Читать онлайн «Сексуальность в цивилизации: социогенез сексуальности». Страница 79

Американская публика, которая ни в коем случае не позволила бы смотреть порнофильмы в клубной обстановке, с легким сердцем сидела в кинозале, полагая, что всего лишь расширяет познания в области сексуальной культуры другой страны. Таким же образом вся новая волна вульгарной порнографии конца 60-х – начала 70-х явилась не просто плодом сексуальной революции, а сливалась с общей познавательной потребностью, резко расширившей свои горизонты в области проблем пола. Даже само название фильма, как «Истории болезни из коллекции Краффт-Эбинга» (1971), несомненно, подтверждает отмеченный Мишелем Фуко факт, что в переходе от подпольного к легальному порно существенную роль сыграл научный «сексуальный дискурс», позволяющий высветить некие сокровенные тайны пола. Достаточно вспомнить знаменитые фильмы «За зеленой дверью» и «Глубокая глотка» (1972).

Ключевым моментом становится превращение сексуального удовольствия в товар и его фетишизация. Природа этого явления проясняется при сопоставлении прежнего «холостяцкого» кино, которое обозначалось, как «мясо», и специфичного для «художественного» порно «коммерческого плана», то есть зримой эякуляции. Обилие «мяса» (взаимодействия гениталий) становится недостаточным; требуется визуальное подтверждение удовлетворения. Визуальная откровенность дошла до степени включения в качестве нарративного момента препарированного оргазма. Чтобы продемонстрировать материальное подтверждение своего удовлетворения, исполнитель должен прервать тактильную связь с гениталиями партнерши и показать семяизвержение. Эта условность заставляет зрителя поверить, что для женщины визуальное удовольствие превыше осязательного. В результате для женщины в большей степени, чем для мужчины «коммерческий план» функционирует как субститут реальной сексуальной связи, то есть как фетиш.

Американский сексолог Б. Зилбергелд утверждает, что порнография может помочь избежать половой монотонности в супружеской жизни. При опросе читателей журнала «Psychology today» (США) в 1981 г. 92% мужчин и 72% женщин ответили, что пользуются порнографией для полового возбуждения. Что же касается «жёсткого» порно, то ряд исследований, проведённых в Великобритании, Канаде, США, Австралии, Дании, Бельгии, показали, что просмотр даже коротких видеосюжетов с насильственной порнографией вызывает у зрителя явное смешение взглядов по поводу сексуальной агрессивности, они начинают занижать степень страданий жертвы. А регулярный просмотр «жёсткой» порнографии вызывает у неустойчивых личностей смешение нравственных ценностей и может стать фактором, провоцирующим сексуальную преступность. Правда, негативные эффекты были выявлены преимущественно у старших подростков с расстройствами поведения, риск провокации сексуального насилия продолжался примерно около часа после просмотра порнофильмов и выявлялся в групповом поведении. Скандинавская статистика сексуальных преступлений наоборот показала значительное снижение их уровня после легализации порнографии. Порнография уменьшает опасность возникновения сексуальных преступлений или явно аморального поведения путем разжигания сексуальных фантазий и удовлетворения их в воображении. Она же помогает легче знакомиться людям, не имеющим сексуального опыта, и служит заменой нормальной половой деятельности.

Дальше были взлеты и падения порнографии (например, в восьмидесятые, когда видеомагнитофоны и возможность перемотки несколько обесценили важность сюжета), изменения моды на порно (в девяностые годы популярностью стали пользоваться актрисы-фотомодели, разгуливающие в неглиже по дорогим виллам) и внедрение новых технологий (Майкл Нинн с его компьютерными эффектами, создавать которые ему помогал чуть ли не С. Спилберг). В преддверии миллениума о порнографии вспомнил Голливуд, и зрителей завалили фильмами о порнографии («Ларри Флинт», «Ночи в стиле буги», «Порнофильм», «Безумный Сесил Б.» и даже «Большой Лебовски»), где порноиндустрию используют как символ – свободы слова, шоу-бизнеса, искусства.

Но все это выглядит детскими шалостями по сравнению с тем, что придумали так называемые большие режиссеры. Большие режиссеры затеяли снимать порнографические фильмы. Покойный Стэнли Кубрик, распространявший в процессе съемок «Широко закрытых глаз» слухи о том, что давно мечтал снять качественный порнофильм с хорошими актерами, в итоге всех обманул. Зато Ларс фон Триер оказался не столь милосердным. Он придумал пост-порнографию – выхолощенную и доведенную до пределов псевдореализма. За ним последовали и остальные режиссеры. «Идиоты», «Трахни меня», «Романс Х» или свежая «Пианистка» на первый взгляд действительно снабжают нас порносценами. Но настоящего порно в них нет. Половой акт показывается либо холодно-отстраненно, либо вообще как нечто неприятное, что убивает саму идею порнографии. Движение эрегированного пениса в вагине – это не порнография, это медицина. Хороший хореограф может в точности скопировать ритуальный танец шамана, но никогда не вызовет дождя. Большое кино показывает голых мужчин и женщин, но не может, ни создать шедевра, ни разжечь похоть, ни заработать денег. Сложно сказать, выживет ли после всего этого порнография.

Одним из самых сложных вопросов мировой юридической практики является определение порнографии. Неудивительно, что в научной и законодательной областях с определением понятия «порнография» творится полная неразбериха, поскольку до сих пор эксперты не пришли к единому мнению. А. Гольдштейн в своем известном исследовании «Место порнографии» приходит к выводу: «Проблема порнографии заключается в том, что никто в действительности не знает, что это такое, никто не может провести грань, отделяющую порнографию от других форм изображения». Не случайно, наверное, А. Стюарт, судья Верховного суда США дал весьма показательный ответ на этот вопрос: «Я не знаю, как определить порнографию, я лишь узнаю её, когда вижу».

В ряде стран, включая Россию, определение порнографии в суде является прерогативой экспертов, при этом эксперты нередко высказывают диаметрально противоположные мнения. Правда, не всегда ясно, какие специалисты должны выносить окончательный вердикт в судебном заседании. В зависимости от предмета на эту роль претендуют искусствоведы, психологи, судебные психиатры, общественные деятели, криминологи, священники и литераторы.

Во многих странах постоянно делаются попытки создать универсальное, развернутое определение порнографии, но достижения в этой области скромны. Например, в основу Закона о порнографии в штате Массачусетс ранее были положены изображения всех форм сексуального поведения: «Мастурбация, естественный половой акт или его имитация, различные половые извращения, любое публичное прикосновение к мужским или женским гениталиям или ягодицам, половой акт, произведенный двумя или несколькими участниками, как разнополыми, так и представителями одного пола, а также между людьми и животными, любая непристойная демонстрация половых органов, сексуальный садизм и садомазохизм. Порнографией принято считать демонстрацию завершенного полового акта, как в естественной, так и в извращенной форме».

В других штатах долгое время действовал комплексный критерий: «эрекция плюс пенетрация». Справедливости ради следует сказать, что правоохранительная система США использует в судебных делах такого рода термин «непристойность», который относится к категории «как», а не «что». Так, Верховный Суд США определял непристойность как триединое понятие: а) действия, ведущие к развращению несовершеннолетних; б) слова, выходящие за пределы литературного языка и служащие для определения половых органов, полового акта и т. д.; в) публичная демонстрация полового акта, производимая одним или несколькими партнерами, или демонстрация аналогичных фото– и видеофильмов. Правда, эти ограничения были отменены первой поправкой к Конституции США, запретившей ограничивать свободу слова.

Понятие непристойности используется и в других странах с момента принятия Женевской конвенции. В Англии, например, закон о непристойности был принят задолго до этой конвенции еще в 1868 году (закон Кокберна) и действует до сих пор. Непристойностью считается «…публикация, доминирующей характеристикой которой является чрезмерное использование секса или секса и преступления, ужаса, жестокости, насилия». Непристойность определяется также статьями Канадского уголовного кодекса.

Определение порнографии, данное британским комитетом по вопросам порнографии и непристойности, предполагает два признака: во-первых, порнография должна возбуждать аудиторию сексуально, во-вторых, она включает изображение сексуального материала: половых органов, действий, поз и т. д.