Читать онлайн «Благотворительность семьи Романовых. XIX – начало XX в. Повседневная жизнь Российского императорского двора». Страница 136

Однако в начале XX столетия ведомство императрицы в полной мере осознало роль семьи в процессе воспитания и обучения учащихся. В марте 1907 г. приняли «Утвержденные главноуправляющим правила для родителей учениц женских гимназий Ведомства учреждений императрицы Марии», которые возлагали на них ответственность за религиозное воспитание и поведение учениц вне стен гимназии. Родители и «заступающие их место» – родственники, опекуны – должны были содействовать «начальству гимназии в том, чтобы ученицы соблюдали правила и указания гимназии относительно учебных занятий»[766]. На родителей возлагалась обязанность обеспечивать дочерей книгами и учебными пособиями, информировать руководство о том, будет ли девочка ходить в гимназию и возвращаться из нее одна или в сопровождении кого-либо из взрослых, просматривать дневники и еженедельно «удостоверять» это своей подписью, письменно сообщать о причинах непосещения занятий и невыполнении домашних заданий, а в случае болезни более двух недель, представлять справку от врача. Родители призывались «не уклоняться от приглашения в гимназию для объяснений относительно ученицы»[767]. Правила содержали и перечень обязанностей для учениц, не утратившие, кстати, актуальности в наше время – выполнять «в точности» все требования учебной дисциплины, являться на занятия одетыми «опрятно и по форме, без украшений в одежде и прическе»[768]. Броши, цепочки и прочее категорически запрещалось. Приходить в гимназию надо было так, чтобы успеть к утренней молитве. Правила требовали «посещать аккуратно уроки под опасением за несоблюдение этого правила быть не допущенными к экзаменам и оставленными в классе на второй год, по определению педагогической конференции»[769]. Поскольку обучение было платным, такое средство поддержания дисциплины являлось весьма действенным. Женские гимназии ведомства императрицы в то время, по существу, ничем не отличались от гимназий Министерства народного просвещения, и их принадлежность к благотворительному ведомству была не более чем данью традиции.

В начале XX столетия женские учебно-воспитательные заведения императрицы, отвечая требованиям времени, ввели профессиональное обучение – хозяйственно-рукодельное или педагогическое. В 1901 г. по инициативе попечителя педагогических курсов в Петербурге, великого князя Константина Константиновича (внука Николая I, сына Великого Князя Константина Николаевича) была образована комиссия для выработки проекта реформирования столичных женских педагогических курсов. Она пришла к выводу о необходимости создания в структуре Ведомства императрицы Марии высшего педагогического учебного заведения – института.

По утвержденному в июне 1903 г. Положению женский педагогический институт являлся открытым государственным высшим учебным заведением, имевшим целью давать специальное образование представительницам всех сословий. Он готовил учительниц «…для всех классов женских учебных заведений, а равно, классных и домашних наставниц»[770]. Для практических занятий при нем существовала женская гимназия, названная «Константиновской». В пединститут принимались девицы не моложе 16 лет, окончившие женские институты Ведомства императрицы Марии, гимназии и другие, приравненные к ним, заведения различных ведомств. Выпускницы средних учебных заведений, окончившие учебу с наградами, принимались без экзаменов, но не позже, чем через два года после окончания предварительной учебы. Все прочие, говоря современным языком, абитуриентки подвергались экзаменам «по предметам и в объеме», определявшемся педагогической конференцией вуза. Позже был установлен порядок, согласно которому, не имевшие наград абитуриентки зачислялись по конкурсу аттестатов. В «Правилах приема в императорский женский педагогический институт», изданных в 1916 г., указано: «в институт принимаются по конкурсу аттестатов и наград девицы, с успехом окончившие курс по преимуществу женских институтов и гимназий Ведомства учреждений императрицы Марии и равных им по правам женских учебных заведений»[771]. Поступавшие должны были иметь в аттестате удовлетворительную оценку «хотя бы по одному из иностранных языков»[772]. Если абитуриентка поступала не в год окончания предыдущего учебного заведения, то от нее требовалось «свидетельство о благонадежности». Лица иудейского вероисповедания, помимо необходимых документов, должны были представлять удостоверение от градоначальника на право жительства в Петербурге.

Успешно окончившие женский пединститут и прошедшие практику в Константиновской гимназии, получали право «…без особых испытаний получать от Министерства народного просвещения свидетельство на звание учительницы средних учебных заведений с высшим образованием по предметам их специальности, с присвоением им всех прав и преимуществ, сему званию присваиваемых»[773]. Это означало, что выпускницы вуза могли преподавать во всех средних женских учебных заведениях империи, а также в мужских гимназиях. «…изучившие специально иностранный язык, из числа преподаваемых в институте» могли преподавать его «во всех или же в четырех младших классах мужских и женских средних учебных заведений, в зависимости от заключения комиссии преподавателей о степени подготовки каждого отдельного лица»[774]. Выпускницам института, желавшим повысить статус своего образования, предоставлялась возможность при успешной сдаче экзаменов получить «диплом в знании курса императорских Университетов по соответствующему факультету»[775].

Институт разделялся на два отделения – словесно-историческое и физико-математическое. Позже было образовано третье отделение – естественных наук и географии. Обучение продолжалось четыре года. В первые два занятия были в основном теоретическими. С третьего года возрастало число практических занятий, которые в последний год становились преобладающими. Подчинялся институт непосредственно главноуправляющему собственной его императорского величества канцелярией по учреждениям императрицы Марии. Кроме того, вуз имел почетного попечителя «из членов императорской фамилии». Им являлся великий князь Константин Константинович. Непосредственное руководство учебной работой осуществлял директор, воспитательной – начальница, хозяйственной – специальный комитет. Вопросы учебной деятельности института находились в ведении педагогической конференции, в состав которой входил педагогический и воспитательный персонал заведения. Ее работой также руководил директор. Для обсуждения важных вопросов воспитательного характера создавался комитет, в который входили директор, начальница и два преподавателя «по выбору конференции».