Читать онлайн «Генералы и офицеры вермахта рассказывают.». Страница 128

Ввиду того, что унтер-офицер, под руководством которого перешла к партизанам последняя группа, был калмык, то решили всех калмыков из дивизии удалить. Всего было удалено около 60 человек калмыков. Они были направлены в Германию. Через осведомителей была усилена работа по изучению настроений легионеров и их связей с местным населением. Работу по выявлению связей легионеров с местным населением и изучению характера этих связей отдел 1-Ц проводил в тесном контакте с итальянской полицией. Несомненно, в результате контрразведывательной работы были выявлены и ликвидированы связи некоторых легионеров с партизанами.

Вопрос: Приведите конкретные факты выявления легионеров, связанных с партизанами?

Ответ: Я знаю только незначительное количество таких фактов, т.к. непосредственно этим делом я не занимался, то и подробностей не помню. Осенью 1942 года, когда дивизия стояла на Украине в р[айоне] Лохвиц по доносу одного из агентов отдела 1-Ц (фамилии не знаю) были арестованы два армянина. Следствие показало, что эти армяне были связаны с украинскими партизанами, которых снабжали оружием со склада легиона, а также вели среди легионеров антифашистскую агитацию. Оба армянина военно-полевым судом приговорены к расстрелу. Я этот приговор утвердил. Приговор привели в исполнение.

В марте 1944 года в одной из деревень в расположении 314-го пехотного полка по доносу нашей агентуры была арестована одна итальянская девушка, которая поддерживала связь с легионерами. Следствием установлено, что эта девушка (фамилии ее не знаю) была связана с партизанами и помогала легионерам перейти к партизанам. При аресте у нее было обнаружено письмо от легионеров, перешедших на сторону партизан, к легионерам дивизии. Письмо содержало призыв перешедших легионеров к своим близким друзьям, оставшимся в дивизии, последовать их примеру.

Военно-полевым судом девушка осуждена к повешению. Я этот приговор не утвердил, по той причине, что мне показались сомнительными те материалы, добытые следствием. Я приказал передать эту девушку для дальнейшего ведения следствия итальянской полиции. О дальнейшей судьбе этой девушки я ничего не знаю. Связанные с ней легионеры были наказаны, но как, я не знаю.

Примерно в то же время был арестован за связь с партизанами один священник с Истринского полуострова. Этот священник устроил обед для офицеров одного из моих батальонов. Во время обеда на офицеров должны были напасть партизаны. Как это удалось выяснить, я не знаю. Следствием была доказана связь священника с партизанами, и он военно-полевым судом приговорен к смертной казни через повешение. Этот приговор я утвердил, и священник был повешен. Других случаев поимки лиц, оказывавших помощь партизанам, я не помню.

Вопрос: Проводилась ли секретная разведывательная работа?

Ответ: Когда дивизия находилась на Украине, то она имела только учебные задачи, поэтому необходимость в проведении разведывательной работы не было. В Италии, как я уже показал, дивизия некоторое время вела борьбу с партизанами. Однако, насколько мне известно, и здесь разведка проводилась только путем боевых операций, а секретная разведывательная служба не была организована.

Из числа личного состава дивизии нельзя было посылать к партизанам разведчиков по причине их резкого национального отличия от местных жителей. Поэтому необходимые разведывательные данные о партизанах мы получали от местных итальянских органов. Получаемые от итальянцев разведывательные данные нас не удовлетворяли, однако, других возможностей мы не имели. Часть сведений о партизанах мы получали через местное население путем опроса.

Вопрос: В данном случае вы не говорите правды. Приведенные вами доводы о невозможности ведения разведывательной работы против партизан не являются основательными. С этими целями вы могли использовать мирное население, пленных партизан и, наконец, внедрить свою агентуру под видом перебежчиков-легионеров. Все это широко применялось во время войны немецкими разведорганами. Почему вы не даете правдивых показаний?

Ответ: Я повторяю, как мне известно, разведывательная служба в дивизии не была организована. Во всяком случае, о ней мне ничего не известно.

Вопрос: Вашим показаниям следствие не верит. К этому вопросу мы возвратимся впоследствии. Какими указаниями вы руководствовались при организации борьбы с партизанами?

Ответ: По прибытию в Италию, я получил приказ, в котором излагались основные принципы ведения борьбы против партизан. Кем был подписан приказ, я не знаю. Он получен мной или из Верховного командования сухопутных сил, или от командующего армией, в состав которой входила дивизия. В этом приказе указывалось, что партизаны нарушают установленные международные правила ведения войны, поэтому предлагалось в борьбе с партизанами применять любые средства. В приказе указывался ряд практических карательных мероприятий, которые я в настоящее время не помню. В частности, предлагалось расстреливать всех, взятых в плен партизан. Основными методами борьбы против партизан признавались окружение и уничтожение. Других подробностей приказа я не помню.

Вопрос: Как вы практически выполняли эти указания?

Ответ: Я не являлся сторонником этих методов борьбы. Поэтому по согласованию с моим непосредственным начальником, командующим 2-м танковым корпусом СС оберстгруппенфюрером Хаузер, издал следующий приказ: всех партизан, если они захвачены с оружием в руках и их образ действия являлся нарушением правил ведения войны — расстреливать. Со всеми прочими обращаться как с военнопленными и направлять их на сборные пункты.

Вопрос: Что вы подразумеваете под «всеми прочими»?

Ответ: Силами моей дивизии производились массовые прочески населенных пунктов. При этом задерживалось значительное количество лиц, главным образом призывного возраста, которые не являлись мирными жителями. Эти лица, если они не оказывали вооруженного сопротивления, не подлежали расстрелу.

Вопрос: Сколько было расстреляно партизан по этому приказу?

Ответ: Таких данных я не имею. Вообще я не был сторонником этого жесткого мероприятия, я не хотел восстанавливать против себя партизан и местное население. Кроме того, партизаны также захватывали в плен солдат моей дивизии. Они также могли применять контрмеры. Поэтому, боясь, что за узаконенные жестокости по отношению к партизанам придется расплачиваться захваченными в плен немецкими солдатами моей дивизии, я на свой риск дважды устанавливал с партизанами обмен пленными. Все доставленные в штаб дивизии пленные партизаны допрашивались сотрудниками отдела 1-Ц, и затем направлялись в штаб корпуса СС. Какова была их дальнейшая судьба, я не знаю. Полагаю, что полиция и войска СС[577] этих военнопленных расстреливали.

Вопрос: На основании чего вы делаете такое предположение?

Ответ: Об этом до меня доходили слухи. Однако от кого конкретно я слышал, не помню.

Вопрос: Как вы относились к гражданскому населению?

Ответ: К гражданскому населению, естественно, относились с недоверием. Среди словенского населения партизаны пользовались большой поддержкой. Я не помню случаев, чтобы со стороны солдат моей дивизии были допущены какие-либо жестокости по отношению к мирному населению. Было много случаев грабежа мирного населения солдатами моей дивизии и, особенно, изнасилования женщин, но к легионерам, допускавшим это, применялись суровые меры наказания. За время моего командования дивизией за грабеж и изнасилования военно-полевым судом было осуждено к смертной казни всего около 40 легионеров. Действовавшие в том же районе войска СС и полиция, в частности 1-й танково-гренадерский полк СС «Адольф Гитлер», батальон СС «Карст», два полицейских полка, подчиненных высшему руководителю полиции и СС генералу Рестель, и один полицейский полк под командованием начальника полиции г. Триеста, допускали много жестокостей по отношению к мирному населению.

Мне известно, что эсэсовцами 1-го танково-гренадерского полка в начале 1944 года в районе местечка Ново-Мито был убит священник, в мест[ечке] Ново-Мито повешено пять или шесть гражданских жителей. В то же время в 20 километрах восточнее гор. Монфальконе партизаны из засады напали на полицейское соединение гор. Триеста и уничтожили его. В наказание за это полиция и войска СС под командованием полковника полиции (фамилию не помню), окружив две крупных деревни, в районе которых произошло нападение партизан, вывезли всех жителей в соседние населенные пункты, затем эти деревни разграбили и сожгли. Подобных случаев, совершенных полицией и войсками СС было много, однако, о них я не помню.