Читать онлайн «Очерки неформальной социотехники». Страница 75

Напомним, что любое движение, прожив полный цикл, чаще всего переходит в мемориальную фазу. Чрезвычайно редко движения исчезают как социальные явления, оставив только культурный след. Так случилось с советским движением тимуровцев 40-х годов, и то определённая традиция была заимствована от них в рамках синтеза новыми движениями коммунарами и «Нашими».

Возможен и новый цикл существования движения, повторение ещё одной волны со старыми, слегка модифицированными трансляторами. С консорциями более низких порядков клубами, кругами так бывает часто. С большими массовыми движениями редко, но так случилось с радиолюбителями и с поисковиками.

О движении радиолюбителей начала ХХ века мы уже упоминали. Но это была лишь первая волна 1910–1935 гг коротковолновики: базовый транслятор — сеансы дальней связи, их документальные подтверждения; второстепенные — выставки, клубная и просветительская деятельность. Затем настала мемориальная фаза, а внутри движения постепенно зарождались смены мультипликаторов: телевидение, звукозапись и бытовая автоматика (электроника). Культурным наследием прошлого являлось умение проектировать и собственноручно изготавливать электронные приборы. В 1960–1985 началась новая волна, в возрождении и\или синтезе новых радиолюбителей участвовали те, кому надо было получать информацию из-за рубежа сквозь государственное радиоглушение и тиражировать её поклонники джаза и рок-музыки, диссиденты и касэпэшники (магнитиздат). С другой стороны радиокружки, как подвид образовательной деятельности вписались в виде конвиксии в советскую систему дополнительного образования. В этот период радиолюбители породили новый транслятор: радиорынок.

Слово «рынок» употреблено не в нынешнем макроэкономическом смысле. «Радиорынок» (другие названия «радиобазар», «сходняк», иногда в регионах по топониму места сбора на улице) это нелегальные места торговли, на которых продавались и обменивались радиодетали «позаимствованные» с военных заводов второй в мире технологической державы. Радиобазары выполняли и функции обмена опытом, городского клуба. Ещё один из трансляторов — выставка технического творчества, официальная, поддерживаемая властями, старательно делавшими вид, что не замечают, из каких деталей собраны экспонаты. Вот кстати: игнорирование противоправных действий может быть хорошим методом поддержки властями неформальных движений. Не так ли нынче происходит со скинхедами и националистами-экстремистами?

Следующий этап с 80-х — сборка и освоение персональных компьютеров, и переход к синтезу новых движений: Фидо, затем интернет. Одна из любимых самоделок радиолюбителей ZX-Spectrum изобретён в 80-ом году, примерно в то же время на радиорынках появился процессор 8080 советского производства. До появления доступных «советских XT-шек» (IBM-совместимых ЕС1840 Минского завода в 1986 году), а потом и Западных IBM-XT самоделки на базе «спектрума» и «восьмидесятки» обросли множеством модификаций и вариантов, в том числе могли работать с телефонными и радиомодемами.

Множество радиолюбителей ушли в компьютерщики, фидошники, затем в интернет-деятели. Часть их не «предала» радио, но комбинировала они строили свои радио-компьютерные сети по принципу сотовых. Статьи об электронной почте («пакетная связь» в радиолюбительской терминологии) с подробным описанием действующих самоделок регулярно появлялись в журнале «Радио» начиная со второй половины 80- годов. В отличие от Фидо пакетная радиосвязь не зависела от госмонополии телефонной связи — постоянной головной боли и Фидо, и интернета в начале 90-х и породила другую сеть и другое сообщество, слабо пересекающееся по персоналиям с фидошниками, имеющее другие традиции. Так даже, казалось бы, незначительная смена мультипликатора и модификация транслятора порождает новые сообщества. Эта линия технического и социального развития не прервана и ныне, находится в мемориальной фазе.

Другой пример поисковики, самодеятельные археологи новейшей истории, другие названия искатели, трофейщики. Основной транслятор поисковые экспедиции. Один пик движения зафиксирован в конце 50-х начале 60-х, когда после Великой Отечественной войны возник новый пласт поиск пропавших без вести участников войны. Второй пик происходил в 80-е начале 90-х. Как и в случае с радиолюбителями между циклами есть некоторое время мемориального существования.

Ещё один пример «многоволнового» движения меломаны: 1935–1960 джаз, блюз и позже рок-н-ролл, тесно связанные с субкультурой танцевальных площадок. С 1960-х ВИА, плавно переходящие в дискотеки с диск-жокеями. Смена терминов субкультуры отнюдь не случайна: сменился мультипликатор модифицировался транслятор. Наконец, русский рок, базовым транслятором его некоммерческой части были сначала полулегальные концерты, потом фестивали, принципиально отличающиеся от субкультуры дискотек.

Это подряд идущие движения, которые можно рассматривать либо как одно меломанское, но имеющее несколько волн, либо как разные, последовательно сменяющие друг друга в одном и том же онтологическом поле.

Встречаются и примеры возрождений старых движений после мемориальной фазы в новых формах, но с тем же базовым транслятором. Так происходит с движением футбольных фанатов (трансляторы матч и шествие), имевшим свой пик на волне 1960–1985 годов, затем мемориальную фазу и новый подъём сейчас.

Рокеры (мотоциклисты) 60-80-х ныне возрождаются в виде байкеров. Базовый транслятор массовые гонки на мотоциклах и машинах по дорогам общего пользования.

Возможно, нечто подобное происходит сейчас и с политическими движениями диссидентского толка.

При рассмотрении Систем мы видели, что подъём во втором цикле, при условии сохранения старых форм существования, является менее ярким, чем первый. То же можно сказать и о поисковиках это тот самый пример, когда циклы уже пройдены до конца и есть возможность их оценить задним числом. Не исключено, что это закономерность. Если же модификация транслятора имеет место, то яркость новой волны может и не упасть, но по многим параметрам эти движения могут быть восприняты как разные, например, волны меломанов и радиолюбителей (ведь параллельно с теми, кто ушёл в интернет, продолжает существовать и столетнее движение КВ-связистов). Та же закономерность, что и в жизни отдельных клубов и систем при переходе от одного цикла к другому.

Если новые трансляторы молодёжного политического движения так и не будут найдены, оно либо погибнет, либо зародится, но будет менее выражено и менее влиятельно, чем диссидентское движение 1960-1980-х годов.

Ярким, новым лидером движение сможет стать лишь при рождении новых трансляторов. Казалось бы, транслятор — только форма. Но это лишь на первый взгляд.

Средства для достижения цели должны обладать качествами этой цели. Тогда они способны привести к ней, в ином случае приведут куда-то не туда. Эта философская лемма противоречит тезису «цель оправдывает средства», выдвинутому в эпоху формирования абсолютизма, и показывает важность взаимосвязи формы и содержания. Новое содержание чаще всего подразумевает и новую форму воплощения. Иначе откуда возьмутся средства с новыми содержательными качествами? Другое дело, что члены отдельных движений часто не осознают это новое содержание. Они просто живут в новых предложенных им формах, осознавая свою инаковость. Но с точки зрения внешнего наблюдателя, вопрос транслятора связан с вопросом нового содержания в ткани общественной жизни куда теснее, чем это кажется на первый взгляд.

Несмотря на заявку НБП, мы считаем, что сейчас не наблюдается таких принципиально новых трансляторов, которые способны породить лидера молодёжной политической гонки. (Хотя мы видим только начало синтеза, и время для появления транслятора ещё есть.)

Неразвитость молодёжного политического движения подчёркивает, например, отсутствие общего названия для него в общественной ткани в целом. НБП и «Наши» названия субдвижений, названия же движения в целом пока нет, хотя нарождающееся движение состоит не только из этих политических субъектов. Есть ещё «Молодёжный Левый Фронт», а также «Молодёжное Яблоко» и другие правые молодёжные клубы, и т. д. Безымянность типична для периода синтеза движения, появление названия и его укрепление, как среди самих членов движения, так и среди внешнего окружения, как правило, является признаком окончания синтеза. А до тех пор движение часто путают с его отдельными субкультурами и внутренними субдвижениями что мы и наблюдаем.

Политикам, да и многим нормальным людям, конечно, интересно, какая политическая идея победит на общественном поле (мы же не рассматриваем государственные и коммерческие организации).

Мы, со своим технологическим мышлением, можем сказать только: точно НЕ победит тот, кто не создаст нового транслятора. Появление двух трансляторов и двух соперничающих политических движений не исключено, но исход этих «скачек» обсуждать преждевременно.