Читать онлайн «Полководцы и военачальники Великой Отечественной-2». Страница 49

Новым импульсом для творческих исканий Казакова явилось разрешение затянувшихся разногласий о перспективах артиллерии. Сталин, указав на огромную роль артиллерии в современной войне, поставил задачу превратить ее в могучий род войск, создать первоклассную артиллерийскую технику. Но уже был и другой грозный импульс - все более очевидная угроза новой мировой войны.

За два предвоенных года произошли серьезные изменения в служебном положении Василия Ивановича. В марте 1939 года он был назначен начальником артиллерии Московской Пролетарской стрелковой дивизии, в этом же году - в августе - начальником артиллерии 57-го стрелкового корпуса. В петлицах Казакова появился ромб - в 1939 году ему было присвоено звание комбрига, а через год, в июне 1940 года, - с введением в Советской Армии генеральских званий - звание генерал-майора артиллерии. В июле 1940 года Василий Иванович Казаков был назначен начальником артиллерии 7-го механизированного корпуса.

Предвоенная судьба Казакова как бы отражала происходившие в то время качественные изменения Советских Вооруженных Сил - они росли численно, укреплялись организационно, их оснащали новой боевой техникой, механизировали. Но грозные военные испытания приближались быстрее, чем происходили эти изменения.

Начало Великой Отечественной войны застало Казакова в Москве. И здесь, далеко от границы, где уже развернулись ожесточенные бои, жизнь в войсках сразу же приобрела фронтовой характер. Через сутки части и соединения 7-го механизированного корпуса были приведены в боевую готовность, а вечером 24 июня направлены в Белоруссию - навстречу врагу.

Горестно вспоминал Казаков первые бои корпуса. Стойко, геройски сражались бойцы и командиры. Врагу был нанесен значительный ущерб. Но исход боев определился общим превосходством немецко-фашистских войск на фронте. Корпус понес большие потери, его части и соединения были выведены в район Орши на формирование. "Оставалось утешаться поговоркой: "За одного битого двух небитых дают", - с грустью говорил Казаков, рассказывая мне впоследствии о своем боевом крещении.

21 июля приказом командующего Западным фронтом управление корпуса было передано в "группу войск генерала Рокоссовского". Верилось, что это крупное соединение, способное решать большие задачи. Но смущало: почему такое соединение не имеет своего управления? На самом же деле "группа войск генерала Рокоссовского" оказалась действительно весьма солидной, но импровизированной организацией. Рокоссовскому было приказано подчинять себе все части и соединения на ярцевском направлении и организовывать там противодействие врагу. За короткий срок было собрано значительное количество бойцов и командиров всех родов войск. Набралось немало военной техники и автомашин. Узнав, что в районе Ярцева формируются части, которые должны тут же вступить в бой, к Рокоссовскому непрерывно шли люди - в одиночку и группами. Приходили подразделения и целые части, отбившиеся от своих соединений. Люди хотели воевать и искали руководства. Всю эту массу людей нужно было организовать, разбить по родам войск, свести в подразделения и части и при первой же возможности повести их в бой. Для всего этого необходим был налаженный аппарат управления. Им и стало управление 7-го механизированного корпуса. Рокоссовский сразу же отметил Казакова. Впоследствии он писал: "Хорошее впечатление произвел на меня начальник артиллерии 7-го мехкорпуса генерал-майор Василий Иванович Казаков. Он сразу отправился на огневые позиции - по-хозяйски оценить, что у нас и где имеется, каковы кадры. Короче говоря, генерал отдался делу..."

В августе Рокоссовский был назначен командующим 16-й армией. Фактически же произошло объединение сильно поредевшей в жестоких боях в районе Смоленска 16-й армии и "группы войск генерала Рокоссовского". И хотя армия имела свое управление, Рокоссовский добился, чтобы на основные должности в этом управлении были назначены работники, которых он уже успел оценить по достоинству. Начальником артиллерии армии стал Казаков.

В августе и начале сентября 16-я армия занимала оборону под Ярцевом. Ее кадровые артиллерийские полки были хорошо подготовлены в мирное время и теперь успешно справлялись с боевыми задачами в сложных условиях. Их огонь наносил большой урон противнику в первых частных операциях. Но Казакова это не удовлетворяло. Предстояли тяжелые бои с врагом, рвавшимся к Москве. Казаков считал, что в этих боях артиллерия должна сделать гораздо больше, чем принято от нее ожидать.

"Противник силен превосходством в танках, - говорил он. - Кто их уничтожит? Артиллерия, причем всякая, а не только противотанковая. Она же должна ослабить наступательные возможности вражеской пехоты. И другое: противник превосходит нас в авиации. Чем преодолеть это превосходство? Артиллерией". Иногда Казакову возражали:

- У нас и в артиллерии нет превосходства.

- Численного, - парировал Казаков. - Но в умелых руках одно орудие двух стоит. Важно и правильно организовать использование артиллерии.

Большую часть времени Василий Иванович проводил в войсках, по нескольку раз побывал не только в каждом артиллерийском полку, но буквально на каждой батарее, и там каким-то присущим лишь ему чутьем находил тех, в чьих руках "одно орудие двух стоит". Бывал он и в стрелковых частях, чего требовал и от других артиллерийских командиров. "Взаимодействие закладывается раньше, до боя", - говорил он.

Возвращаясь в штаб армии, Василий Иванович глубоко анализировал результаты своих поездок. На основе этих анализов он вносил командующему армией предложения по организации и расположению артиллерии, способствующие наиболее эффективному применению артиллерийского огня, максимальному использованию его возможностей. Вспоминая то время, Рокоссовский отмечал: "Мне нравилось, что мои помощники, люди образованные и влюбленные в военное дело, умели отстаивать свое мнение". В ряду этих людей Рокоссовский особо выделял Казакова. "Ценнейшим человеком оказался генерал Василий Иванович Казаков, - писал Рокоссовский. - У генерала были и глубокие знания, и интуиция, и уменье работать с людьми. Вот уж кого любили в войсках!"

Кто знает, может быть, Казаков и Рокоссовского увлек своей верой в еще не полностью раскрытые и недостаточно используемые возможности артиллерии. Во многих случаях командующий армией выезжал в войска и на передовую вместе с Казаковым, чаще всего пользовался НП, оборудованными артиллеристами, и каждый раз неизменно интересовался состоянием артиллерии.

В конце июня в армию прибыла батарея "катюш". Казаков хотел было тут же осмотреть это новое и грозное для того времени оружие. Но "катюши" оказались "недотрогами": доступ к ним разрешался только командующему армией и члену Военного совета. Рокоссовский, человек решительный, не терпевший формализма, взял на себя ответственность и не только разрешил Казакову ознакомиться с "катюшами", но и организовать их залп по противнику.