Читать онлайн «История современной психологии». Страница 91

Из учения Гатри также следовало, что не только реакция организма состоит из отдельных компонентов, но также и стимулы, на которые реагирует организм. А так как и те и другие состоят из составных частей, для того, чтобы достигнуть некоторой последовательности в поведении, необходимо получить достаточно большое количество сопряженных сочетаний стимулов и реакций. Следовательно, для того, чтобы добиться улучшения в изучении любых движений (действий), необходима практика, но при этом каждый компонент движения или реакции заучивается после однократного совпадения со стимулом.

В значительной степени привлекательность системы Гатри покоится на ее простоте и логичности. Ее нетрудно понять, особенно по сравнению со сложными и основанными на серьезном математическом аппарате построениями Халла. Однако врожденная простота теории Гатри вызывает восторженные похвалы одних психологов и осуждение других. Многоголосно утверждалось, что Гатри избегает решения тех проблем научения, которые не получают объяснения в рамках его системы. Критики его системы настаивают на том, что для учета многих важнейших параметров в этой области требуется введение дополнительных принципов и допущений.

Но тем не менее, Гатри сохранил свое положение ведущего специалиста теории научения. Его вклад в науку заслужил официальное признание; в 1958 году Американский психологический фонд наградил его золотой медалью.

В сороковые — шестидесятые годы ведущую роль в американской психологии играли Кларк Халл и его последователи. Пожалуй, ни один психолог не проявил такой безусловной последовательности и преданности делу внедрения строго научных методов, как Кларк Халл. Он обладал исключительными способностями к математике и формальной логике и успешно применил эти дарования в области психологии, как никто другой.

Большую часть жизни Кларк Халл жестоко страдал от болезней и плохого зрения. В возрасте 24 лет он заболел полиомиелитом, который сделал его инвалидом. Кларк хромал на одну ногу и вынужден был носить металлический корсет собственной конструкции. Семья была бедной (Кларк Халл родился в бревенчатой хижине), и он несколько раз вынужден был прерывать учебу, чтобы преподаванием заработать на жизнь. Самым большим богатством Халла было неугасимое стремление к величию, и он смог переломить враждебные обстоятельства.

В 1918 году, достигнув уже относительно солидного возраста тридцати четырех лет, Кларк Халл получил степень доктора философии в Висконсинском университете, где он изучал горное дело, прежде чем переключиться на психологию. В течение 10 лет он оставался на факультете Висконсинского университета. Его ранние исследовательские интересы явились провозвестниками последующего стремления к внедрению научных объективных методов и функциональных законов.

Он изучал процессы формирования концепций, проводил многочисленные тесты и измерения и в итоге опубликовал серьезный учебник по прикладным методам проверки способностей (Hull. '1928). Он работал над внедрением практических методов статистического анализа и изобрел машину для расчета корреляций, которая была выставлена в Смитсоновском центре в Вашингтоне, округ Колумбия. Он посвятил десять лет исследованиям гипноза и внушаемости, опубликовал 32 научные статьи и книгу, которая суммировала его опыт (Hull. 1933).

В 1929 году Кларк Халд стал профессором Иельского университета, где продолжил исследования в той области, которая представляла для него особый интерес, — теории поведения, основанной на законах условных рефлексов Павлова. Впервые он прочитал работы Павлова в 1927 году и заинтересовался проблемами формирования условных рефлексов и научения. Он говорил о книге Павлова «Условные рефлексы» как о «великой книге» и свои опыты тоже ставил на животных. Ранее он не использовал крыс, потому что ему был отвратителен тот характерный запах, который всегда сопровождает лаборатории, где находятся крысы. Однако в Иельском университете он посетил безукоризненно чистоплотную колонию крыс, созданную для исследовательских целей Эрнестом Р. Хилгардом. Халл посмотрел на крыс, «понюхал и заявил, что, пожалуй, с крысами можно работать» (Hilgard. 1987. Р. 201).

В тридцатые годы Кларк Халл написал ряд статей, посвященных условным рефлексам, где он отстаивал мнение о том, что сложные виды поведения более высокого порядка можно объяснить в терминах основных принципов формирования условных рефлексов. В 1940 году, совместно с пятью коллегами, Халл выпустил книгу «Математико — дедуктивная теория механического научения: исследование в области научной методологии» (Mathematico — Deductive Theory of Role Learning: A Study in Scientific Methodology). Несмотря на то, что книга получила признание как выдающееся научное достижение, она была слишком трудна для восприятия, и ее смогли прочесть лишь немногие.

Следующей значительной публикацией Халла стала работа «Принципы поведения» (Principles of Behavior, 1943 г.), в которой подробно и с характерной для Халла точностью разрабатывалось теоретические основы, в достаточной степени всеобъемлющие, чтобы охватить самые разные аспекты поведения. Вскоре Кларк Халл стал одним из наиболее цитируемых психологов в своей области: в сороковые годы до 40 процентов всех экспериментальных статей и до 70 процентов статей по вопросам научения и мотивации, опубликованных в ведущих американских психологических журналах, ссылались на работы Халла (Spence. 1952). В течение многих лет Кларк Халл пересматривал свои взгляды, включая результаты исследований, которые подвергали опытной проверке более ранние версии его теорий. Окончательная форма его системы представлена в книге «Система поведения» (A Behavior System, 1952 г.).

Кларк Халл был всецело предан объективной бихевиоральной психологии. В его программе не было места сознанию, целенаправленности или иным психическим концепциям. Для описания своих бихевиористских представлений о человеческой природе он использовал исключительно механистическую терминологию. Человеческое поведение он рассматривал как автоматическое и полагал, что его можно свести к языку физики. Он предостерегал ученых против антропоморфизма — то есть против придания собственной интерпретации наблюдаемому поведению, чем нередко грешили ранние исследователи в области зоопсихологии. Кларк Халл искал средство, способное защитить от подобного субъективизма, и в конце концов обрел его, выдвинув предположение о том, что организм есть «полностью самоподдерживающийся робот, сконструированный из материалов, отличный от нас настолько, насколько это возможно» (Hull. 1943. P. 27).

Согласно точке зрения Халла, бихевиористы должны относиться к субъекту исследования как к роботу — причем он верил в то, что можно создать такие машины, которые смогут мыслить и выполнять иные когнитивные функции, свойственные человеку, как это происходит в современных компьютерах. «Меня не раз поражало, — писал Кларк Халл в 1926 году, — что человеческий организм является самой удивительной машиной — и все же только машиной. Не менее удивительным казалось мне и то, что можно построить машину, которая сможет выполнять все основные функции организма, пока и поскольку осуществляется процесс мышления» (цит. по: Amsel & Rashotte. 1984. P. 2–3). Дух механицизма, представленный автоматами и механическими фигурками на европейских часах XVII века, вновь воплотился в работах Кларка Халла.

Механистический, упрощающий и объективный бихевиоризм Кларка Халла предоставляет возможность ясно рассмотреть суть его исследований. Очевидно, что исследование должно быть как можно более объективным. Кроме того, подход Халла к психологии непременно должен быть количественным, а его законы поведения — выражаться точным языком математики. В книге «Принципы поведения» (Principles of Behavior. 1943 г.) Халл объяснил, как должна действовать такая математически обоснованная психология:

Прогресс должен заключаться в написании сотен уравнений, одного за другим; в экспериментальном определении одной за другим сотен эмпирических констант, входящих в уравнения; в разработке пригодных к практическому употреблению приборов для измерения количественных данных, выражаемых этими уравнениями; в объективном определении сотен символов, фигурирующих в уравнениях; в строжайшей и последовательной дедукции тысяч теорем и следствий из первичных определений; в безукоризненном проведении тысяч критических количественных экспериментов. (Hull. 1943. P. 400–401.)

Это утверждение является прекрасным примером ригоризма и терпения, которые требовались от любого последователя системы Халла.