Читать онлайн «Двор российских императоров. Энциклопедия жизни и быта. В 2 т. Том 2». Страница 106

Наследственный характер службы

Практика наследственности дворцовой службы в 1826 г. была закреплена законодательно указом «О не замещении никаких по дворцам вакансий крестьянами и об определении на оныя придворнослужительских детей»560. Дети дворцовых слуг обучались грамоте в придворнослужительской школе, а затем получали ту профессию, в которой нуждался дворец. Начало этой образовательной деятельности было положено в 1827 г., когда Николай I утвердил «Положение и штат школы при мастеровом дворе гофинтендантского ведомства». В документе констатировалось, что школа создана для «обучения детей мастеровых наукам и мастерствам». В эту школу принимались исключительно дети мастеровых придворного ведомства, при этом увольнение или перевод в другое ведомство были категорически запрещены. Этот «кадровый резерв» высоко ценился, и «смотрителям над мастеровыми» жестко предписывалось отслеживать все рождения и смерти дворцовых младенцев, донося в контору «без упущения во времени».

Как это практиковалось со времен Екатерины II, детей забирали от родителей в шестилетнем возрасте, а до этого выплачивалось пособие «на пропитание» по 30 рублей в год на каждого мальчика. Примечательно, что никаких лимитов на прием не было. Следует напомнить, что и родители, и дети были крепостными, и возможности выбора они не имели. Дети обучались в школе на протяжении 10 лет (с 6 до 16 лет), осваивая начальное познание русского языка, чтение, письмо, арифметику, чистописание, геометрию, рисование и Закон Божий. Занятия длились по шесть часов в день. С восьми лет детей начинали разбирать «по мастерствам», при этом старались, чтобы ребенок унаследовал профессию отца. Постоянная «производственная практика» начиналась для детей с 10 лет (по два часа).

«Правила» также предусматривали возможность командирования самых талантливых учеников в Императорскую Академию художеств, откуда они выходили (оставаясь крепостными) со званием художника. Теоретически по достижении 45 лет они могли получить вольную при условии беспорочной службы. Бесталанных направляли в дворцовые канцелярии на должности писцов, а ленивых и неспособных к наукам определяли в рабочие по садам и дворцовым зданиям561.

В 1839 г. наряду со школой для подготовки мастеровых была создана школа для придворнослужительских детей. В «Положении» декларировалось, что «цель сей школы состоит в образовании детей мужского пола придворных официантов и ливрейных служителей ведомства Придворной Е. И. В. Конторы как состоящих на службе, так и отставных или умерших». В школе было открыто 100 бюджетных мест, на которые принимались мальчики не моложе девяти и не старше 15 лет. Обучение продолжалось четыре года, а в числе изучаемых предметов был даже немецкий язык. В школе использовалась передовая на то время «ланкастерская метода взаимного обучения». Выпускники-отличники распределялись в канцеляристы Министерства императорского двора, не обладающие «чистым почерком» зачислялись на различные служительские должности, а имеющие «видную наружность» шли «прямо в лакеи»562.

В 1854 г. при школе придворнослужительских детей было учреждено и женское отделение563, куда по «Положению» принимались 20 девочек на полное казенное содержание и 20 приходящих, которым обеспечивались обед, одежда и обувь. На обучение принимали десятилетних девочек, которые учились в школе до 17 лет. Занятия продолжались с 8 утра до 5 вечера. По окончании учебы девочки получали распределение: основная часть – при дворцах белошвеями, сортировщицами белья и прачками по ведомству Придворной конторы, а отличницы назначались помощницами кастелянш или могли остаться преподавать в школе. Всем выпускницам выдавались деньги от продажи их рукоделий за все годы учебы564.

После отмены крепостного права в 1861 г. и перехода к новым принципам набора дворцовой прислуги школа «для сыновей служителей и мастеровых придворного ведомства с особым при ней отделением для дочерей придворнослужителей» была закрыта, а дети распределены по частным учебным заведениям, при этом родителям выплачивались деньги из сумм придворного ведомства на доучивание детей565.

По традиции дети дворцовой челяди продолжали дело своих отцов, особенно если те смогли сделать карьеру при дворе. Однако даже для детей придворнослужителей все было не так просто. Дело в том что при императорских резиденциях в николаевскую эпоху были введены жесткие штаты, и желающих занять вакантные места, как правило, было значительно больше, чем самих мест. При трудоустройстве учитывались не только заслуги родителей, но и внешний вид, сообразительность и «придворная ловкость». Неудачники выбрасывались из дворцов «в жизнь» и при этом по своему происхождению выпадали из той сословной системы, которую настойчиво пытался выстроить император. Это беспокоило Николая I и министра императорского двора князя М. П. Волконского. В середине 1830-х гг. именно для детей придворнослужителей, которые не сумели или не захотели остаться во дворце, на законодательном уровне было введено понятие «разночинец». В 1846 г. император приказал князю М. П. Волконскому доложить о результатах проведенного «эксперимента». Из собранных министром сведений выяснилось, что в Москве и Петербурге проживают более 1800 человек отставных и еще работающих неклассных придворно-служителей с детьми. При этом выявилась тенденция к увеличению их числа. В результате министр констатировал, что в столичных городах появился «класс людей, ни к одному из поименованных в законах состояний не принадлежащий»566.

Министр указывал на одно из обстоятельств, мешавшее многим детям начать карьеру при дворе. Дело в том что в декабре 1827 г. высочайшим повелением предписывалось определять на работу к императорскому двору «людей только видной наружности». Небольшое число вакансий было связано с тем, что другое высочайшее распоряжение запрещало отправлять слуг в отставку только «за старостью лет, по увечьям и неизлечимым болезням». В результате недееспособные слуги занимали штатные места буквально «до гробовой доски», а молодые и здоровые дети придворнослужителей оставались без службы и при этом не имели средств к существованию. Это было связано с тем, что работать «на стороне» они не имели права, поскольку 76 статья Свода законов запрещала им поступать «ни в какое податное состояние и ни в какое другое ведомство», и никто не имел права брать их на службу, кроме Министерства императорского двора.

Ситуация сложилась серьезная, тем не менее был принят ряд решений, сохранявших кастовость при комплектовании корпуса придворных слуг. Во-первых, осталось в действии постановление по Министерству императорского двора, предписывавшее замещать открывавшиеся вакансии только сыновьями придворнослужителей. К тому же число придворных вакансий было увеличено за счет того, что дети стали занимать места канцелярских служителей, но при этом оговаривалось, «если они окажутся к тому способными».