Читать онлайн «Служили мы в штабе армейском». Страница 61

Задача была не из легких. Мы знали, что Люобшютц довольно сильно укреплен. А под руками у командарма И. Т. Коровникова как раз не оказалось сколько-нибудь значительных сил для выполнения задачи, поставленной командующим фронтом. Правда, в резерве армии была одна дивизия - 314-я стрелковая. Ее-то Коровников и решил бросить на Люобшютц.

Но и этих сил было мало. Тогда на помощь командарму пришел начальник оперативного отдела полковник Л. М. Крылов. Он предложил срочно создать сводный отряд примерно из 400 человек и послать его в помощь 314-й дивизии. Людей для этого взять из подразделений, обслуживавших штабы дивизий и корпусов. Это предложение командующий и начштаба армии одобрили.

Дивизии и сводному отряду было приказано совершить обход Люобшютца (Глубчице) с северо-запада, атаковать город и овладеть им.

Первым в дело вступил сводный отряд. Под покровом темноты он совершил смелый маневр и еще до рассвета 24 марта атаковал Люобшютц с севера, в районе кладбища, где противник укрепился довольно основательно. Но сыграли свою роль неожиданность удара и удачно выбранное для него время. Гитлеровцы дрогнули и начали отступать. Отряд ворвался в Люобшютц.

Вскоре подошли и части 314-й стрелковой дивизии. Они отрезали пути отступления фашистам на юго-запад. Завязался ожесточенный уличный бой. И к исходу дня 24 марта Люобшютц был полностью очищен от врага как нашими частями, так и частями соседней, 60-й армии.

Но это было в марте. А в начале апреля войска нашей армии, как уже говорилось, перешли к жесткой обороне на рубеже Коршувек, Нейсе (Ныса), Нейштадт (Прудник), (иск.) Крнов.

Понятно, что нашему штабу сразу же пришлось приложить максимум усилий для организации надежной обороны, учтя при этом опыт, приобретенный еще на Волховском и Ленинградском фронтах. Исходя из него, а также из характера местности, положения соседних с нами армий, мы свою оборону решили построить следующим образом: в первый эшелон выдвинуть восемь стрелковых дивизий - из 43, 115 и 93-го стрелковых корпусов. Боевой порядок дивизий - в два эшелона. Второй эшелон армии - 314-я и 239-я стрелковые дивизии.

Такой боевой порядок строился с учетом того, что мы находились в непосредственном соприкосновении с противником. Потому-то и нужно было так глубоко эшелонировать оборону, имея в виду атаки и даже контрудары врага.

Предполагалось, что противник может нанести свои удары на таких направлениях, как Мюнстенберг (Зембице), Гротткау (Гродкув); Оттмахау (Отмахув); Нейсе (Ныса); Цингенхальс (Глухолазы); Нейштадт (Прудник); Крнов, Люобшютц (Глубчице). Здесь-то мы и создавали наиболее плотную оборону, сосредоточивали артиллерийские противотанковые части и соединения. Противотанковый резерв армии - истребительно-противотанковая артиллерийская бригада и истребительно-противотанковый артиллерийский полк - занимал позиции восточнее Нейсе (Ныса) и Нейштадта (Прудник) в готовности действовать совместно с подвижными отрядами заграждения.

А как нее тем временем развивались события на всем нашем 1-м Украинском фронте?

Прорыв его войсками обороны противника прошел довольно удачно. Затем смело и решительно были использованы 3-я и 4-я гвардейские танковые армии. Переправившись через реку Нейсе, они уже утром 17 апреля вошли в прорыв и начали быстро продвигаться к реке Шпрее. Вражеская группировка войск была как бы разрезана на три части, а это лишило гитлеровское командование возможности централизованно управлять ею. Правда, фашистам все же удалось бросить в бой свои резервы, но и это не остановило нашего продвижения вперед.

Ввод в прорыв двух наших танковых армий создал угрозу удара по Берлину с юга. А у фашистов не было уже ни времени, ни сил, чтобы задержать их продвижение на промежуточных рубежах.

В ночь на 18 апреля 1945 года маршал И. С. Конев подписал директиву, в которой 3-й и 4-й гвардейским танковым армиям ставилась задача осуществить крутой поворот и двигаться на Берлин. Кстати, этот маневр был заранее согласован со Ставкой.

Итак, успехи войск 1-го Белорусского и правого крыла 1-го Украинского фронтов, безусловно, решительным образом повлияли на положение противника, обороняющегося перед нашей армией. Ведя непрерывную разведку, мы вскоре почувствовали, что гитлеровцы вот-вот начнут отводить свои части. В связи с этим 18 апреля штаармом было отдано боевое распоряжение, в котором корпусам ставились задачи на наступление. 59-я армия, говорилось в нем, прочно удерживая оборону по рубежу Нейсе, Грефлих Визе и Тюрмитц, войсками своего правого фланга должна перейти в наступление в направлении на Мюнстенберг, Байтцен и овладеть новым рубежом Франкенштейн, Байтцен, Патшкау; 43-й и 115-й стрелковые корпуса передовыми отрядами обязаны прорвать оборону противника, чтобы затем основными силами дивизии развить успех в глубину.

93-му корпусу ставилась задача прочно удерживать занимаемый рубеж обороны и, одновременно ведя активную разведку боем в целях улучшения своего тактического положения, отвлечь на себя часть сил противника, действовавших на направлениях наступления соседних стрелковых корпусов.

Следует сказать, что передовые отряды из 43-го и 115-го стрелковых корпусов в этих боях добились, однако, лишь незначительных успехов и вскоре снова перешли к обороне, ибо противник, уплотнив свои боевые порядки, встретил их довольно сильным и организованным огнем.

И все же начавшиеся активные действия 59-й армии лишили гитлеровское командование возможности свободно маневрировать своими резервами при нанесении ударов по войскам правого крыла 1-го Украинского фронта.

2 мая 1945 года пал Берлин. Весть о его взятии воины 59-й армии встретили с огромным воодушевлением. Еще бы! Фашистский зверь добит в его же собственной берлоге! Сколько бессонных дней и ночей все мы ждали этого!

О взятии Берлина мы узнали от связистов. По армии разнеслись слухи, что Гитлер покончил с собой, колченогий Геббельс - тоже, другие "фюреры" фашистского рейха или бежали, как крысы с тонущего корабля, или взяты в плен советскими войсками. Радости нашей не было предела! Все обнимались, целовались, поздравляли друг друга с долгожданной победой.

* * *

Однако и после падения Берлина значительные силы вражеской группы армий "Центр", а также часть войск из группы армий "Австрия" не сложили оружия. Они продолжали оказывать упорное сопротивление полкам и дивизиям Красной Армии. И особую угрозу представляла для нас группировка войск, которую возглавлял генерал-фельдмаршал Шернер. Как стало известно, в своем очередном приказе этот гитлеровский маньяк объявил, что капитуляция Берлина - это, дескать, не что иное, как советская пропаганда, и поэтому солдаты доблестной Германии должны, как и прежде, сражаться против большевиков до последнего патрона.