Читать онлайн «Книга Израиля. Путевые заметки о стране святых, десантников и террористов». Страница 99

Боевики возглавляющего ИГИЛ и основанное им ИГ Абу-Бакра аль-Багдади заработали не менее пятидесяти миллионов долларов на перепродаже археологических артефактов – исламисты профессионально разбираются в контрабанде такого рода. Эксплуатировали с выгодой для себя население, живущее вдоль упомянутых основных водных артерий Двуречья, продавая в рабство христианских и йезидских девушек и женщин. Захватили сотни миллионов долларов в банках Ракки, Мосула и других сирийских и иракских городов. То есть впервые в мире джихада такого рода террористическая структура стала организацией-миллиардером.

Чего же, собственно, не вести джихад, если это такое прибыльное и весёлое занятие? О чём говорят многочисленные ролики в интернете, которые призывают единоверцев ехать на священную войну. Кого-то прельщает возможность выбраться из пустынь и захватить плодородные речные долины – как происходит с джихадистами из Йемена и Марокко, перевозящими в Сирию и Ирак целые семьи. Кого-то – возможность разбогатеть. Или проверить себя в настоящей войне без правил. Как происходит с добровольцами из Европы, США, Канады и Австралии, тысячи которых влились в ряды джихадистов на Ближнем и Среднем Востоке.

Кто-то находит в джихаде возможность реализовать свои садистские наклонности. Не на животных, как делают догхантеры и прочие разновидности садистов, а на живых людях. Что трудно и небезопасно в странах «цивилизованного мира», но какие могут быть правила во время джихада? Интернет полон видеороликами и фотографиями с изображениями пыток, изнасилований, убийств женщин и детей, которые размещают джихадисты.

Реагирует на это «мировое сообщество»? Чёрта с два. Будет реагировать? Ни в коей мере. Слов много, дел не видно. Это развязывает руки террористам, захватывающим города и целые провинции – перед тем как перейти к странам. Причём, что с ними делать, непонятно. В Афганистане в своё время казалось, что свержение режима талибов закрыло наиболее опасный очаг джихадизма, но это только казалось.

Оккупация американцами Ирака позволила «Аль-Каиде» не только возродить, но и расширить свою деятельность. «Арабская весна» означала взрывное распространение джихадистских идей на Ближнем Востоке и в ближневосточных диаспорах. Политика администрации президента Обамы, нацеленная на сотрудничество с политическим исламом и вывод американских войск из Афганистана и Ирака, ставший самоцелью, расчистила дорогу для боевиков всех типов.

В Ливии современное оружие со складов армии Каддафи попало в руки террористов. В Ираке ИГИЛ захватило правительственные арсеналы, содержащие вооружения и тяжёлую технику на десятки миллиардов долларов. Это означает простую и крайне неприятную вещь: в противостоянии с джихадистами не только у местных армий, но и у военных структур Запада не будет перевеса в технике. Или, по крайней мере, перевес этот не будет решающим. К чему западные армии, высчитывающие собственные потери до человека, не готовы.

В войне англичан с махдистами в Судане в конце позапрошлого столетия дело решили пулемёты. Самоубийственная атака даже самых храбрых, фанатичных и многочисленных воинов джихада захлёбывается под подавляющим огнём. А если бы пулемёты, артиллерия и прочие военные новинки были у суданцев? Вопрос интересный, но чисто теоретический. Однако сегодняшний день джихада – это фанатики, вооружённые самым современным оружием. Хорошо разбирающиеся в сотовой связи, интернете и минном деле. Умеющие бороться с беспилотными летательными аппаратами. Что делать с ними?

Как показало столкновение израильской армии с ХАМАСом летом 2014 года, четвёртая армия мира, скованная массой ограничений, не выиграла этой войны. Бои велись не на равных, но и не с обычным для израильтян перевесом. С учётом того, что террористическая структура великолепно освоила фортификационное дело и, как принято у джихадистов, не стесняла себя в прикрытии гражданским населением, результат войны оказался более чем сомнительным. Напомним: мы говорим о ХАМАСе и Израиле!

Что означает: джихадистское движение на Ближнем и Среднем Востоке укрепилось до состояния, осознать которое западная политическая элита неспособна. Пресечь его теми методами, которыми его только можно пресечь – войной на тотальное уничтожение, – она не может. Понимание того, что ближневосточные диаспоры западных стран участвуют в джихаде и все, кто в нём выживет, вернутся домой, у наиболее прозорливых политиков и силовиков Запада присутствует. Вот только что с этим делать, они не знают. Благо современный мир и глобализация дают джихадистам те же беспредельные возможности, что мегаполис предоставляет крысам. Со всеми вытекающими выводами в их пользу…

Проблема арабского мира в том, что он не только живёт в прошлом, но в ещё более отдалённое прошлое пытается вернуться. Вместо того чтобы двинуться в будущее. Причём реконструирует не реальное величие ушедших веков, а смутную память о нём. Так, как нынешнее арабское население, находящееся в абсолютно других условиях и живущее в абсолютно другом мире, это величие себе представляет.

Больше всего арабские политики, воспевающие времена пророка, джихада и Халифата, напоминают средневековых итальянских аббатов, которые что-то знали насчёт Римской империи, поскольку жили среди циклопических развалин, но неспособны были не только воспроизвести эти времена, но и передать следующим поколениям сведения о том, какой она была на самом деле. Не потому что не хотели. Но попросту этого не знали и не могли знать. Тямой не вышли. И в любом римском городе воспринимались бы не в качестве столпов учёности, а как грязные варвары. Которыми, за редкими исключениями, в реальной жизни на самом деле и являлись.

Однако других наследников у Рима не было. Как не было их у евреев – помимо стократ обруганных еврейскими просветителями, интеллектуалами и самим автором ортодоксов. Параллели, конечно, ещё те. Но с кем сравнить арабского лидера, который надувается, как жаба на болоте, по поводу и без повода, не имея для этого никаких оснований, помимо благородного происхождения? С сатмарским ребе? С духовными лидерами Меа Шеарим? Очень похоже.

Разница только в том, что арабов много и сторонников возвращения в средневековье среди них много. А еврейских ортодоксов, несмотря на все усилия этой категории евреев по выполнению библейской заповеди «пру у рву», то есть «плодитесь и размножайтесь», относительно мало. Такая специфика демографии. Так что арабов тащить в «тёмные века» исламистам удаётся с большим успехом, а евреев, сколько их ортодоксы ни стараются, не получается. И революции помешали, и просвещение, и Холокост.