Читать онлайн «Политическая биография Сталина. Том III (1939 – 1953).». Страница 357

От Г. Маленкова не отставал и Н. Хрущев, выступивший с докладом об изменениях в уставе партии. Он заявил: «Новым неоценимым вкладом в теорию марксизма-ленинизма является труд товарища Сталина „Экономические проблемы социализма в СССР“. Товарищ Сталин, творчески развивая марксистско-ленинскую науку, вооружает партию и советский народ учением о характере экономических законов современного капитализма и социализма, об условиях подготовки перехода от социализма к коммунизму.

Труд товарища Сталина по экономическим вопросам, как и другие его работы, имеет громадное значение для решения задач по строительству коммунистического общества, для дела воспитания членов партии и всех трудящихся в духе бессмертных идей ленинизма»[1131].

Но дальше всех пошел Л. Каганович, мотивировавший предложение о переработке партийной программы. Он предложил в основу новой, переработанной программы положить работу Сталина по экономическим вопросам. «Переработанная программа должна воплотить все то новое, что внес в сокровищницу марксизма-ленинизма наш вождь и учитель великий Сталин. (Бурные аплодисменты.)

…Для переработки программы и определения дальнейшего пути строительства коммунизма решающее значение имеет то, что к своему XIX съезду наша партия получила новое классическое произведение товарища Сталина „Экономические проблемы социализма в СССР“.

Это гениальное произведение является крупнейшим событием идейно-теоретической жизни нашей партии, всех народов Советского Союза и всех братских коммунистических партий.

Это великое наше счастье, что наша партия, наш народ, строящие коммунизм, все время, беспрерывно обогащаются, вооружаются гениальным теоретическим творчеством великого Сталина. (Бурные, продолжительные аплодисменты.)»[1132]

Для осуществления переработки программы была сформирована комиссия в составе 11 человек, которые, как считалось тогда, имели понятие о теоретических проблемах. Комиссию, естественно, возглавил сам Сталин. Но примечательно, что в нее не был включен Н. Хрущев, который тогда в партийной среде слыл практиком и опытным интриганом, но никак не теоретиком.

Принципиальное значение имело и решение о переименовании партии. В нем, в частности, говорилось: «Двойное наименование нашей партии „коммунистическая“ – „большевистская“ исторически образовалось в результате борьбы с меньшевиками и имело своей целью отгородиться от меньшевизма. Поскольку, однако, меньшевистская партия в СССР давно уже сошла со сцены, двойное наименование партии потеряло смысл, тем более, что понятие „коммунистическая“ выражает наиболее точно марксистское содержание задач партии, тогда как понятие „большевистская“ выражает лишь давно уже потерявший значение исторический факт о том, что на II-м съезде партии в 1903 году ленинцы получили большинство голосов, почему и были названы „большевиками“, оппортунистическая же часть осталась в меньшинстве и получила наименование „меньшевиков“.

В связи с этим XIX съезд партии постановляет:

Всесоюзную Коммунистическую партию большевиков (ВКП(б) отныне именовать „Коммунистическая партия Советского Союза“ (КПСС)»[1133].

Однако если посмотреть на данное решение под иным углом зрения, то, мне кажется, что Сталин вообще хотел поставить жирную точку над большевистским прошлым партии и сделать так, чтобы люди уже воспринимали партию не как ленинскую и большевистскую, а как партию сталинскую. В этом был заложен глубокий и дальний стратегический смысл.

Обращает на себя внимание то, что, хотя в стране в это самое время развертывалась подготовка к грандиозной чистке, эти аспекты полностью остались за скобками, если не считать дежурного призыва Берии к повышению бдительности. «Раскинув по всему миру сеть военных баз, усиленно сколачивая всякого рода агрессивные военные блоки, они лихорадочно готовят войну против СССР и других миролюбивых государств, – говорил Берия. – Они непрерывно засылают в нашу страну и в другие миролюбивые страны шпионов и диверсантов, подбираемых по всему миру из растленных подонков человечества. Бдительность советских людей является острейшим оружием в борьбе с вражескими лазутчиками, и нет сомнения в том, что, повышая и оттачивая свою бдительность, советский народ сумеет обезвредить агентуру империалистических поджигателей войны, сколько бы ее ни засылали и как бы ни маскировали. (Аплодисменты.)» Следует добавить, что Берия, очевидно, желая выделиться на фоне других и снискать особое доверие у вождя, счел необходимым вступить на стезю теории национального вопроса, выдвинув пять критериев новых социалистических наций. Мне думается, что данный ход не был удачным, поскольку он как бы выдвигал Берия на роль теоретика национального вопроса, тогда как Сталин считал только себя таким теоретиком.

Обращает на себя внимание и то обстоятельство, что Берия, наряду с дифирамбами в адрес русского народа, счел необходимым коснуться и проблемы великодержавного шовинизма. Правда, в том ключе, что «в борьбе с врагами ленинизма партия отстояла ленинско-сталинскую национальную политику и обеспечила полный и окончательный разгром великодержавного шовинизма, буржуазного национализма и буржуазного космополитизма». («Правда», 9 октября 1952 г.) В этом высказывании вроде и нет ничего крамольного, но сам факт акцентирования внимания на проблеме великодержавного шовинизма говорил уже сам за себя, поскольку данная тема в советской печати в те времена практически не затрагивалась. Тем самым заранее как бы готовилась почва, чтобы в подходящий момент снова поднять ее уже в качестве политически актуальной.

В последний день работы съезда с небольшой речью выступил Сталин. Лейтмотивом его выступления звучала мысль о том, что именно коммунисты и подлинные демократы должны поднять знамя борьбы за свободы и демократию. «Раньше буржуазия позволяла себе либеральничать, отстаивала буржуазно-демократические свободы и тем создавала себе популярность в народе. Теперь от либерализма не осталось и следа. Нет больше так называемой „свободы личности“, – права личности признаются теперь только за теми, у которых есть капитал, а все прочие граждане считаются сырым человеческим материалом, пригодным лишь для эксплуатации. Растоптан принцип равноправия людей и наций, он заменен принципом полноправия эксплуататорского меньшинства и бесправия эксплуатируемого большинства граждан. Знамя буржуазно-демократических свобод выброшено за борт. Я думаю, что это знамя придётся поднять вам, представителям коммунистических и демократических партий, и понести его вперёд, если хотите собрать вокруг себя большинство народа. Больше некому его поднять. (Бурные аплодисменты.)»[1134]