Читать онлайн «История имперских отношений. Беларусы и русские. 1772-1991 гг.». Страница 156

Лидер КПРФ Зюганов, редактор газеты «Завтра» Проханов и лидер движения «Евразийское сообщество» Дугин заняли весьма характерную позицию. Они дружно порицали страны Восточной Европы, отказывающиеся признать, что советские войска освободили их от нацизма, на том основании, что освобождение предусматривает свободу, а вместо неё Красная Армия принесла диктатуру и террор коммунистов. Досталось Эстонии и Украине, Польше и Чехии — всем виновным в неуважении «подвига нашего народа». И тут же, во второй части разговора, эта троица дружно стала утверждать, что СССР — это и есть Великая Россия, которая тогда просто иначе называлась. Логики у шовинистов никакой: обижаются на то, что в Европе акт освобождения от германских оккупантов считают всего лишь имперским деянием, то есть, заменой на советскую оккупацию, но дружно уверяют, что СССР — это «новое издание» Российской империи!

Но если вы сами себя называете «Российской советской империей», тогда Великая Отечественная война — в свете таких представлений — война в самом деле империалистическая, в ходе которой Россия решала свои имперские проблемы: во-первых, сохранить власть над колониями (союзными республиками), во-вторых, приобрести новые колонии (те страны, что образовали пресловутый «социалистический лагерь»), Зюганова, Дугина и Проханова не смущает, что при таком подходе все мемориалы советским воинам в странах СНГ и Восточной Европы автоматически превращаются в мемориалы солдатам Российской империи. А что должны думать об этом беларуские, украинские, грузинские, казахские ветераны войны? Оказывается, они воевали не за свою Родину, а только за Россию?

Такое объяснение сущности СССР повлекло за собой многое иное. Например, к 60-летию Победы телеканалы России подготовили массу программ, в доброй половине которых Красную Армию (советской она стала только в 1946 году) называют «русской армией». При этом в хронике поражений первых лет войны это ещё Красная Армия, но освобождала Минск, Киев и Варшаву, брала Берлин уже «русская армия». Всех генералов РККА, невзирая на национальность, называют «русскими генералами».

А как прикажете воспринимать недавнее заявление высшего руководства Российской Федерации, что «с распадом СССР Россия потеряла много портов»? Однако после 1991 года территория России не уменьшилась ни на метр: она точно совпадает с границами РСФСР. Разве Рига и Таллин, Клайпеда и Лиепая, Одесса и Херсон, Керчь и Бердянск, Батуми и Поти — русские города? Так зачем московские власти трагически заявляют, что в 1991 году РСФСР потеряла «много портов»? Чтобы требовать их обратно?

Стратегия формирования «человека нового типа» и «советского народа как принципиально новой человеческой общности» предусматривала перемалывание существующих в СССР народов ради создания какой-то мифической единой нации, с одним общим языком. Эта стратегия предусматривала, наряду с предельной централизацией управления, превращавшей союзные республики в чисто географические понятия, проведение в них такой политики, которая способствовала максимальной национальной нивелировке.

Как известно, доминанта национальных чувств любого народа — ощущение им своей уникальности. А главное выражение таковой — национальный язык и память о своих предках, не похожих на соседей. Поэтому в любой многонациональной империи доминирующая нация стремилась навязать покорённым народам свой язык, достаточно вспомнить Индостан во времена английского господства. Но советский тип империализма и в этой области выделился новизной: большевики осуществляли не только языковую денационализацию, но и денационализацию историческую, последовательно вычёркивая из памяти народов их историческое прошлое.

Ради этого был взят курс на перевод партийных, государственных, хозяйственных, научных учреждений, средней, профессиональной и высшей школы национальных республик на русский язык, с ограничением сферы использования местных языков только пропагандой и художественной литературой, да и то временно. С этой целью под видом «Истории СССР» везде изучалась история Московского государства и Российской империи.

Давайте вспомним, что изучали в школе наши деды, отцы, да и те из нас, кто окончил школу до 1992 года. Все мы изучали историю России, хотя государство было многонациональным, объединяло около 100 народов, состояло из 15 республик. Но в коммунистической империи не имела права на жизнь ни история беларуского народа, ни украинского, ни литовского, ни казахского, ни прочих. Лишь тогда, когда очередной народ становился жертвой имперской агрессии, в учебниках вдруг появлялся новый, неведомо откуда взявшийся народ, «добровольно присоединившийся» к русскому.

Одни народы (например, беларусы и украинцы) якобы желали таким способом избавиться от «ига польских феодалов», другие (например, прибалты) — спастись от «онемечивания», третьи (армяне, грузины, азербайджанцы) — избежать «отуречивания», и т. д. Свои собственные «истории» местные холопы московского «начальства» трактовали как изначальное стремление народных масс «слиться в объятиях с русским старшим братом». Яркий пример — труды Лаврентия Абецедарского и его соратников. При этом открыто утверждалось, что во всех без исключения случаях утрата народами своей независимости и последующая русификация было явлением сугубо прогрессивным!

А если кто-то присоединялся «не добровольно», значит, речь шла об «отсталых племенах», погрязших в невежестве и нищете, способных вести только «примитивное хозяйство». Дескать, именно русским выпала миссия приобщить их к более высокой культуре, вывести из тьмы… Что ж, все мы видели, как уже в наше время русские «выводили из тьмы» многострадальный чеченский народ.

Позже потомки сегодняшних русских открестятся и от этого греха, снова перепишут свою историю и забудут о нынешнем варварском разбое, как забыли они все свои прошлые преступления. А ведь они уничтожают гордый чеченский народ уже 150 лет кряду. Вся истории Российской империи, что царской, что коммунистической, густо замешана на крови!

Важное для Москвы геостратегическое положение Беларуси привело к тому что и царизм, и большевики проводили здесь политику русификации наиболее методично. Москве нужно было раньше, требуется и теперь, чтобы беларусы стали русскоязычными, не русским народом, а именно «русскоязычным». Чтобы они полностью и окончательно забыли свой язык, свою историю, свои традиции, поголовно вступили в православную церковь, а в конечном итоге — «слились» с Россией. Отсюда сказки об изначальном «братстве», о «практически полной схожести беларусов с русскими», и о страшных злыднях — беларуских националистах, которые, само собой разумеется, все поголовно состоят на содержании западных спецслужб.

Незнание беларусами своей истории (хотя виноваты в том не они, а царизм и большевики) привело к удивительному явлению: на референдуме народ отверг свои исторические национальные символы. Но специально подчеркну: в очень большой мере им «помог» в этом телевизионный сериал «Духовная война», демонстрировавшийся беларуским ТВ перед референдумом. Главным консультантом и соавтором сериала является А. Проханов, один из самых оголтелых российских «национал-патриотов». Он уже давно без малейшего стеснения заявляет устно и письменно, что в 1991 году Россия утратила свои колонии, в смысле — «так называемые» союзные республики! И что для их возвращения необходимо «возродить Великую Россию», то есть, всё ту же империю, где удел нерусских наций только один — полная и окончательная русификация.

Кстати говоря, Проханов не отвергает государственные символы нынешней России (бело-сине-красный флаг, двуглавый орёл) и Москвы (изображение Георгия Победоносца) на том основании, что они были символами РОА генерала Власова. Их Проханов не находит «фашистскими». Но вот попытки беларуских патриотов выходить на демонстрации с бело-красно-белыми флагами и гербом «Погоня» — это для него означает «духовную войну Запада против беларусов» путем использования «фашистских символов». Почему? Да потому, что коллаборационисты в оккупированном немцами Минске ходили на демонстрации (в отличие от власовцев, отнюдь не на бой) с такими флагами и с гербом «Погоня». Полагаю, что в действительности подобные заявления — лишь проявление ненависти Проханова и его местных единомышленников к самой идее независимости беларусов от Москвы.

Герб «Погоня» как свою печать ввёл не фашист и не коллаборационист, а великий князь Литвы Сигизмунд II Август. С 1562 года «Погоню» чеканили на его монетах. Георгий Победоносец, как известно, был гербом Господина Великого Новгорода — до того, как его в XV веке «присоединила» Москва. Но сколь различна их судьба: один отвергнут, потому что он якобы «фашистский», другой же стал гербом Москвы. При том оба герба — христианские: на щите всадника «Погони» изображён шестиконечный крест, точно такой, какой был у святой Евфросинии Полоцкой ещё в середине XII века.