Читать онлайн «Благотворительность семьи Романовых. XIX – начало XX в. Повседневная жизнь Российского императорского двора». Страница 137

Институт разделялся на два отделения – словесно-историческое и физико-математическое. Позже было образовано третье отделение – естественных наук и географии. Обучение продолжалось четыре года. В первые два занятия были в основном теоретическими. С третьего года возрастало число практических занятий, которые в последний год становились преобладающими. Подчинялся институт непосредственно главноуправляющему собственной его императорского величества канцелярией по учреждениям императрицы Марии. Кроме того, вуз имел почетного попечителя «из членов императорской фамилии». Им являлся великий князь Константин Константинович. Непосредственное руководство учебной работой осуществлял директор, воспитательной – начальница, хозяйственной – специальный комитет. Вопросы учебной деятельности института находились в ведении педагогической конференции, в состав которой входил педагогический и воспитательный персонал заведения. Ее работой также руководил директор. Для обсуждения важных вопросов воспитательного характера создавался комитет, в который входили директор, начальница и два преподавателя «по выбору конференции».

Способ финансирования женского педагогического института отличался от общепринятых в ведомстве императрицы. Если подавляющее большинство учебно-воспитательных заведений существовало на проценты с основных капиталов, пожертвования, доходы от недвижимости и различные благотворительные сборы, то институт и Константиновская гимназия обеспечивались, главным образом, за счет казенных средств. На их содержание ежегодно отпускалось «пособие» из государственного казначейства в сумме 61 тыс. 332 руб. плюс 12 тыс. руб. от ведомства. В распоряжение этих заведений поступала также плата за обучение. Это дает право утверждать, что институт не содержался за счет благотворительных пожертвований, а был по сути своей государственным учебным заведением.

В дореволюционной России кроме пединститута государственный статус имел женский мединститут в Петербурге. Помимо того, женщины принимались вольнослушательницами в высшее училище живописи, скульптуры и архитектуры академии художеств. Остальные высшие женские учебные заведения были негосударственными. По состоянию на 1917 г. их было 59[776].

На 1 января 1905 г. в пединституте обучалась 331 студентка. Наибольшей популярностью пользовалось словесно-историческое отделение. По сословному составу 218 девушек были из дворянства и чиновничества, 44 – из крестьян, 32 – из семей купечества и почетных граждан, 24 принадлежали к духовенству, 2 были дочерями нижних чинов, и одна девушка являлась иностранной подданной[777]. В 1906 г. ведомство императрицы отметило, что «…число желающих им (институтом. – Прим. авт.) воспользоваться растет с каждым годом»[778]. Так как вуз мог принять небольшое число желавших получить педагогическое образование, руководство ведомства решило создать педагогические классы при традиционных женских институтах и гимназиях. В дополнение к общеобразовательным предметам их учебная программа содержала педагогику и методику обучения. Классы давали лишь среднее педагогическое образование, готовили учительниц для младших классов средних учебных заведений и для народных училищ.

В начале XX в. в Ведомстве императрицы Марии получило дальнейшее развитие женское хозяйственно-рукодельное образование. На «любительском» уровне в средних учебных заведениях оно существовало и раньше. В 1905 г. при женских гимназиях были созданы курсы, подготовки учительниц рукоделий в средних женских учебных заведениях и «подмастериц». Новым явлением в ведомстве стало женское коммерческое образование. Развитие промышленности, торговли, финансовой сферы, более активное, чем прежде, вовлечение женщин в хозяйственную деятельность заставило ведомство императрицы Марии создать при некоторых заведениях специальные курсы, имевшие целью «…дать ученицам теоретическое и практическое образование, необходимое для занятий в торгово-промышленных и финансовых учреждениях»[779]. Их учебная программа предусматривала изучение бухгалтерии, коммерческой корреспонденции, арифметики, каллиграфии, печатания на машинке, «законоведения», политической экономии, коммерческой географии, товароведения, немецкого языка с корреспонденцией на нем и домоводства. Выпускницы коммерческих курсов при успешной сдаче экзаменов получали звания «ученых конторщиц». Они могли выполнять обязанности приказчиков, бухгалтеров, работать в качестве вспомогательного персонала в государственных учреждениях, банках, фирмах.

Некоторые коммерческие курсы имели определенную специализацию. Примером тому – Демидовский дом призрения трудящихся (дом Анатолия Демидова). Профессиональное отделение для учениц девичьей школы, созданное при доме в 1880-е гг., себя не оправдало. Из множества изучавшихся в нем женских ремесел и рукоделий популярностью пользовались только белошвейное и портняжное. Содержание курсов обходилось дорого. В 1894 г. был принят новый Устав заведения, по которому школа подразделялась на общеобразовательное и профессиональное отделения. Общее образование воспитанницы получали в течение 6 лет, профессиональное – 3 года. Последнее осуществлялось рукодельно-профессиональной школой и училищем коммерческого счетоводства. Успешно окончившие школу получали звание учительниц рукоделия и право учреждать соответствующие специальности начальные учебные заведения. Выпускницы училища коммерческого счетоводства получали звание «ученой конторщицы» и могли работать на тех же должностях, что и выпускницы коммерческих курсов при гимназиях. Демидовский дом был закрытым учреждением призрения, но имел воспитанниц и на правах пансионерок. Плата за пансион была высокой – 270 руб. в год плюс 30 руб. на первоначальное обзаведение. Дополнительно 50 руб. в год стоило обучение музыке. Несмотря на это, заведение пользовалось популярностью. В 1904 г. в нем содержались 220 пансионерок, из них 30 – за счет заведения, а остальные 190 были своекоштными. По сословному происхождению 146 воспитанниц являлись дочерями дворян и чиновников, 30 – купцов, 30 – крестьян и 14 – мещан[780].