Читать онлайн «Великие женщины мировой истории. 100 сюжетов о трагедиях и триумфах прекрасной половины человечества». Страница 95

Гастон вырывался, крича: «Я должен был сделать это! Дядя сам виноват! Он не должен про все это писать. Подлодки, пушки, полеты на Луну. Он выдумывает мир, в котором мы погибнем! Кто-то должен его остановить. Человек из будущего не может жить среди нас!»

Онорина заткнула уши и побежала в комнату, куда отнесли Жюля. Вот до чего довели эти чертовы «жюль-верновские» фантазии! Вот цена романов о будущем: Гастон – в безумии, Жюль – в крови.

Прибежавший врач констатировал, что опасности нет. Пуля попала в ногу. Ее можно даже не удалять. Жюля просто накормили снотворным. Гастона увезли в сумасшедший дом. Соседи разошлись. Онорина осталась со спящим мужем. Она верила: Жюль – сильный, он выкарабкается.

Верн действительно выкарабкался. Вот только нога так и осталась больной. Но он по-прежнему писал свои два романа в год. Однако потом он начал слепнуть. Оказалось, что это – следствие диабета, как и его вечный ненасытный аппетит. Удивительно, но с таким букетом заболеваний оптимист Верн все равно проскрипел до 77 лет. Ему даже удалось пожить в будущем – в XX веке и лично увидеть, как человеческая цивилизация обзаводится выдуманной им техникой – например, подлодками и самолетами. Ну а потом появились телевизоры, транзисторы, мобильники, кредитные карточки и магазины самообслуживания, которые он предсказал. И кто знает, может, если бы Верн все это не напридумывал, ученые ничего бы не изобрели?.. А в 1969 году космический корабль «Аполлон-9» полетел к Луне по траектории, некогда рассчитанной Верном в романе «С Земли на Луну», и даже приземлился всего в пяти милях от точки, описанной в романе.

Самого же Верна не стало 24 марта 1905 года. Но еще 15 лет в мир выходили его романы. Сын Мишель издавал рукописи отца.

Онорина не надолго пережила мужа. Ее не стало в 1910 году, спустя пять лет после смерти Верна. Ей был 81 год.

P. S. В начале марта 2008 года к Международной космической станции отправился первый автоматический грузовой корабль «Жюль Верн», разработанный учеными Европы. Ну а компьютерная программа, которая вывела его на орбиту, называлась «Онорина». Выходит, недаром Верн признавался: «Меня ведет звезда Онорина».

Она взошла на трон, как все уверяли, совершенно случайно. Просто у короля Вильгельма IV не оказалось никаких наследников. Его род (Ганноверская династия) закатывался, и это было очевидно: отец Вильгельма – Георг III сошел с ума, а его сын – Георг IV, более известный как Принни, погряз в развлечениях, удовольствиях, обжорстве и волокитстве.

Отец нашей героини, герцог Кентский, никогда не думавший о возможности престолонаследия, тоже отличался весьма вольными нравами жизни и умер в январе 1820 года, по слухам, от переизбытка удовольствия, когда дочери было всего 8 месяцев. Ее воспитывала мать, принцесса Саксен-Кобургская, дама одновременно и капризно-вздорная, и самодурная, и ханжески строгая, ратовавшая за суровые условия для дочери. Мало кто думал, что дочь подобных родителей – последняя из Ганноверов – сможет хоть как-то укрепиться на троне.

Но она смогла. Более того, царствовала дольше всех среди властительниц мира – 63 года – и ушла в первый год XX века. Горький пример ее предшественников подсказал этой умной правительнице, как она сможет завоевать сердца подданных: в ее правление разнузданность и распутство монархов сменились строгими нравственными императивами, традиционной моралью и семейными ценностями. Британская империя, о которой говорили, что в ее пределах никогда не заходит солнце, стала оплотом стабильности, защищенности и консерватизма в лучшем его смысле. Недаром же и само время (две трети XIX века) получило название Викторианская эпоха – по имени нашей героини королевы Виктории.

А. Мелвилл. Королева Виктория. 1845

Ее полное имя было Александрина-Виктория. Викторией звали ее мать, и та потребовала, чтобы имя перешло к дочери. Александром же звали… русского императора Александра I, которого мать будущей королевы, в пику другим англичанам, считала главным победителем Наполеона. Итак, Александрина-Виктория родилась 24 мая 1819 года. Собственно, троном она во многом обязана матери, постоянно интригующей в пользу своей малолетней дочери. Узнав, что ей предстоит стать королевой Великобритании, 12-летняя девочка сказала: «Я буду хорошей!» Словом, повела себя как примерная и послушная дочь. Мать уже грезила, что станет при юной королеве местоблюстительницей. Виктория не перечила. Она училась: история, практические науки, европейские языки, королевский этикет, английское и мировое право, законы страны и судебные прецеденты – да что только она не освоила! И в день, когда ее короновали (20 июня 1837 года), 18-летняя королева заявила матери: «Я хотела бы иметь собственную комнату!», а вечером написала дяде, бельгийскому королю Леопольду: «Я очень молода, но если не во всех, то во многих делах я не могу считать себя несведущей!» Так она ответила обоим родственникам, которые особо рьяно рвались стать ее наставниками в делах правления.

При дворе же юная королева заявила, что «неопытность в государственных делах она компенсирует твердостию решений». Трудно было ожидать подобного характера от такой девушки, как Виктория. Склонная к полноте и уже выглядящая обаятельной пышечкой, она была невысокого роста и по этому поводу шутила: «Мы, однако, довольно невысоки для королевы!» Как же она исхитрилась стать истинной владычицей?

Помог супруг, которого она сама себе и выбрала среди… дальней родни. Альберт-Франц-Август-Карл-Эммануил Саксен-Кобург-Готский, герцог Саксонский (1819–1861) приходился Виктории кузеном. Между прочим, его отец, герцог Эрнст Саксен-Кобургский, служил при русском дворе, храбро воевал на стороне Александра I против Наполеона. Принц Альберт был очень основательно образован, говорил на европейских языках, знал толк в политике и экономике. А еще он был красив, представителен, любил живопись и музыку, отлично фехтовал и даже сочинял стихи. И Виктория влюбилась, да так страстно, что сама сделала принцу предложение.

Их венчание состоялось в Вестминстерском аббатстве 10 февраля 1840 года. Брак оказался счастливым в личном плане (чета обожала друг друга, у них родилось 9 детей) и впоследствии стал примером любви и нравственности для всей страны. Однако подданные поначалу приняли немца в штыки. И хотя было объявлено, что на корону Альберт не может претендовать (ему даже изыскали почетный титул принца-консорта), даже придворные отворачивались от него, монаршего супруга. Но Альберт воспринял все с завидным спокойствием. Он просто решил, что займется делами, и попросил поставить ему письменный стол в рабочем кабинете Виктории. «Я читаю и подписываю бумаги, а Альберт их промокает!» – шутила молодая королева.