конце повествований, из которых они истекают, нежели в начале, где ничто еще не предполагает их собою.

3. Слог и характер изложения повествований должен быть в такой же мере, как и в описаниях, далек от принужденности, неестественности и вычурности. Близость к жизни и деятельности во всех подробностях, очертаниях и эпитетах – вот главное условие повествовательного слога. Само собою разумеется, что в рассказах о событиях ежедневной, и тем более уличной, жизни должен быть соблюдаем благородный тон и склонность более к эстетической, нежели к грубой и материальной стороне этой жизни.

4. Главным родом повествования, как бы его органом, служит история. Она так же, как и естествоописание, имеет наукообразное значение, но, представляя свои изложения в параллели с развитием жизни человечества, не имеет, как оно, той систематической членораздельности, того теоретического состава и, что не менее важно, отличается своими собственными особенностями слововыражения. Потому в частной реторике история занимает отдельное место и прямым образом служит главным органом всей повествовательной прозы. Далее, к сей последней относятся жизнеописания, биографии, некрологи, летописи, исторические записки и анекдоты. Заметим еще, что к этого же рода прозе относятся романы, повести и сказки. В основе своей они имеют повествование, соединенное с описанием, и пишутся прозой, но по сущности своей они относятся к изящным произведениям духа, выражаемым в слове, т. е. к поэзии, а потому и говорить о них будем мы в теории сей последней.<… >

Отделение третье

Ораторское красноречие

Глава первая Определение ораторства. Условия и общий состав ораторской речи

1. Ораторское красноречие состоит в искусстве действовать даром слова на разум и волю других и побуждать их к известным, но всегда высоким и нравственным целям. Оратор достигает этого двумя средствами: силою и очевидностью доказательств он склоняет на свою сторону умы слушателей, а жаром чувства и красноречием, исходящим от душевного убеждения, побуждает их сочувствовать себе. Задача оратора состоит в том, чтобы согласить различные мнения в одну мысль и различные желания в одну волю.

2. Настоящей основой ораторского красноречия может служить только стремление ко благу человечества. Это единственный источник всякого одушевления со стороны оратора. Цели корыстные, порочные не могут иметь такого нравственного основания и потому лишают оратора глубины собственных убеждений, а это не позволяет слушателям сочувствовать его основным мыслям и чувствам. Бывают случаи, когда оратор потворствует страстям и тем или другим неправым видам слушателей, или когда он увлекает их софистическими оборотами доказательств. В это время оратор изменяет своему призванию и красноречие в устах его бывает мнимое. Справедливо сказал Цицерон, что оратором может быть только человек, желающий добра. Nemo potest esse orator, nisi vir bonus.

3. Ораторская речь (oratio, т. е. по выражению древних, ore expressa ratio, устами высказанный разум) в основании своем имеет всегда силлогизм и служит не чем иным, как только его полнейшим развитием. Причина этому в том, что только эта форма мысли нашей, излагая последовательный ход умозаключения, приводит в сознание все данные, на которых основывается убеждение. Поэтому весь состав и части ораторской речи условливаются составом и частями силлогизма. Меньшая посылка дает начало изложению обстоятельств главного предмета, т. е. как разделению их, так и описанию их или повествованию о них; большая посылка – общей, философской части речи, в которой находятся истины несомненные и очевидные. Здесь приводятся основанные на них доказательства в пользу предлагаемой истины и опровержения того, что ей противно. Наконец, заключению силлогизма соответствует конец ораторской речи, в котором главная истина, приведенная в сознание предшествовавшими доводами, повторяется и поставляется как бы на вид и благоусмотрение слушателей. Конец речи называется также заключением. К этим частям ораторской речи, непосредственно проистекающим из силлогизма, присоединяются еще две. Они условливаются отношением, в котором оратор находится к своим слушателям. Он должен, во-первых, предуведомить и предуготовить их к предмету своей речи, а во-вторых, представить этот предмет так, как он всегда имеет отношение к жизни, со стороны, близкой к их нравственному чувству. Это приступ ораторской речи, помещаемый в ее начале, и часть патетическая, находящаяся перед заключением, в том месте, где оратором уже истощены все доказательства ума. Таким образом, речь ораторская состоит из пяти частей, суть которых приступ и предложение, разделение и изложение обстоятельств предмета, доводы и опровержения, часть патетическая и заключение.