Читать онлайн «Баллистическая теория Ритца и картина мироздания». Страница 172

Рис. 195. Поток космических лучей — частиц, приходящих к Земле со всех направлений.

Учёные до сих пор гадают, откуда берутся космические лучи, ведь энергии некоторых частиц излучения в триллионы раз больше тех, что имеют место в ядерных распадах. Даже у частиц, разогнанных лучшими из современных ускорителей (синхрофазотронами и синхротронами), энергия в миллиарды раз меньше, чем у самых быстрых частиц космолучей [108]. Ни звёзды, ни планеты не могут придать частицам такие энергии. А потому напрашивается вывод, что космолучи имеют не естественное, а искусственное, техногенное происхождение — это продукт деятельности инопланетных цивилизаций, обладающих техникой, способной придать частицам гигантскую энергию. Не зря частицы космолучей всегда сравнивали с частицами из ускорителей. Стоило развить эту аналогию, и всё бы стало на свои места. Странно, как физики, исследующие космолучи, не поняли их истинной сути — того, что это лучи межзвёздной связи.

Почему же в космосе столь удобна связь на космических лучах? Прежде всего, благодаря огромной скорости частиц их поток можно очень точно направить в нужную точку пространства — отклонение пучка частиц от намеченной траектории будет обратно пропорционально скорости частиц, то есть будет ничтожным. Другими словами, космический излучатель — это поистине дальнобойное орудие, имеющее сверхострую диаграмму направленности, а потому даже на космических просторах мощность сигнала, переданного посредством космических лучей, будет огромна. Кроме того, свободно летящие потоки высокоэнергичных частиц, в противоположность радиолучам, не будут ослабевать, рассеиваться межзвёздной средой — столь мала вероятность соударений частиц с её атомами. Наконец, что самое важное для межзвёздной связи, космолучи имеют огромную скорость, отчего время задержки сигнала будет составлять уже не многие годы, а порядка месяца или меньше: всё зависит от мощности передатчика, то есть от энергии и скорости запущенных космолучей.

Рис. 196. Константин Эдуардович Циолковский (1857–1935).

Проблему космосвязи решил ещё Циолковский [159, с. 149]: "Свет, правда, распространяется для звёздных расстояний недостаточно быстро. Ему нужны года для одоления их. Но, может быть, в эфире найдём и другую среду… Её невидимые колебания могут достигать соседние солнца не в года, а в дни, даже часы. Так что разговоры будут много удобнее, чем теперь". Под эфиром Циолковский (Рис. 196) понимал не тот абстрактный сплошной неподвижный эфир, в котором, как считали, движутся световые волны, а динамическую космическую среду, образованную, как в баллистической теории Ритца (БТР), мириадами частиц, летящих со скоростью света (§ 3.21). А "другие среды" — это потоки ещё более быстрых частиц, и лучшие в них кандидаты — это космолучи.

В самом деле, основная проблема межзвёздной связи — это малая скорость сигналов. Свет, как любой электромагнитный сигнал, движется в вакууме со скоростью c=300000 км/с, ничтожной в масштабах космоса. По специальной теории относительности (СТО) ничто не может лететь быстрее света — ни излучения, ни частицы. Но эксперименты последних лет показали, что свет и частицы вполне могут двигаться со скоростью большей c (§ 1.21, § 2.1). А значит, ничто не мешает разгонять частицы до сколь угодно высоких скоростей. Тогда формула СТО E=mc2, связывающая энергию E и массу m частицы, — ошибочна, и для частиц справедлива классическая формула E=mV2/2. По этой формуле огромная энергия E частиц космического излучения свидетельствует не об огромной массе m (при скорости V порядка c по СТО), а о сверхсветовой скорости V при обычной массе, как это утверждает БТР. Если пересчитать по классической формуле скорости частиц космолучей, они окажутся в сотни раз выше скорости света. Даже электроны с энергией в 10 ГэВ, уже сегодня получаемые в ускорителях, должны двигаться со скоростью в 100 раз превышающей световую (§ 1.21). Такие частицы пролетают межзвёздные расстояния за дни и часы.

Итак, вызывающие недоумение учёных наиболее энергичные, быстрые космические лучи — это, по-видимому, всего лишь лучи сверхсветовой связи. Какие же частицы удобней всего использовать для космолучевой связи, ведь их известно несколько сотен?: Проще всего применить лёгкие электроны, которые легче разогнать до высоких скоростей. Но можно использовать и другие типы частиц, скажем, для создания многих каналов связи, так же, как в радиосвязи есть много не перекрывающихся диапазонов частот. При этом частицы должны быть стабильными, то есть это должны быть в основном атомные ядра, протоны и электроны. Излучатели обязаны выстреливать лишь заданные типы частиц или ионов, а приёмники должны быть настроены на регистрацию соответствующих сигналов (Рис. 197). Даже земные лаборатории обладают такими избирательными детекторами, автоматически выделяющими из потока заданные классы частиц, отсеивая, словно фильтр радиоприёмника, всё лишнее.

Рис. 197. Принцип космолучевой связи: передатчик формирует модулированный поток частиц, улавливаемых антенной (вся аппаратура выведена в космос).

Ранее мы привели опытные свидетельства, доказывающие БТР и отвергающие СТО, вместе с формулой E=mc2 и запретом на превышение скорости света c (§ 1.21, § 2.1). Впрочем, всё это пока доказывает лишь сверхсветовые скорости частиц космоизлучения, предсказанные ещё Лукрецием (§ 2.15). А есть ли доказательства их искусственной природы? На первый взгляд, единственный аргумент в пользу такой гипотезы даёт огромная энергия частиц, которая может быть получена лишь в ускорителе (и то ускорители только начали приближаться к данному уровню). Чтобы доказать искусственный характер лучей, надо исследовать направления прихода потоков частиц и выявить закономерности их вариаций во времени.

Действительно, единственный способ закодировать информацию в потоке частиц космического излучения, — это промодулировать его по плотности, интенсивности (аналогично световые и радиосигналы — это модулированный поток частиц-реонов). А потому вариации интенсивности потоков космических частиц, которые реально наблюдаются, должны носить не случайный, а во многом правильный, регулярный характер. И, самое интересное, что эти правильные вариации, закономерности действительно обнаружены, причём не какой-то тонкой аппаратурой, выведенной в космос или поднятой в горы, а — простейшими приборами. Эти закономерности прослеживаются уже в характере ядерных распадов, — хрестоматийном примере совершенно случайных процессов. Все распады имеют характерные частотные спектры (кривые статистических частот данного числа распадов в единицу времени). Теоретически эти спектры должны описываться распределением Пуассона (Рис. 198). Но всегда есть флуктуации — отклонения от Пуассона, естественные для случайного процесса. Однако, неестественно то, что спектры этих флуктуаций с течением времени претерпевают цикличные правильные изменения, вызванные, очевидно, космофизическими причинами, а, конкретней, — космическими лучами (как выяснили, способными индуцировать распады § 3.14). Оказалось, спектр в каждый момент зависит от того, какая точка звёздного неба находится в зените, то есть, — с какого направления приходят космические лучи, влияющие на ход распада.

Рис. 198. Отклонение частоты n числа k распадов в секунду от закона Пуассона p(k) даёт спектр флуктуаций (справа), циклично изменяющийся.

Это явление обнаружено известным российским исследователем биоритмов, солнечной активности и космоизлучения, С.Э. Шнолем [167]. Но учёные игнорируют эти данные и стремятся замять дело, предав факты забвению, ввиду их противоречия догмам. Всё это снова доказывает, что причина слепоты в отношении внеземных сигналов состоит не в слепоте аппаратуры, а в слепоте ума, приверженного догмам и толкающего на совершение научного преступления. Прав был марсианин — мы не найдём братьев по разуму, пока верим в СТО: нельзя считать разумными тех, кто верит в абсурдную теорию.

Отметим, что ещё Никола Тесла разработал устройства для преобразования и использования энергии космических лучей (§ 5.8). Он же предполагал возможность применения космолучей, благодаря сверхсветовой скорости образующих их частиц, — для межзвёздной связи и разработал соответствующие устройства — приёмники и передатчики космических лучей [110]. Напомним, что Тесла же предполагал и то, что ядерные распады вызываются космическим излучением, что и было подтверждено С.Э. Шнолем (§ 3.14).

Вариации интенсивности космических лучей впервые были обнаружены всё тем же Гессом и до сих пор не получили убедительного объяснения. Поэтому, казалось бы, ещё в 1912 г., в момент открытия, было бы естественно допустить их искусственную природу в предположении, что вариации потока космических лучей представляют собой сигналы внеземных цивилизаций, которые так упорно ищут астрономы. Учёные, можно сказать, вплотную подходят к этой мысли, но никогда не доводят её до конца. Вот что, например, сказано в малой энциклопедии "Физика Космоса" [151, с. 318]: "Информация, «записанная» и «переносимая» частицами космических лучей на их пути к Земле, расшифровывается при исследовании вариаций космических лучей — пространственно-временных изменений потока космических лучей". Такое впечатление, что астрофизики либо чувствуют, либо знают правду, однако испуганно прячут ключевые слова в кавычки. А чтобы хоть как-то объяснить режущие глаза невообразимые энергии космических лучей, такие учёные, как Э. Ферми и В.Л. Гинзбург, выдумывают весьма искусственные, неправдоподобные теории разгона космических частиц магнитными облаками газа и другими гипотетическими объектами, изобретёнными по случаю. Почему-то именно эти имена теперь связывают с космическими лучами, тогда как имя их первооткрывателя Гесса пребывает в забвении [163].