Читать онлайн «История Эфиопии». Страница 102

Глава XXVII

ИТАЛО-ЭФИОПСКИЙ КОНФЛИКТ

В ЛИГЕ НАЦИЙ

ЭФИОПСКАЯ ПРОБЛЕМА В ЛИГЕ НАЦИЙ

События в Уольуоле положили начало так называемой "женевской фазе" итало-эфиопского конфликта. После внесения 3 января 1935 г. в Лигу наций эфиопским правительством протеста против действий Италии итальянское правительство из тактических соображений предложило разрешить спор путем непосредственных переговоров между обоими заинтересованными государствами. Предложение Рима встретило поддержку Парижа. После заключения римского пакта Франция проводила политику доброжелательного нейтралитета в отношении итальянских действий в Северо-Восточной Африке. Лондон, хотя совершенно по другим соображениям, также положительно отнесся к предложению о двусторонних переговорах. Великобритания обольщалась еще надеждой, что удастся предотвратить итальянскую агрессию в Африке, создающую угрозу интересам Британской империи в зоне Суэцкого канала и в районе истоков Нила. В результате обе эти державы благосклонно отнеслись к итальянским предложениям о том, чтобы конфликт был улажен в соответствии с итало-эфиопским договором от 1928 г., предусматривавшим решение всяких споров между странами - участницами договора с помощью мирных средств и путем непосредственных консультаций между ними. Как оказалось позднее, со стороны фашистской дипломатии это было лицемерное и демагогическое заявление, рассчитанное только на выигрыш времени. Однако пока в женевских кругах надеялись, что удастся избежать войны. В этой ситуации делегат Эфиопии в Лиге наций Тэкле-{468}Хауарьят 11 января взял обратно жалобу своего правительства. В этот период в Женеве Тэкле-Хауарьят проявил настоящий дипломатический талант. Он пользовался большой симпатией в дипломатических и журналистских кругах.

Одновременно с изъятием эфиопским правительством просьбы об обсуждении конфликта с Италией в Совете Лиги наций как эфиопское, так и итальянское правительство сделали в Женеве заявление, объясняющее их позиции в отношении конфликта. Оба правительства официально согласились решить спор в соответствии со статьей 5 итало-эфиопского договора 1928 г. Совет Лиги наций принял резолюцию по вопросу итало-эфиопского конфликта, подтверждающую, что в случае новых итало-эфиопских конфликтов этот вопрос будет поставлен на очередной сессии Совета Лиги. На этом завершился вступительный этап итало-эфиопской борьбы на женевской арене. Несомненно, Италия одержала успех, ей удалось не допустить включения жалобы Эфиопии в повестку дня Совета Лиги наций в тот момент, когда все откровеннее велась подготовка к войне в Африке.

Уже назначение 10 января генерала Эмилио де Боно, прежнего министра колоний, верховным комиссаром в Восточной Африке свидетельствовало, что итальянское правительство вступает в последнюю фазу подготовки к войне. Предполагалось, что де Боно станет командующим итальянских войск в Африке в случае вооруженного конфликта. Назначенный верховный комиссар в тот же месяц прибыл в Эритрею, где под его непосредственным контролем велось ускоренное строительство в Массауа, а также строительство новых аэродромов и дорог. Были также значительно ускорены работы по приспособлению для военных целей коммуникаций в Сомали и порта Могадишо. В феврале 1935 г. из Италии в Эритрею начали прибывать первые большие военные транспорты. Все это не предвещало хороших перспектив затягиваемым без конца итало-эфиопским переговорам, тем более что на границе Эфиопии вновь участились военные инциденты, провоцируемые итальянцами. Публикуемые сообщения итальянской прессы также свидетельствовали уже ясно о намерениях фашистского правительства: "Верховный {469} фашистский совет с энтузиазмом приветствует, - читаем в сообщении,- военные распоряжения, изданные в последнее время с целью обеспечения безопасности и мира нашим восточноафриканским колониям". Верховный фашистский совет, читаем дальше, "посылает свои братские поздравления отрядам, которые уже отправились, и тем, которые отправятся в Африку, и уведомляет народ, что были предприняты все возможные средства, чтобы вооруженные силы еще увеличили свою готовность". Как видим, итальянские правительственные круги, все сделавшие уже к началу войны против Эфиопии, пытались еще цинично внушать международному общественному мнению, что они действуют для защиты границ своих владений в Африке.

Тем временем, к несчастью для Эфиопии, международная ситуация развивалась все более выгодно для Италии. Проведенный в январе 1935 г. в Сааре плебисцит принес победу сторонникам присоединения этой территории к Германии. Этот факт был дополнительным импульсом для гитлеровской пропаганды, которая начала еще более оживленную кампанию, добиваясь возврата всех земель, на которые Германия имела претензии после Версальского договора. В марте 1935 г. немецкое правительство ввело всеобщую воинскую повинность, нарушая, таким образом, положения Версальского договора по этому вопросу. Эти события на некоторое время отодвинули в тень другие международные проблемы, в том числе и эфиопский вопрос.

В этих условиях 17 марта эфиопское правительство проинформировало генерального секретаря Лиги наций о мобилизации итальянцами дополнительных дивизий и о военных приготовлениях Италии в Африке, а также указало, что непосредственные переговоры фактически прекратились. Эфиопское правительство, информируя о предпринятой Италией мобилизации, о посылке в Африку все более многочисленных войск и военных материалов, просило Лигу наций провести полное расследование, предусмотренное статьей 15 Пакта Лиги наций, подчеркивая, что итальянские военные приготовления находятся в противоречии как с итало-эфиопским договором 1928 г., так и с резолюцией, принятой Советом Лиги 19 января. Од-{470}новременно Эфиопия заявляла, что готова и дальше решать спорные проблемы с Италией путем арбитража.

Заявление Эфиопии, совпавшее по времени с введением всеобщей воинской повинности в Германии, не могло произойти в более неподходящей для Эфиопии международной ситуации и прошло почти не замеченным общественным мнением и европейскими правительствами. Правда, Великобритания была все более обеспокоена военными приготовлениями Италии, но перед лицом опасности со стороны Германии и она не спешила выступить против Италии, которая со времени Версальского договора 1919 г. и конференции в Локарно 1925 г. была одним из гарантов статус-кво в Европе. В этой ситуации Италия, уверенная в своей позиции ценного партнера для европейских держав, главным образом Франции, опасавшейся прежде всего немецких вооружений, могла себе позволить открыто дать циничный ответ на эфиопскую жалобу. В этом ответе, датированном 22 марта, итальянское правительство утверждало, что эфиопская жалоба основана на неправильных данных и что Италия не имеет никаких намерений наступать в Африке, а укрепление итальянских сил в Эритрее и Сомали вызвано только ненормальной ситуацией на границах с Эфиопией и потребностью обороны.

20 и 23 марта произошли очередные важные пограничные инциденты, вызванные действиями итальянских отрядов. В связи с этим эфиопское правительство вновь обратилось с жалобой к генеральному секретарю Лиги наций, прислав одновременно по его требованию дополнительные материалы об итальянских военных приготовлениях в Африке. Эфиопская сторона, представляя записку о прежних безуспешных двусторонних переговорах с представителями итальянского правительства, в том числе с послом Италии в Аддис-Абебе Луиджи Винчи, просила создать Советом Лиги наций специальную комиссию для рассмотрения пограничных итало-эфиопских конфликтов.

В это же самое время эфиопское правительство, располагающее, кроме представительства в Лондоне, только дипломатическими представительствами в Париже и Риме, предпринимало отчаянные усилия, чтобы довести до {471} международного общественного мнения действительное положение своей страны в споре с Италией. Как посол Эфиопии в Париже, выполнявший одновременно функцию представителя своего правительства в Лиге наций, Тэкле-Хауарьят, так и Ийесус-Афэ-Уорк, временный уполномоченный Эфиопии в Риме, проводили многочисленные встречи с представителями других государств, объясняя позицию Эфиопии.

Под угрозой все туже затягивающейся военной итальянской петли и все большего количества проходящих через Суэцкий канал и Красное море итальянских военных транспортов немногочисленные эфиопские дипломаты все делали, чтобы пробудить совесть мира и получить поддержку своей стране. "Клянусь своей честью и честью своего народа, - заявлял на пресс-конференции Ийесус-Афэ-Уорк,- что никогда эфиопское правительство не думало и не думает нападать на итальянские колонии Сомали и Эритрею".

Итальянские военные приготовления против Эфиопии не ограничивались проведением на международной арене пропагандистских и дипломатических действий, увеличением своих вооруженных сил и переброской их в Африку. Большую роль в военных приготовлениях играла также итальянская разведка, имевшая в своем распоряжении - независимо от неофициальных каналов итальянские дипломатические и торговые представительства, созданные на территории Эфиопии. Кроме изучения территории и подготовки соответствующих карт, итальянская разведка делала попытки подорвать авторитет центрального правительства, поддерживая сепаратистские движения, как это было в случае мятежа лиуль раса Хайлу-Тэкле-Хайманота. Располагая значительной группой специалистов, прекрасно ориентирующихся во внутреннем положении в Эфиопии, итальянцы знали, на какие группы населения они смогут рассчитывать и какие нужно выдвигать лозунги, чтобы ослабить доверие к Хайле Селассие I. Итальянские агенты, например, распространили версию, будто бы он является только ныгусэ Шоа, а не ныгусэ нэгэст, которому должны повиноваться все народы Эфиопии.