Читать онлайн «Записки солдата». Страница 141

Отход к. Сене ставил противника перед серьезной проблемой транспорта. Железные дороги были разрушены и лишь немногие немецкие дивизии имели свои транспортные средства в количестве, достаточном для передвижения по шоссейным дорогам. Кроме того, чтобы избежать ударов авиации союзников, им пришлось бы передвигаться только по ночам. Однако, несмотря на эти трудности, противник, вероятно, все же успел бы отвести свои основные силы за линию Сены. Хотя авиация могла беспокоить его колонны и задерживать их движение, она была не в состоянии их остановить. Перейдя на правый берег Сены, противник мог усилить свою оборону войсками из района Па-де-Кале. В этом случае он также сокращал свои линии коммуникаций и занимал позиции, находящиеся поблизости от баз немецкой авиации, которая получала возможность обеспечить поддержку с воздуха своим наземным войскам.

В противоположность трудностям вынужденного отхода к Сене, другой путь открывал перед противником соблазнительную возможность перейти в наступление, восстановить равновесие и выправить линию фронта в Нормандии.

Ведь если бы немцам удалось прорваться через наш коридор у Авранша к морю и снова закрепиться на берегу, они создали бы более узкий фронт и свели бы на нет наше преимущество в подвижности. В то же время они снова заставили бы нас воевать на местности, пересеченной живыми изгородями, которая была их лучшим союзником. Более того, если бы фон Клюге смог закрыть проход у Авранша, через который мы уже пропустили много войск, то эти войска вскоре оказались бы без горючего и боеприпасов. В случае удачи противник может окружить их и уничтожить. Итак, этот вариант был довольно рискованным, но в то же время весьма соблазнительным.

Однако, прежде чем идти на серьезный риск, связанный с наступлением, противник должен был взвесить все возможные минусы. Стратегические преимущества наступления у Авранша были несомненны, однако оно превышало тактические возможности немцев. Если бы выбор был предоставлен немецким командирам на местах, они, несомненно, отказались бы от наступления и предпочли безопасный отход за Сену. Они знали о вакууме, который был позади них, и сознавали, что разгром на нормандском фронте мог открыть союзникам путь до самого рейха. Они знали гораздо лучше, чем гитлеровские подхалимы в Берлине, насколько они были слабее нас в Нормандии. Но для нацистского режима было характерно, что такое ответственное решение мог принимать только сам фюрер, а не его командующие. И вот Гитлер, находившийся в далекой ставке на восточном фронте, безапелляционно приказал фон Клюге держаться на занимаемых им позициях в Нормандии и перейти в контрнаступление с задачей закрыть проход и восстановить фронт у Авранша. Именно это решение в большей степени, чем что-либо другое, определило поражение немцев в битве за Францию.

* * *

Лишь к часу ночи с 6 на 7 августа противник собрал достаточно сил для того, чтобы начать роковое для него наступление. Он направил удар на Мортен, находящийся в 32 километрах восточнее мелководной бухты Мон-Сен-Мишель. Пять танковых и эсэсовских дивизий образовали ударный кулак наступательной группировки. Это было первое большое контрнаступление немцев во Франции, их вторым и последним контрнаступлением была битва в Арденнах. Для наступления противник снял свои танки с фронта Монтгомери, а пехоту взял из района Па-де-Кале. Только сейчас, через два месяца после вторжения союзников, немецкое командование поняло, что оно обмануто и что целая немецкая армия напрасно простояла в бездействии в решающий час битвы за Францию.

Всего лишь за одну ночь до этого 30-я дивизия генерал-майора Леланда Гоббса сменила 1-ю дивизию, брошенную в обход немецкого фланга. Поредевшие и измотанные в двухнедельных боях части 30-й дивизии заняли позиции, освободившиеся после ухода 1-й дивизии. Эти позиции были выбраны 1-й дивизией еще в ходе наступления и не имели достаточной глубины для обороны. Через несколько часов противник прорвал первые линии Гоббса. 2-й батальон 120-го полка был смят и отрезан от главных сил. Шесть дней этот обреченный батальон огнем отвечал на требования немцев капитулировать и с твердой решимостью продолжал оборонять свои позиции. 8 августа он по радио запросил срочно доставить ему медикаменты. Мы выслали звено самолетов "С-47", но противник открыл сильный зенитный огонь и самолеты сбросили более половины груза в расположение противника. Тогда 30-я дивизия начинила артиллерийские снаряды пузырьками с морфием и сульфапрепаратами и выпустила их через головы противника в расположение батальона. 12 августа наши войска прорвались к батальону, и он был выведен со своих позиций, окруженных грудами трупов немецких солдат. За этот бой, являющийся одним из наиболее героических боев за все время войны, батальону была объявлена благодарность президента.

Своим безрассудным наступлением на Авранш через позиции 30-й дивизии у Мортена противник заставил нас принять самое важное решение за всю кампанию во Франции. Оно стоило противнику армии, а нам дало Францию. Уинстон Черчилль через шесть месяцев назвал его "одним из самых смелых за всю войну". Когда немцы нанесли удар, только дивизия Гоббса преграждала путь танкам фон Клюге к морю. К полудню наступление немцев приняло угрожающие размеры, и Ходжес спешно направил подкрепления из 1-й армии на помощь Гоббсу с тем, чтобы не допустить вклинения противника в наши линии. Две пехотные дивизии подошли к 30-й дивизии слева, а бронетанковая дивизия вышла на ее правый фланг в готовности начать наступление на открытый фланг противника.

К этому времени двенадцать американских дивизий уже прошли через коридор у Авранша. Если бы противник двинулся через Мортен, он мог бы перерезать их коммуникации и запереть в глубоком тылу за своими линиями. Из двенадцати дивизий четыре еще не участвовали в бою. Они должны были стремительно двинуться на восток, выйти на рубеж между Сеной и Орлеаном и отрезать путь отхода противнику.

Нам предстояло сделать выбор:

1. Либо поступить осмотрительно и вернуть эти последние четыре дивизии для того, чтобы укрепить оборону Ходжеса у Мортена и, таким образом, обеспечить безопасность наших коммуникаций в Бретани.

2. Либо рискнуть и, воспользовавшись прорывом противника в районе Мортена, бросить эти четыре дивизии на его открытый фланг и попытаться уничтожить 7-ю немецкую армию.

Сделав ставку на успех контрнаступления танков фон Клюге, Гитлер обнажил перед нами весь растянутый фланг немецких войск, подставив его под удар и окружение с юга. Если бы мы смогли двинуть большие силы в восточном направлении, пока противник наступает у Мортена, и повернули их затем на север, мы тем самым осуществили бы широкий охватывающий маневр и отрезали всю его армию. Я решил пойти на это и уничтожить немецкие войска на западе (схема 32).