Читать онлайн «Роковые иллюзии». Страница 104

Демонстрируя Москве преданность испанской коммунистической партии, ее лидер Хосе Диас 5 марта 1937 г. заклеймил членов ПОУМ как «агентов фашизма, укрывшихся за якобы революционными лозунгами»[597]. На бурном закрытом собрании исполкома партии, где присутствовала группа советских представителей, включая Орлова, представителя Коминтерна Стефанова и советского поверенного в делах Гайкина, было решено отправить в отставку премьер-министра Ларго Кабальеро и заменить его более сговорчивым министром финансов Хуаном Негрином[598]. Революционер-радикал Кабальеро отказался санкционировать чистку рядов ПОУМ и выступил против того, что он считал сталинскими излишествами, — набирающих силу операций НКВД цод руководством Орлова. Негрин же поддержал коммунистов и призвал к изгнанию возмутителей спокойствия и революционных марксистов. В то время как республиканские заговорщики начали готовить свержение премьер-министра, Орлов привел в действие сложный план дискредитации ПОУМ. Поднимающаяся волна насилия и терроризма на улицах, с помощью которых анархисты и троцкисты подрывали в Каталонии авторитет правительства и его коммунистических сторонников, давала в руки НКВД удобный политический предлог для того, чтобы окончательно разделаться со сторонниками Нина.

Агенты Орлова уже внедрились в руководство Федерации испанских анархистов и ПОУМ. Они докладывали в штаб-квартиру НКВД о подготовке к вооруженному мятежу, которую вели обе группировки. Это не было чем-то новым или неожиданным для Орлова, ко+орый еще в октябре 1936 года сообщал в Москву, что «троцкистская организация ПОУМ, активно действующая в Каталонии, может быть без труда ликвидирована»[599]. После поездки в Барселону он передал в Москву в декабре 1936 года: «В связи с полученными сведениями о том, что троцкистами (ПОУМ) в Барселоне подготавливается к началу января активное выступление, а также в целях активной разработки раскрытой фашистской организации на заводе «Испано-Сюиза» выезжаю в Барселону»[600]. О том же восстании телеграфировало в Центр советское посольство в Берлине после получения анонимного сообщения от Харро Шульце-Бойзена. Благодаря его связям в штабе «люфтваффе» стало известно, что германские агенты проникли в троцкистские круги в Барселоне с намерением организовать путч[601].

Предполагаемое восстание в Каталонии началось, однако, только в мае 1937 года. Оно вспыхнуло, когда президент Асанья обратился к провинциальному совету Каталонии, который после бурного заседания проголосовал за то, чтобы направить на следующий день войска для захвата центральной телефонной станции. Анархисты при поддержке ПОУМ воспользовались этим приказом в качестве предлога для начала кровавого восстания против республиканского правительства в Мадриде.

«Было уже давно известно, что ФАП [фашисты — анархисты — поумовцы] готовят путч в Каталонии, провоцируя его всяческими средствами, — сообщал в дни мятежа из Барселоны Орлов. — События в Барселоне начались несколько дней тому назад рядом столкновений и инцидентов. Основным сигналом к восстанию послужило убийство 7 анархистов из правительственных частей при занятии правительственными войсками границы у Ауксерда. 4 мая началась вооруженная борьба между элементами ФАП, с одной стороны, и частями Генералидада [правительство Каталонии] и ПСУ К [Объединенная социалистическая партия Каталонии] — с другой. Сегодня, 7 мая, борьба носит жестокий характер, есть много раненых и убитых. Среди убитых генеральный секретарь УХТ [Всеобщий союз трудящихся] коммунист Сес и тяжело ранен начальник внутренней охраны Каталонии Эскобар. Убийства совершены при входе в Генералидад. Участие ПОУМ в путче на стороне анархистов самое активное. Троцкистские барселонские газеты от 5 мая призывали к вооруженному восстанию. По радио передавался призыв к бедным каталонским рабочим покончить с Компанисом, Касаресом и марксистами и мирно соединиться с войсками Франко на арагонском фронте»[602].

Кровавые уличные бои в Каталонии стали предвестником необузданного насилия, разразившегося по всей территории Испании. Москва быстро отреагировала на это, приказав коммунистам потребовать репрессивных мер против ПОУМ. Это раскололо их союз с тред-юнионистом Ларго Кабальеро, кабинет которого немедленно пал. Негрин, лидер Испанской социалистической рабочей партии, при тайной поддержке коммунистов стал премьером 16 мая 1937 г. Это расчистило путь для наступления на несогласных анархистов и марксистов в Каталонии[603]. Новый премьер обвинял их в саботаже усилий, направленных на победу в войне; эта политика перекликалась с проводимой Москвой всемирной кампанией против Троцкого и его последователей. Внедрив не менее пяти своих агентов в барселонскую штаб-квартиру Нина, Орлов получил возможность держать Москву в курсе его деятельности, получая информацию изнутри, из совета ПОУМ[604].

ПОУМ стала мишенью в кампании, проводимой Сталиным против Троцкого и его сторонников. Используя в качестве оружия свое перо, чтобы обрушить град брани на бывшего товарища по партии, Троцкий из норвежской ссылки неоднократно пытался привести в боевой порядок внешнюю оппозицию советскому диктатору. В то же время чистка в СССР сметала все остатки инакомыслия внутри страны. Международная штаб-квартира троцкизма находилась в Париже, где энергичный сын Троцкого, Лев Седов, руководил делами центра исследований и пропаганды, организованного под крылом Института социальной истории Николаевского. Туда уже давно проникли агенты НКВД, посланные из Москвы.

Троцкий и Седов были противниками индивидуального террора, хотя, подобно всем ленинцам, они поддерживали идею массового террора в политических целях. Во время первого московского показательного судебного процесса в августе 1936 года публичное заявление, сделанное Троцким в 1932 году, о том, что «настало время выполнить наконец последний и настойчивый наказ Ленина: уберите Сталина!», послужило Кремлю поводом для обвинения в том, что были якобы даны секретные указания убить «отца народов». Архивы Троцкого были предоставлены в распоряжение международной комиссии, которая провела расследование и опровергла выдвинутое против Троцкого обвинение в поддержке им тактики террора. Это, как он постоянно предупреждал, привело бы к власти другого сталиниста. Седов тоже ответил на ложное обвинение в своей «Книге о московском процессе» («Livre sur le Proces de Moscou»). В написании этой книги, которая была опубликована в 1937 году, ему помогал Марк Зборовский, агент НКВД, действовавший под оперативным псевдонимом «Тюльпан». К 1937 году Зборовский с таким успехом втерся в доверие к Седову, что его считали в троцкистских кругах абсолютно преданным человеком[605].