Читать онлайн «Войны Московской Руси с Великим княжеством Литовским и Речью Посполитой в XIV-XVII вв». Страница 105

Это выразилось не только в их согласии принять войско Болотникова, но и в той несомненной помощи, которую они ему оказали. За короткий срок (две недели) воины и горожане возвели частокол вокруг города и вырыли два рва: внешний (перед частоколом) и внутренний (за ним). Сам же частокол они укрепили с обеих сторон землей, чтобы им можно было пользоваться как бруствером. Трудоемкость этих работ увеличивалась тем, что они производились в зимнее время.

Тогда царь послал на помощь своему брату еще одно войско, которым командовали князья М. В. Скопин-Шуйский, Ф. И. Мстиславский и Б. П. Татев. Однако возведенные укрепления позволили Болотникову выдержать длительную осаду и отразить все атаки царских войск. Защитники города успешно оборонялись три месяца. Они делали смелые вылазки, нанося осаждавшим большой урон. Исаак Масса отметил:

(Осажденные) «каждодневными вылазками причиняли московитам большой вред: да и почти не проходило дня, чтобы не полегло сорок или пятьдесят московитов, тогда как осажденные теряли одного».

Масса, Цит. Соч., с. 164

Новая тактика воевод Василия Шуйского состояла в том, чтобы разрушить деревянный калужский острог с помощью различных стенобитных орудий и артиллерийского обстрела, а также путем поджога деревянных стен и самого города посредством «подмёта» — подвижной горы из дров и сухого хвороста:

«Поставиша овны, и дела великия стенобитныя над градом поставляя, и огненныя великия пищали, и разбивающе град и дворы зажигающе. Наведоша же на град и гору древяну».

В ответ на эту серьезную угрозу Болотников, определив направление движения «подмёта» и точно рассчитав время предполагаемого поджога, решил уничтожить данное сооружение — устроив подкоп за пределами частокола и взорвав в нем пороховую мину. Эта смелая операция требовала серьезных инженерных знаний, точного рассчета и соблюдения тайны. Видимо, у Болотникова были люди, сведующие в подобных делах. Операция полностью удалась. В последнюю ночь перед поджогом «подмёт» был взорван. В «Ином Сказании» говорится:

«От лютости зелейные подняся земля и здровы, и с людми, и с туры, и со щиты, и со всякими прступнвти хитроствми. И была беда велика, и много войска погибоша, и смятеся все войско»… (Болотников) «вышед со всеми людми» из Калуги «и на приступе многих людей побита и пораниша».

Смирнов И. И. Цит. Соч., с. 338

Одновременно с Калугой царские воеводы осаждали ряд других городов, перешедших на сторону Самозванца, но в большинстве мест потерпели поражение. Так, на помощь городу Михайлов пришли «воры с Украиных городов». Тогда михайловцы «вышед из града и от града отбиша» войско князя И. А. Хованского, которому пришлось уйти в Переяславль-Залесский. Столь же безуспешна была осада Венева князем Андреем Хилковым. Он «под Веневою не сдела ничево; с Веневы же вышедше, воры от города отбили», заставив Хилкова отступить в Каширу. Осада Козельска продолжалась дольше, но тоже безуспешно. Весной воевода А. В. Измайлов, «слыша то, что бояре от Калуги отидоша, взя наряд со всеми ратными людьми, отойде в Мещоск (Мещевск — А. Т.)».

Город Алексин, осаждавшийся князем И. М. Воротынским, оставался в руках сторонников «гетмана царя Дмитрия» вплоть до 29 июня 1607 года, когда его взяли войска. Василия Шуйского:

«Олексин был в воровстве, в измене, а сидел в Олексине воевода с ворами Лаврентий Александров сын Кологривов олексинец со олексинскими со всякими служилыми и с посадскими и с уездными людьми».

Пока шла осада Калуги, сторонники Болотникова предпринимали попытки прорваться к нему. Первым поспешил на помощь осажденным князь Василий Рубец-Мосальский. Но на реке Вырка, в семи верстах от Калуги, в феврале 1607 года (примерно 21 числа) его отряд разбило царское войско во главе с боярином Иваном Никитичем Романовым, подоспевшее из Козельска.

Битва продолжалась целые сутки («день да ночь») и носила ожесточенный характер. «Новый Летописец» сообщает: «Многое множество воров побито, языки многие приведоша». В плен попал и сам князь Мосальский (его привезли в Москву раненым, там он вскоре умер), в качестве трофеев войско Романова захватило артиллерию («наряд») и обоз. О крайне упорном характере боя свидетельствует тот факт, что когда поражение стало очевидным, значительная часть повстанцев предпочла покончить с собой:

«Они же окаянный узреша московские полки и возъяришася и оградишася санми, бе бо зима настоящи, и связаша кони и сани друг задруга, дабы нихто от них не избег, мняше себя пройти во град, и тако сплетошася вси. Московские же полки, наскочиша на них, яко крилати, и была сеча и избиша всех, последний же видевши свою конечвную погибелв зажгоша многия полки зелвя (пороха) и сами ту изгореша, яко 3000».

Смирнов. Цит. Соч. с. 379

В начале марта войска Шуйского (во главе их стояли князь А. В. Хилков, ранее разбитый под Козельском, воеводы Григорий Пушкин и Сергей Ададуров) взяли небольшую крепость («острог») Серебряные Пруды, в Веневском уезде. Несмотря на упорную оборону («и с Прудов воровские люди многих ратных людей переранили, а иных побили»), осажденные вынуждены были сдаться, «видя свою погибель, что им не отсидетца», «и в острог пустили царя Васильевых людей и крест целовали царю Василью».

Сдача Серебряных Прудов стала большим успехом воевод Шуйского, ибо уже «назавтрее здачи пришли многие воровские люди с Украины на выручку Серебряным Прудам», во главе с воеводами — князем Иваном Мосальским[180] и «иноземцем литвином Иваном Сторовским». Тактам образом, помощь осажденным опоздала, и вместо «выручки» Серебряных Прудов Мосальский и Сторовский сами попали под удар царских войск. Произошел новый бой «от Серебряных Прудов версты за четыре», тоже завершившийся победой воевод Шуйского:

«Воровских многих людей побили и языки многие поймали и воровских воевод Ивана Масалскова и Ивана Сторовскова взяли».

Все же эти поражения не смутили Болотникова и его сторонников в Калуге, они продолжали отважно защищаться. А тем временем в Тулу пришел из Путивля сильный отряд донских и терских казаков (более 4-х тысяч человек) под предводительством самозванца «царевича Петра» (якобы сына царя Федора Ивановича Годунова и Ирины Годуновой, то есть, «племянника царя Дмитрия»),[181] Там он соединился с отрядом, которым командовал черниговский князь Андрей Андреевич Телятевский — тот самый, чьим холопом был когда-то Иван Болотников.

Сильно воспрянув духом после побед на Вырке и у Серебряных Прудов, царь Василий во второй половине марта послал в поход на Тулу войско во главе с И. М. Воротынским, до того безуспешно осаждавшим Алексин. Ему была поставлена конкретная задача: взять Тулу и захватить живым «царевича Петра». Однако боярин и здесь потерпел полную неудачу. Источники свидетельствуют:

«Боярин же князь Иван Михайлович Воротынский из Олексина поиде под Тулу, на Туле же в те поры воров было много. Воевода ж у тех воров князь Андрей Телятевский, и выде со всеми людьми, князя Ивана Михайловича розгоня, едва ушел в Олексин»…

«Петр Федорович со всеми своими силами выступил из Тулы и обратил в бегство всё московское войско, стоявшее под Тулой, так что предводители его, Воротынский, Симеон Романович и Истома Пашков, бежали вместе с прочими, и Петр меж тем занял еще некоторые укрепленные места неподалеку и поспешил возвратиться в Тулу, где снова утвердился».

Полное собрание русских летописей, том XV, с. 73; Масса., Цит. Соч., с. 169

Вскоре после поражения Воротынского под Тулой (не позже 4 апреля), воеводы Хил ков, Пушкин и Ададуров пришли от Серебряных Прудов к Дедилову (на реке Шата) и тоже были наголову разбиты:

«Воровские люди царя Васильевых людей розогнали и на побеге убили воеводу Сергея Ододурова, а ратные многие люди потонули в реке в Шату, и с тоге розгрому воеводы и ратные прибежали на Коширу».

Смирнов И. И. Цит. Соч., с. 386

Таким образом, поражение под Дедиловым завершилось беспорядочным бегством царских войск, в ходе которого они бросили свое вооружение («запас») и потеряли значительную часть личного состава, включая воеводу Ададурова. Более того, после этого поражения острог Серебряные Пруды снова перешел под контроль войск гетмана И. И. Болотникова.

В конце апреля к Калуге пришел из Тулы большой отряд во главе с князем А. А. Телятевским, посланный «царевичем Петром» на выручку «людей дяди своего Димитрия». Навстречу ему вышли три полка из состава войск, осаждавших Калугу (во главе с воеводами Б. Татевым, М. Барятинским и А Черкасским). Но царские воеводы в битве 3 мая 1607 года у села Пчельня (в Михайловском уезде, недалеко от Калуги) понесли поражение. При этом погибли двое воевод — Татев и Черкасский. В «Разрядных книгах» эта битва упомянута следующим образом: