Читать онлайн «Благородство поражения. Трагический герой в японской истории». Страница 118

389

Окада (Амакуса, с. 253) цитирует некоторые бесшабашные куплеты в стиле «Вперед, солдаты Христа!», распевавшиеся под барабанный аккомпанемент незадолго перед последним приступом замка. Песня была громкой и слышалась в лагере осаждавших, где вызывала заметное удивление — все знали о безнадежном положении оборонявшихся.

Паже предполагает, что количество войск властей к концу марта достигло 200000 (Religion Chretienne au Japon, p. 847) но это, вероятно, преувеличение. Официальные японские источники дают подозрительно точную цифру: 100619 к концу марта, и говорят, что под конец кампании было задействовано всего 124000 человек. Общие затраты правительства составили 400000 золотых рё (приблизительно семь миллионов фунтов стерлингов в ценах 1975 года).

Население могло сноситься с поддерживавшими их христианами на холмах вне замка с помощью детских воздушных змеев (Окада, Амакуса, с… 256), однако не было никакой возможности получать от них материальную помощь.

Там же, с. 195.

Цудзи, Эдо Бакуфу, с. 405; Окада, Амакуса, с. 206.

Окада, Амакуса, с. 209. Одно из этих огромных каменных ядер сохранилось на цементном пьедестале в Нагасаки, где его несколько неуместно окружают железные распятия.

Окада, Амакуса, с. 254–55.

Часто предполагается, что Мацудайра был послан, чтобы заменить генерала Итакура, к которому Бакуфу потеряло доверие. Вряд ли это было так. Когда Мацудайра выехал из Эдо в середине января, восставшие еще не укрепились в замке Хара и у правительства не было причин сомневаться в эффективности действий Итакура. На самом деле Мацудайра был послан не для замещения предыдущего генерала, но чтобы помочь ему как можно быстрее разделаться с восставшими. Однако, Итакура интерпретировал назначение Мацудайра как угрозу своему статусу командующего.

Окада, Амакуса, с. 159.

Там же, с. 138. В их насмешках содержалась игра слов: сэмэру= 1. «пытать», 2. «нападать».

Окада (Амакуса, с. 161) цитирует эту поэму, но сомневается в ее аутентичности.

Там же, с. 200, 204.

Некоторые даймё, например, воспользовались восстанием, как предлогом, чтобы не платить свои коммерческие долги.

У Нагасаки на якоре стояли два голландских корабля, однако Кукебакер, желая, без сомнения, свести до минимума свое участие, немедленно отослал один из них на Формозу и информировал Мацудайра, что для бомбардировки имеется один «де Рип».

После того, как мы тщательно изучили ситуацию как на море, так и на берегу, стало ясно, что мы не удастся предпринять ничего эффективного с нашими орудиями, поскольку жилища построены всего лишь из соломы и циновок, парапеты нижней линии обороны сделаны из глины, а верхняя крепость окружена хорошей и высокой стеной, сложенной из тяжелых камней… Было очевидно, что ни огонь батарей армии [сёгуната], ни наших орудий не принесет никакой пользы. (Цит. Murdoch, History of Japan, II:657.) Очевидно, Кукебакер не желал, чтобы его считали ответственным за убийство японских христиан.

Сперва Мацудайра настаивал, чтобы голландцы сняли свои орудия и оставили их силам атакующих, но в конце концов Кукебакеру удалось получить разрешение оставить лишь одну из них.

Boxer, Christian Century in Japan, p.381. Французский историк Леон Паже сравнивал Николауса Кукебакера с самим Понтием Пилатом. «Как и другой Пилат, после попытки остаться жить там как иностранец, в последний момент он малодушно дрогнул.» Pages, Religion Chretienne an Japan, p. 846.

Pages, Religion Chretienne au Japon, p. 846.

Окада, Амакуса, с. 230–43.

Эбисава, Амакуса Сиро, с. 190–96.

Окада, Амакуса, с. 258.

Не менее 16 воинов из сил различных даймё заявляли, что они первыми ворвались в замок Хара (итибан-нори), после были также долгие споры — кто же его захватил. Основными документами о штурме являются Записи Семьи Хосокава, в которых намеренно подчеркивается роль Хосокава в окончательной победе. Предводитель сил Набэсима (Повелитель Сага) был помещен под домашний арест за то, что начал преждевременный штурм замка не дожидаясь представителя сёгуна, Повелителя Мацудайра.

Письмо от Хосокава Тадатоси, Повелителя Кумамото и предводителя сил Хосокава при Симабара, написанное его отцу непосредственно после падения замка. (Окада, Амакуса, с. 282.) Определенная ирония содержатся в том факте, что Тадатоси (1586–1640) сам был крещен по христианскому обычаю в возрасте девяти лет. Позже он подчинился приказам Токугава и изгнал всех христиан из своих владений, а в возрасте 52 лет он занял ведущее место в преследовании христиан в Симабара. Матерью его была знаменитая Грация Хосокава (1563–1600), прекрасная дочь Акэти Мицухидэ (убийцы Нобунага), которая была обращена в христианство, крещена под именем Грации и вызывала восхищение иезуитов, называвших ее «принцессой Грацией из Танго» Ее муж, Хосокава Тадаоки (1563–1645), один из самых сильных даймё тех времен, говорил иезуитам, что он и сам бы стал христианином, если бы не шестая заповедь, которую он не в силах исполнять. (Boxer, Christian Century in Japan, p. 185.) Когда Исида Мицунари попытался захватить Грацию в плен в 1600 году, чтобы не дать ее мужу поддерживать Изясу, та, противясь плену, предпочла убить себя, нежели попасть в руки врагу. Грация широко почитаема, как образец женской твердости, как человек, пожертвовавший собой ради идеалов. Не может быть ни малейших сомнений в храбрости этой женщины, однако ее смерть безусловно не была актом христианского мученичества.

Окада, Амакуса, с. 292.

Эбисава, Амакуса Сиро, с. 219-23.

По альтернативной версии (Эбисава, Амакуса Сиро, с. 223), герой вышел из хижины, облаченный в свои прекрасные одежды, и был немедленно обезглавлен. По другому описанию (там же, с. 217), мы узнаем, что, пока воины Хосокава метались по внутренней цитадели в поисках предводителя восставших, Амакуса Сиро взошел на трехметровый помост, сложенный из белого камня, и, возведши очи к небесах, стал молить о божественном избавлении. Затем над платформой появилось темное облако. Амакуса Сиро уже собирался взойти на облако и спастись, как вдруг кто-то пустил в облако одну единственную стрелу с белым оперением, и оно немедленно растаяло. Воин Хосокава по имени Нагаока Татаваки воспользовался замешательством молодого человека и, издав громовой боевой клич, убил его одним ударом копья. Это — последнее чудо, приписываемое Амакуса Сиро; вполне типично, что и оно окончилось полной неудачей.

По другой версии, идентификация проводилась художником Ямада Эмонсаку, который, несмотря на предательство своего бывшего предводителя, разразился слезами, увидев изувеченную голову. (Эбисава, Амакуса Сиро, с. 221.)

Хотя очевидно, что Сасаэмон не знал Амакуса Сиро в лицо, когда убивал его, он был щедро награжден тигё (наделом), в 1000 коку. Позже Повелитель Хосокава высказывал сожаление в том, что предводитель восставших не был схвачен живым. (Эбисава, Амакуса Сиро, с. 223.)

Erao tantos, que me emfadava de os contar. Pages, Religion Chretienne au Japon, p. 1410.

Эбисава, Амакуса Сиро, с. 231. Приходилось экономить, и пики вырезались из деревянных шестов, использовавшихся атакующими для постройки палисадов.

Окада, Амакуса, с. 145, 258, 300; см., также о рисунке на знамени Амакуса Сиро.

Murdoch, History of Japan, II:661.

По одной замысловатой, но маловероятной теории (Окада, Амакуса, с. 302), «предательство» Ямада являлось в действительности хитроумным планом, разработанным Амакуса Сиро с тем, чтобы, в случае неудачи, остался в живых хоть кто-то один, чтобы рассказать о славной истории восстания и подвигнуть других на продолжение борьбы.