Читать онлайн «Очерки неформальной социотехники». Страница 74

В педсоставе большинства семинаров есть психолог. В лагерях обязательна группа профессиональных психологов. В составе любых, даже кратковременных семинаров почти всегда есть психологические экспресс-тренинги на сплочение группы. В лагерях тренинговая форма занимает до трети всего учебного процесса, а также практикуется как досуговая. Некоторые одно-трёхдневные семинары полностью построены в виде психологических тренингов.

Тренинговое движение — активная составляющая современного неформального поля. Основным транслятором движения является сам психологический тренинг. Движение явно претендует на переход к конвиксии, но пока не очень ясно удалось ли это ему или это всего лишь мода. Однако транслятор тренинга, как мы видим, был взят на вооружение и социоинженерами Оранжевой революции.

Напоминаем, что циклы зарождения, активности и угасания общественных движений в России наблюдались с 1910 по 1935 годы, с 1935 по 1960 годы, с 1960 по 1985 годы, и, наконец, с 1985 по сегодняшний день. Примерный цикл укладывается в 25 лет.

Конечно же, указанные сроки условны. 1910, 1935, 1960, 1985 некие точки отсчёта. Опираясь на них, удобно классифицировать основную массу рассмотренных нами движений. Реально от этих точек существует некий разброс в плюс-минус пять лет как минимум. Движения не возникают в один год, а появляются друг за дружкой, и развиваются со сдвигом фаз, и сходят с лидерской арены в общественном поле тоже не одновременно. Но всё-таки вокруг указанных временных точек плотность появления новых движений и угасания старых наиболее высока. И если это не случайность, а закономерность, то новая точка всплеска общественных движений 2010 год.

Сейчас на дворе 2007 год, и признаки будущего должны уже не предсказываться, а наблюдаться. Беглый взгляд на поле деятельности московских неформалов легко выделяет несколько подходящих под критерии генезиса явлений.

Как прекрасно показал Павел Данилин (28), большинство из тех, кто гордо именует себя политическими молодёжными движениями, представляют собой политические кружки и клубы от 5 до 30 человек. В редких случаях это круги и системы, объединяющие несколько таких клубов, иногда в разных городах. В нашей терминологии консорции первого, изредка второго порядка.

Мода на политические молодёжные движения, появившаяся после украинской оранжевой революции, породила массу откровенных симулянтов и симулякров. Классификация их по политическим взглядам (точнее декларациям) целесообразна для политика Данилина, но не для нас, технологов. Жизнь в таких группах полностью идентична. Политкружок, занимающийся идеологическим просвещением и планирующий акции. Далее собственно акции: пикеты, флэшмобы, марши. Наконец, как пиковая и наиболее яркая форма акции прямого действия, «биты» (впрочем, на последние решаются далеко не все).

Часто деятельность группы координируется посредством форумов, рассылок, ЖЖ и иных виртуальных форм, а нередко вся деятельность только в Интернете и происходит. Сетевые сообщества, несомненно, новая форма общественной жизни, но не единственная, и надеемся, никогда таковой не станет; жанр киберпанка в основном состоит из антиутопий. В реале или в Сети, активисты иногда противоположных по политическим декларациям групп часто переходят из одного проекта (на их сленге именуемого отдельным и самостоятельным движением) в другой. Единство в формах жизни сводит переход к нескольким нажатиям клавиш или поездке на автобусе. Даже несколько страниц декларации (устава и т. п.) уже известны каждому врагу потенциальному другу. Не нужно вникать в новые традиции, осваивать новую субкультуру, имеющую свои как жанровые, так и социальные традиции.

Насколько, к примеру, сложнее переход рок-музыканта к реконструкторам: «Ну, играть ты умеешь, споёшь чё-нибудь на отдыхе… А фехтовать? Гитара у тебя классная, дорогая, а доспех где? Вот надевай пока мой доспех, бери меч и становись в стойку. Будем тебя учить». Минимальный процесс обучения несколько месяцев напряжённых тренировок.

Для предмета этой книги новым движением является то, что имеет новую форму внутреннего бытия и взаимодействия с окружающим миром и размножения — новый транслятор. Потому мы рассматриваем все современные молодёжные политические проекты в совокупности как одно молодёжное движение, состоящее из кругов и систем в общем онтологическом и информационном поле. То, что его части нередко враждебны друг другу, не имеет значения: это наблюдается во всех молодёжных движениях. При развитии любого движения оно почти всегда дифференцируется на несколько внутренних субкультур, иногда весьма критически настроенных друг по отношению к другу. Так, ролевики в начале 90-х делились на «дивных» и «алкоголиков», позже на «занавесочников» («толчков»), имеющих прикид буквально из того, что под рукой, и обвешанных дорогими доспехами «файтеров».

Чем более длительный срок существует движение, чем более оно зрелое и массовое, тем большее количество таких субкультур оно демонстрирует. Рок делится на множество субдвижений, многие из них рассматривают друг друга как «непродвинутых», «попсовых» и т. п. И естественно, каждое из них пытается себя позиционировать как самое «правильное». Но одни и те же зрители с удовольствием ездят на «правильные» и «неправильные» фесты, и радостно принимают и тех, и других.

Так и в политической социотехнике нас не должны вводить в заблуждение заявления о некой исключительности, отдельности данного политического «молодёжного движения». Тем не менее, возможность зарождения мощных субкультур в среде молодёжной политики уже достаточно проявилась. Безусловно, первенство принадлежит НБП. В значительно меньшей степени это можно отнести и к «Нашим»[21]. Не удивительно, что они испытывают особенную враждебность по отношению друг к другу, так как являются основными конкурентами в рамках всего движения в целом. То есть, кроме «заказного» характера вражды друг к другу со стороны заказчиков и спонсоров (за каждым из них стоит своя заинтересованная сторона из «взрослых политиков»), вражда имеет социологические корни.

Назовём организационно оформленные, многоуровневые части одного движения субдвижениями (по аналогии с субэтносами в рамках отдельных этносов). Общность же движению в целом задаётся общностью форм существования — транслятором.

Бывают случаи, когда из субдвижения в конце концов появляется движение независимое. Русский рок как бы выделился из увлечения молодёжи западной рок-музыкой, но, кроме серьёзных жанровых отличий (которые тоже есть часть транслятора), он изменил и форму социальной жизни: квартирные и полулегальные концерты, распространение нелегальных аудиозаписей (вместо западных радиостанций).

Какие-то элементы второстепенных (не базовых) иных трансляторов наблюдаются и у «Наших». Массовая демонстрация классический метод (то же, что и марш, шествие у скинов или фанатов). Публичная благотворительность покраска городских скамеек или посадка деревьев с огромным количеством атрибутики и параллельной уличной агитацией один из основных трансляторов ныне мемориальных западных НКО. Формы помощи ветеранам и инвалидам заимствованы у советского тимуровского движения.

Здесь и далее мы употребляем слово «заимствование» в позитивном смысле. В данном контексте его синонимом является «наследование». Новый транслятор чаще всего является новой комбинацией старых элементов или использованием их новых свойств. Но если в материальной технологии ещё применимы полные открытия нового, то в технологиях социальных они означают отрыв, отказ от истории и культуры страны и народа и, вероятнее всего, не приживутся.

И НБП, и «Наши» имеют шансы перерасти в действительно самостоятельное движение несколькими путями: а) задавив всех остальных, б) начав плодить субкультуры внутри собственного «тела», в) став чем-то отдельным.

Но на сегодняшний день нет даже уверенности, в том, что всё молодёжное политическое движение в целом, несмотря даже на отдельные его ветки, можно считать состоявшимся. Непонятно, насколько устойчивыми являются предложенные трансляторы.

Скепсиса добавляют воспоминания о подобной активности и совершенно идентичных формах существования (политические кружки, пикеты и т. д.), наблюдаемых в конце 80-х начале 90-х. Всего этого было достаточно, например, у анархистов тех времён, и даже организационное оформление также наблюдалось в рамках КАС (Конфедерации Анархо-Синдикалистов). Но к полноценному движению перейти так и не удалось. В этом случае встаёт вопрос о возможности возрождения движения, в чуть обновлённой форме, но с тем же базовым набором трансляторов.