Читать онлайн «Чайник, Фира и Андрей: Эпизоды из жизни ненародного артиста.». Страница 81

К концу семидесятых годов двадцатого века западная часть мировой музыкальной сцены разложилась почти полностью. А Россия? Новая, посткоммунистическая Россия во всем, что касается морального разложения и буржуазного оборзения, быстренько Запад перегнала. А в хорошем, боюсь, еще больше отстала. Россия как бы вернулась к временам Гоголя и Достоевского, писателей, особенно выпукло показавших развращающую власть денег. Российские музыкальные кочегары лопатят мировое пространство с дикими воплями радости освобожденных от коммуниздии неандертальцев. Извечное российское варварство вырвалось наружу, поразив и похоронив те немногие остатки «великой русской культуры», которые плохо ли, хорошо ли, еще пестовались в СССР.

Что делать? Что делать с музыкальным миром, которому, как в сказке о Снежной королеве, мерзкие тролли умертвили сердце, а в глаза всадили осколки дьявольского зеркала, искажающего мир? Каждый, кто считает себя честным музыкантом, должен искать свой путь в мутном и опасном океане финансового и антикультурного беспредела, заменившего собой культурный мир. Необходимо воспитывать в себе силу духа, проявлять изобретательность, искать нетривиальные ходы. Надо бороться, иначе нас ждет гибель, тяжелая и медленная пытка жизнью. В современном мире открылось множество новых возможностей, например – дешевое производство дисков. Хотя я и принципиальный противник записей, ввиду новых условий, сложившихся в конкурентной борьбе добра и зла, я планирую делать их как можно чаще. Необходимо за свой счет, на паях со спонсорами, как угодно, но давить коммерческую массовку клоунов под лейблами «ведущих фирм мира». Интернет – прекрасная платформа для популяризации своих идей. В самых различных форматах! Концерты – от малых аудиторий к большим, на полной самоокупаемости. Публику надо воспитывать свои примером. Когда публика имеет возможность сравнить, она, пока еще, делает выбор в пользу красоты.

На музыкальных фирмах работают некомпетентные люди – от президентов, до заведующих программами. По сравнению с ними работники министерства культуры СССР выглядели бы Платонами и быстрыми разумом Невтонами. С середины семидесятых и до начала девяностых годов двадцатого века я работал на крупных западных звукозаписывающих фирмах. Уже тогда верхушка их управленцев была поражена невежеством и коррупцией во всех формах. Главным занятием этих людей было участие в бесконечных съездах-совещаниях, которые всегда проводились в самых красивых местах планеты. Билеты на такие, чаще всего бесполезные, мероприятия покупались всегда – первого класса. Отели подыскивались – самые престижные. Дорогие вина поглощались в немеренных количествах. Практиковался и разнообразный секс – все это за счет фирм, разумеется.

Звукозаписывающие компании ведут себя по отношению к музыкантам, как рабовладельцы по отношению к рабам. Диктуют, что, когда и с кем записывать. Музыканты права голоса не имеют. Вялое сопротивление жестоко подавляется, уйти трудно – без этих компаний пробиться в группу лидеров невозможно. Компании жонглируют людьми, вытесняют со сцены талантливых и непокорных, и выдвигают в первачи средних и удобных. Крупные агентства определяют, кто, где и когда будет концертировать, проводить большие турне – сольные и оркестровые. В этой работе агентства руководствуются не соображениями культурной целесообразности или, например, поддержки и развития дарования того или иного артиста, нет, работу агентств определяют законы свободного рынка. К сожалению, этот «рынок» только называется свободным, на самом деле это насквозь коррумпированная и мафиозно организованная структура.

Деньги в музыкальном бизнесе вращаются не маленькие. Руководители «музыкальной мафии» защищают свои интересы любыми методами. Физически, кажется, еще никого не уничтожили. Но этого и не требуется. Артистов убивают тихо, без кровопролития, лишая их возможности выступать. Нет концертов – нет артиста.

Я знаю десятки великих артистов, которых «музыкальная мафия» уничтожила, выкинула из профессионалов за самостоятельные шаги на музыкальной сцене. Мой одноклассник Михаил Фаерман, победитель конкурса королевы Елизаветы в Брюсселе – не принял израильское гражданство, не поехал жить ни в Израиль, ни в Америку, настаивал на своих условиях при составлении контрактов. За это он был отрезан от концертной жизни. Так его «убили». А ведь этот великолепный пианист уже в юные годы достиг уровня Гилельса, только с еще большими техническими возможностями, чем Эмиль Григорьевич. Мир потерял в Фаермане концертирующего артиста уровня Горовица! А брюссельская консерватория приобрела блестящего профессора…

Музыкальная мафия может без труда сломать любую музыкальную звезду. О непокорном артисте распускаются слухи – о его скверных человеческих качествах, о его профнепригодности, о его профнепригодности, о его нетрадиционной сексуальной ориентации, ненадежности, алкоголизме, о болезни СПИДом. Если этого мало, мировая музыкальная мафия объявляет артисту настоящий бойкот – его не замечают, о нем не пишут, его не приглашают, а тот, кто осмелится что-то подобное сделать – сам становится жертвой. От музыкальной критики ждать помощи не приходится. Потому что критики питаются объедками со столов мировых агентств.

На протяжении всей моей жизни я наблюдал, как страдали артисты моего поколения, попавшие в сети музыкального монстра. Например, такие замечательные таланты как Циммерман или Погорелич смертельно боялись прервать «ход бизнеса» и бесконечно насиловали себя, не дав своим талантам расти и крепнуть. Те, кто несмотря ни на что, «продолжал бизнес», постепенно скатились в откровенную халтуру и пошлость.

На смену настоящим артистам пришли музыкальные роботы из Азии, симпатичные «нажиматели клавиш» и «держатели смычков», играющие смехотворно плохо, ничего не понимающие в музыкальном материале, с которым имеют дело. Записи этих «инопланетян» продаются огромными тиражами. На мировой сцене появились дети Самсунгов, Тойот, Ямах, Сони, Дэу и многих других азиатских миллиардеров. По-видимому, производителям телевизоров, фотоаппаратуры и автомобилей понравился этот новый вид спорта. Он придает им недостающий культурный лоск. Азиатские исполнители – превосходные атлеты – превратили европейское искусство в «китайский цирк». Дети христианской цивилизации воспитываются на азиатских цирковых традициях и уже вовсю отталкивают подлинное искусство, так как оно не напоминает «музыку нинтендо»!

Появилась и целая плеяда «клоунов», «юродов» и «сексисток». Свою лепту в это дело внесла Анне-Софи Муттер. В восьмидесятые годы я еще работал с EMI и был свидетелем посиделок в оформительском отделе, где горячо обсуждалась глубина декольте ее платья. Картинка предназначалась для обложки готовящейся к выпуску пластинки. В результате Муттер была сфотографирована сверху, чтобы лучше показать ее прелести. Процесс не остановился на декольте музыкантш-сексисток. Оголились спина, руки, бедра. Необходимым условием попадания в «элиту» стала демонстрация скрипачкой полуобнаженных пышных форм. Активно участвуют в конкурсе обнаженок и пианистки – тут «первопроходками» стали сестры Любек. Как только их не клали на фортепиано, как только не раздевали для обложек альбомов!