Читать онлайн «Москва в улицах и лицах». Страница 51

Между ними сохранились некогда "замкнутые особняки" на Малой Дмитровке, 12, 18. В первом из них квартировал генерал Михаил Орлов, к которому наведывался Пушкин, обедавший у него. Поэт хотя и уважал генерала, как умного и доброго человека, но тяготился общением с ним.

Перестроенный классический особняк угадывается в угловом доме Малой Дмитровки, 1. В пушкинские времена в этом особняке останавливался граф Сергей Уваров, президент Петербургской академии наук, который привел Пушкина в Московский университет. После посещения "альма матер" граф пригласил поэта и профессоров отобедать у него. Через несколько лет Уваров будет назначен министром народного просвещения, сформулирует в трех словах идеологическую концепцию: "Самодержавие, православие и народность". Она будет стержнем официальной идеологии, служившей до 1905 года.

Спустя несколько лет после посещения Университета Александр Сергеевич в сатире "На выздоровление Лукулла" представит Уварова в образе скряги, поспешившего завладеть наследством выздоровевшего богатого родственника:

А между тем наследник твой,

Как ворон, к мертвечине падкой,

Бледнел и трясся над тобой,

Знобим стяжанья лихорадкой.

Уже скупой его сургуч

Пятнал замки твоей конторы;

И мнил загресть он злата горы

В пыли бумажных куч.

Дом, где останавливался граф Уваров, изуродован переделками и пристройками. В конце прошлого века в нем издавали журнал "Зритель", где начал выступать юморист Антоша Чехонте. "Обстановки в редакции не было никакой, некрашеные столы, убогие деревянные стулья сухаревской работы, так описывает "Зритель" бывший сотрудник журнала Владимир Гиляровский. Но в редакции всегда было весело. - Мы озорничали и радовались как дети, а Антон Павлович Чехов, наш главный сотрудник, писавший под разными псевдонимами, веселился больше всех".

В трех домах улицы Чехов жил, и на этом основании она полвека носила его имя. Три года, 1890-1892, московским адресом писателя служил флигель во дворе на Малой Дмитровке, 29. В нем написана "Палата № 6" и другие шедевры.

"Живу я теперь на Малой Дмитровке; улица хорошая, дом особнячок, два этажа. Пока не скучно, но скука уже заглядывает ко мне в окно и грозит пальцем".

Это настроение не покинуло Антона Павловича, через год в другом письме он признавался издателю:

"- Ах, подруженьки, как скучно! Если я врач, то мне нужны больные и больницы; если я литератор, то мне нужно жить среди народа, а не на Малой Дмитровке... Нужен хоть кусочек общественной и политической жизни".

На Малую Дмитровку Чехов, сменив в городе несколько адресов, вернулся в 1899, жил он у сестры, в доме 12, квартира 10, потом снял квартиру 14 в доме 11. Сюда к нему приезжали Лев Толстой и Максим Горький.

На Малую Дмитровку в 1909 году перебрался с Большой Дмитровки Купеческий клуб, построивший по своему вкусу новое здание, созданное архитектором Илларионом Ивановым-Шицем. Этот архитектор перед революцией строил особняки, сиротский, родильный, народный, ночлежный, доходные дома, университет А. Шанявского, комплекс зданий Солдатенковской больницы, ныне Боткинской... По тому что проектировал архитектор, видно - Москва была на подьеме, возвышалась, наращивала мощность фабрик и заводов, разрасталась вширь и ввысь. И вдруг в 1917-м - рухнула в пропасть...

Вкус у московских купцов к тому времени был отточенный, в чем каждый может убедиться, придя на Малую Дмитровку, в театр "Ленком", где в бывшем купеческом собрании выступает самый популярный театр Москвы нашего века. На его сцене играет плеяда выдающихся артистов во главе с Марком Захаровым, отличившимся в прессе радикализмом. С экрана ТВ и страниц газет он призывал "похоронить Ленина по христианскому обряду", снять с кремлевских башен звезды. Но нужно ли погребать атеиста под молитвы, воевать со звездами, даже если они красного цвета?

Купеческий клуб захватили анархисты, помогавшие большевикам в Октябре. После переезда правительства в Москву весной 1918 года вооруженные до зубов поклонники князя Кропоткина были выбиты из "дома анархии" пушками.

В Купеческом клубе открылся летом 1919 года Коммунистический университет имени Свердлова, о чем обрадовавшийся по этому поводу Маяковский на поэтическом станке отчеканил еще один пятак:

Здесь раньше купцы веселились ловко,

Теперь университет трудящихся - Свердловка.

В зале клуба Ленин выступал на III съезде комсомола и в трех словах сформулировал, как некогда граф Уваров концепцию, задачу союза молодежи: "Учиться, учиться и учиться!"

Вождь партии пообещал тогда энтузиастам, что юное поколение через 10-15 лет заживет в коммунистичеком обществе.

- Владимир Ильич!..Неужели я?..Я?..Увижу коммунистическе общество, -волнуясь от представившейся возможности задать вопрос вождю мирового пролетариата, спросил воронежский делегат, отобедав перед заседанием восьмушкой хлеба, супом и жарким из воблы, напившись чаю с сахарином. (За казенный счет как делегат съезда)

- Да, да! Вы! Именно вы, дорогой товарищ!

После ленинских слов воронежский делегат, не помня себя от радости, побежал вглубь зала, где нашелся среди сотен восторженных, один неверующий:

- Товарищ Ленин! Скажите, а почему в деревне нет колесной мази?

Комсомольцы, не щадя живота своего, построили по заветам Ленина социализм, где можно было бесплатно учиться, лечиться, но при этом хронически всегда чего-то недоставало, то колбасы, то колесной мази...

В особняке, некогда занимаемом веселым "Зрителем", после войны и до 1964 года помещалась редакция толстого журнала, не склонного к юмору, каждый выход которого в Москве ждали с нетерпением. То был "Новый мир", редактируемый Александром Твардовским.

Сюда на второй этаж, где помещался кабинет автора "Василия Теркина", явился недавний зэк Лев Копелев и принес рукопись жившего в Рязани друга, товарища по несчастью, отсидевшего свой срок, учителя Александра Солженицына. Рукопись Копелев в числе первых бегло прочитал без интереса и вынес ей приговор: "Это типичная производственная повесть, перегруженная деталями." Но через два года он же отвез ее в Москву, куда утренним семичасовым поездом зачастил из Рязани автор повести "Один день Ивана Денисовича".

В ноябре 1962 года Солженицын вернулся из Москвы со словами:

- Взошла моя звезда!

Отсюда, с Малой Дмитровки, 1, началась мировая слава писателя, бросившего вызов тоталитарной системе и вышедшего из схватки победителем.

Глава одиннадцатая

КУЗНЕЦКИЙ

МОСТ

Неглинка уходит под землю. - Роман - большой

карман.- Усадьба Салтычихи. - Гостиница

"Захарьевка". - "Спешите делать добро!".

"И вечные французы..." Михаил Шолохов приносит

"Тихий Дон". - Царство лилипутов. - Ресторатор Транкль Яр. - Барышни и кавалеры с метлой.

И. Кондратьев переписывает М. Пыляева. - "Дома

осанистые и крепкие..." - Деньги партии из

"Лионского кредита. - Ильич в ателье Мебиуса.

"Магазин русских изделий". - Подвиг в сберкассе.

"Пассажъ" К. С. Попова.- Конец издательства

М. О. Вольфа. - Немецкий погром 1915 года.

Вернисаж Степана Эрьзи.- "Мистерия ХХ века" под запретом. - Джуна получает лабораторию. - Меха для диктатуры пролетариата. - Покупка Арманда

Хаммера. - Фирма "Шерер, Набгольц и Ко".

"Хорошее отношение к лошадям". - Церковь

Введения. - Наркомат иностранных дел СССР.

О Кузнецком мосте написано много, хотя он не блещет куполами церквей и дворцами. Никто из великих людей не родился в его домах. Слава проезда, мощенного брусчаткой, - в истории, в описаниях тех, кто здесь хаживал по крутому склону Неглинки, ушедшей в 1819 году под землю.

Эта дата стала вехой в хронике улицы. Когда упрятали реку, стал ненужен 120-метровый каменный мост, переброшенный между ее берегами, правым, где Петровка, и левым, где Неглинная.

То было событие, поразившее Москву. Почтмейстер пушкинских времен Булгаков, известный как "передатчик новостей", сообщал в письме брату: "...смешно, что будут говорить: пошел на Кузнецкий мост, а его нет, как нет "зеленой собаки".

Давно никому не смешно, когда говорят об улице. По ней ходят толпами, одни по магазинам, другие, используя как кратчайший переход из переулков центра к Тверской.

Северный парапет моста пригодился как фундамент, на нем построили протяженный дом с лавками, сохранившийся до наших дней. (№ 7, о нем впереди).

Опору Кузнецкого моста откопали в наши дни, прокладывая коммуникации. По этому поводу газеты поохали от радости, размечтались не хоронить больше белокаменную кладку. Но пришлось засыпать археологическую находку, иначе ездить и ходить по улице стало бы невозможно.

Мост возник там, где жили со времен Ивана III кузнецы, где коптил небо сотни лет созданный строителем Кремля Аристотелем Фиораванти государев Пушечный двор. Этот великий итальянец научил москвичей лить пушки.

Кузнецы дали имя мосту, вместе, кузнецы и мост, - породили название улицы. О литейном дворе напоминает с 1922 года Пушечная, бывшая Софийка. Кузнецким до этого времени назывался переулок, спускавшийся от Большой Дмитровки к Кузнецкому мосту. В тот злосчастный для топонимики Москвы год, когда переименовали множество древних проездов, переулок присоединили к улице, нумерация домов началась с угла Дмитровки.