Читать онлайн «Политическая биография Сталина. Том III (1939 – 1953).». Страница 196

И. Пыхалов приводит, в частности, один показательный документ, ярко свидетельствующий об активном прислужничестве многих представителей прибалтийских народов оккупантам. Так, одна из видных политических деятелей тогдашней Латвии обратилась к Гитлеру со следующим письмом-клятвой: «Будучи признательным за отвагу уже находящихся сейчас на фронте латышских добровольческих частей, вождь Великой Германии дал согласие на создание добровольческого латышского легиона СС. В создающийся латышский легион, как его ядро, уже вошла часть добровольческих соединений. Легион организуется как единая, боевая часть, включая в него вооруженные формирования СС. Командовать частью будут латышские офицеры. В легион могут вступить все мужчины латышской национальности 17 – 45 лет. Служба будет продолжаться до конца войны. Обеспечение, жалование и форма такие же, как и в немецких частях СС…»

Вступающие в легион латыши принимали присягу, текст которой звучал так: «Богом клянусь в этой торжественной клятве, что в борьбе против большевизма я буду беспрекословно подчиняться главнокомандующему германскими вооруженными силами Адольфу Гитлеру и как бесстрашный солдат, если будет на то его воля, буду готов отдать свою жизнь за эту клятву»[614].

Объективные западные авторы признают, что прибалтийские республики при Гитлере получили право на относительно привилегированное положение. По этой и по ряду других причин – прежде всего довольно широкому распространению антисоветских и антирусских настроений – оккупационный режим там пользовался в определенной мере поддержкой.

Здесь комментарии абсолютно излишне. Стоит лишь добавить, что в нынешние времена в Литве, а также в других республиках Прибалтики бывшие эсэсовцы пользуются почетом, открыто и демонстративно проводят свои сборища, разрушают при молчаливом согласии своих правительств памятники советским воинам-освободителям и надругаются над их могилами. Это и есть «новая демократия», где последыши гитлеризма мнят себя героями-победителями и всячески поносят Россию и русский народ, спасший народы этих республик от фашистского порабощения. Они то ли в силу невежества или доведенной до исступления ненависти к России и русским нагло попирают права русскоязычного населения и, по существу, играют роль наследников гитлеровского фашизма. Такие факты никто не способен опровергнуть, ибо они повторяются постоянно, чуть ли не каждодневно.

И. Пыхалов отмечает, что в отличие, например, от крымских татар, среди которых предательство было едва ли не поголовным, далеко не все литовцы, латыши и эстонцы служили немцам. Немало их воевало и на нашей стороне [615].

И чтобы закончить этот раздел, хочу несколько слов сказать отдельно об Украине, где положение было в значительной степени иным, чем в упомянутых республиках, народы которых подверглись депортациям. Достаточно объективную и взвешенную оценку данной проблемы мы находим у итальянского историка Дж. Боффа. Согласно его оценке, позиция и действия украинских националистов имели свои специфические особенности. Группы украинских националистов в эмиграции, продолжая враждовать между собою, еще в предвоенные годы находились на службе у немцев и их шпионских органов. В политическом отношении их позиции, отмеченные не только острой антирусской, но также антисемитской и антипольской враждебностью, были пропитаны идеологией нацизма. В момент вторжения некоторые из них под командованием немецких офицеров забрасывались в советский тыл с целью усилить хаос за спиной советских войск. Другие их представители сопровождали армию захватчиков в качестве экспертов, переводчиков или чиновников оккупационных ведомств. Кое-кто из нацистских главарей, в частности Розенберг, вынашивал идею создания вассального украинского государства, которое входило бы в качестве одного из компонентов в систему германского господства на территории европейской части СССР. Поэтому вначале кое-где пленных украинцев освобождали, в то время как остальных обрекали на голодную смерть. Вскоре, однако, эта политика осторожного поощрения украинского сепаратизма была отброшена. Даже предоставление самых скромных, чтобы не сказать рабских, льгот по формуле «маленький пряник и большой кнут» вступало в противоречие со всеми остальными целями, которые ставили перед собой берлинские деятели, включая Розенберга. Украина со своими экономическими ресурсами была как раз одной из тех республик, которую гитлеровцы намеревались подвергнуть самой интенсивной эксплуатации. Кроме того, эмигрантские националистические группы не нашли тут той поддержки, на которую надеялись; исключение составляли лишь некоторые западные районы, недавно вошедшие в состав СССР (именно здесь позже была навербована целая эсэсовская часть – дивизия «Галиция»). Оккупация на Украине носила поэтому такой же, если не еще более зверский, характер, как и повсюду. Во главе оккупационной администрации был поставлен один из самых кровожадных нацистских главарей – Кох. Всякая самостоятельная политическая деятельность националистов была запрещена. Позже, правда, они создали все в тех же западных районах несколько вооруженных формирований (особенно активными были группы Бандеры и Мельника), установивших свой контроль над некоторыми участками местной территории. Немцы относились к этим бандам со снисходительным терпением, если не с прямым доброжелательством, доходившим до поощрения, потому что те воевали исключительно против советских партизан[616].

В качестве своеобразного итога приведу обобщенные данные, содержавшиеся в докладной записке МВД СССР С. Круглова И. Сталину 17 февраля 1950 г. В ней говорится: «По состоянию на 1 января 1950 г. на учете органов МВД состоит 2 572 829 выселенцев и спецпоселенцев (вместе с членами семей).

Из этого количества 2 102 174 чел. составляют выселенцы, в том числе немцы – 1099 578 чел., чеченцы и ингуши – 372 189 чел., карачаевцы – 59 340 чел., балкарцы – 32 645 чел., калмыки – 77 673 чел., крымские татары, армяне, греки, болгары – 193 467 чел., турки, курды, хемшины – 86 164 чел., кулаки, националисты, бандиты и члены их семей, выселенные из Литовской, Латвийской и Эстонской ССР, – 93 233 чел., греки, дашнаки, выселенные из Грузинской, Армянской, Азербайджанской ССР и с Черноморского побережья, – 52 913 чел., кулаки, участники профашистских организаций, немецкие пособники и члены их семей, выселенные из Молдавской ССР, – 94 792 чел. В соответствии с указом Президиума Верховного Совета СССР от 26 ноября 1948 г. эти лица расселены в местах поселений навечно.