Читать онлайн «Пламя и лёд». Страница 42

Летаврус понял, что незваный гость явно не доволен итогами атак своих соплеменников. Первой мыслью наемника было тут же схватить свой верный арбалет и проверить череп короля морлоков на прочность, но, очевидно, предводитель пожирателей живой плоти был намного сообразительней своих подчиненных — мысль про применение арбалета тоже посетила голову монстра. Именно поэтому морлок начал свое нападение с размашистых ударов. Летаврус в момент оценил интеллект короля морлоков. Неожиданное нападение чудовища лишило наемника возможности использовать стрелковое оружие. Размашистые удары огромных когтистых лап заставили Никса забыть об атаке. Чтобы выдержать натиск короля, Летаврусу пришлось сосредоточить все свое внимание на движениях монстра, напрочь упустив из виду перемещения маленьких пожирателей.

Первые два удара Никсу удалось отбить скрещенными лезвиями двух оружий. Топор Греха, и так заметно поврежденный в недавних боях, затрещал, когда мощная лапа морлока-короля ударила по нему со всей силы, однако славное оружие не спешило подводить своего нового обладателя.

Король просто проверял силу наемника. Никс сам сначала наносил пробные удары, проверяя оборону противника — так хорошие воины всегда поступали в поединках. «Сначала прочитай движения врага, найди слабину во вражеских действиях, а потом — убей», — так во всех городах Лаударума мечники обучали своих рекрутов.

Но это был не совсем обычный соперник. Наемнику приходилось часто мериться силой и ловкостью с тем или иным зверем и драться с бандитами и разбойниками, но еще никогда перед Никсом не вставал противник, имевший животный облик и, возможно, человеческий разум.

Несмотря на свои габариты, король морлоков был быстр, как молния, и точен, как оса.

Никс старался координировать свои движения так, чтобы скользящими контрударами гасить чудовищную силу морлока. Наемнику приходилось одновременно пригибаться почти к самой земле, уходя от нацеленных в лицо когтей, и сразу же прыгать вверх, избегая мощного выпада огромной лапы. Теперь Летаврус действительно совершал настоящий танец. Танец со своей возможной смертью.

После очередного удара лапой древко топорища не выдержало и рассыпалось прямо в воздухе, широкое лезвие, оборвавшее не одну жизнь, глухо стукнуло о поросшие мхом камни улицы. Король морлоков заметил, что оборона противника пробита, и тут же усилил свой натиск.

От внимания наемника не укрылся тот факт, что удары монстра с каждым разом становились все точнее и аккуратнее, как будто зверь действительно знал, как преодолеть оборону Никса.

Решив окончательно обезоружить противника, король-морлок схватил острие адамантиевого меча своей огромной лапой и попытался попросту вырвать меч из рук удивленного Литавруса. Когда верное адамантиевое лезвие оказалось намертво зажатым между острых когтей, Никс понял, что если он не найдет способа высвободить свое оружие на волю, то мгновения его жизни вот-вот подойдут к концу. Резкий удар второй лапы чудовища заставил наемника замереть от боли. Не имея возможности отпустить рукоятку меча хоть одной рукой, Никсу пришлось встретить удар короля-морлока своим плечом и ребрами.

Белые когти морлока раздирали броню, кожу, мышцы и плоть, едва не добираясь до самых костей; адамантиевый меч потяжелел сразу на добрую сотню килограммов; раненые руки не могли долго держать оружие; из многочисленных разрезов обильными струйками вытекала алая кровь. Превозмогая боль, Никс отчаянно дернул свое верное оружие на себя и в сторону. Дикий вопль гнева пронесся по давно уже умершим улицам Хатки, пробуждая давних призраков прошлого к жизни. Гулкое эхо усиливало вопль короля-хищника. Но древние развалины поддерживали дерзкого героя-одиночку, осмелившегося бросить вызов ужасу, поселившемуся в древнем городе. Темная кровь хищника багровой рекой заливала покрытые мхом камни, а отрубленная кисть грозно подпрыгивала на камнях.

Перед глазами Летавруса плавали темные круги, наемник уже ничего не соображал, однако вид короля-морлока, прижимающего культю к животу, вселил в него дополнительные силы. Ноги наемника сами понесли его к ослепленному болью врагу. Адамантиевый меч снова запорхал вокруг пятиметровой туши короля морлоков, как бабочка. Каждый удар Летавруса высасывал из зверя последние силы; на белоснежной плотной гриве то тут, то там оставались красные пятна — следы нанесенных ран.

Прижатая плотно к телу раненая рука мешала наемнику одним точным движением в сердце прикончить морлока. Оставалась единственная надежда на победу — атака через пах. Никс ловко ушел от замашистого удара большой лапы и, сделав кувырок вперед, оказался точно под тушей короля-морлока. Когда до окончательной победы оставалось только сделать один хороший удар мечом, неожиданно последовавший удар ногой в лицо окончательно вывел наемника из игры.

Нога морлока толщиной со столетний дуб выбила последние остатки сознания из головы Никса.

Пролетев несколько метров, словно мяч, тело Никса Летавруса врезалось в каменную стену злосчастного дома, едва не пробив в ней дырку. Рядом бесшумно упал верный боевой друг, отлитый из редкого сплава, рукоятью задевая край ноги. Даже в поражении верный меч сам находил своего хозяина и своим присутствием всегда был готов поднять боевой дух наемника. Никс смутно соображал, что с ним происходит, онемевшие от усталости пальцы судорожно ощупывали лицо, на месте которого была жуткая каша из кожи, хрящей и сосудов. Зубы и череп были целы, а вот самой челюстной кости не повезло. Потуги Летавруса вымолвить хоть бы одно слово закончились нестерпимой болью. Никс ощупал глаза — они были не повреждены, — тогда наемник смахнул застилавшую взор кровавую пелену.

Первое, что увидел Летаврус, когда открыл глаза — это огромное белое облако, несущееся к нему на большой скорости. Быстро сообразив, что белое облако — это никто иной, как сам король морлоков, стремящийся своим плечом впечатать Летавруса в стену, наемник попытался увернуться.

Нащупав выскользнувший во время падения меч, Никс быстро выпрямился, взял рукоять меча двумя руками, уперев ее себе в плечо, и с молниеносной скоростью двинулся навстречу морлоку.

Длинное лезвие с треском вошло в тело чудовища по самую рукоять, накрепко застряв в валунообразном плече.

Зверь резко дернулся назад, спасаясь бегством. Силы почти совсем покинули Летавруса, когда скользкие от своей и чужой крови пальцы начали соскальзывать с рукоятки застрявшего в теле морлока оружия. Наемник, как подкошенный, упал на древние камни Хатки, провожая грозную фигуру короля-морлока, выигравшего первый этап поединка.