Читать онлайн «Адмирал Макаров». Страница 49

Но в морском министерстве на этот дельный совет не обратили внимания. Слишком привыкли там к внешнему блеску корабля: к полированным бортам, ярко начищенной меди, черному блестящему корпусу и желтой, видимой за много миль трубе. Позднее, уже в русско-японскую войну, вступив в командование Порт-артурской эскадрой, Макаров отдал такой приказ: «Объявляю для руководства, что для военных целей хорошая окраска наружного борта вредна, ибо при хорошей окраске очерчиваются линии судна, что выгодно неприятелю для измерения расстояний, для распознавания типа и имени судна, своих нападений и вообще для видимости. Чем хуже окрашено судно, тем для военных целей лучше…»107. Макаров говорил, что „для дня лучше всего грязный, вылинявший, сероватый цвет“. Этим он предвосхитил идею современного камуфляжа, который принят теперь не только во всех флотах, но и в армиях (раскраска танков, автомашин, халатов бойцов и пр.).

В своих статьях и выступлениях Макаров неоднократно повторял, что моряку необходимо в совершенстве овладеть специальными военными знаниями, что без этого военный моряк не представляет ценности. Однако его либо не понимали, либо не хотели понимать. Во флоте занимались всем, чем угодно, тысячами разных мелочей и пустяков, но неизменно упускали главное. Никто не задумывался над тем, что такое морской бой и как его вести, считая, что все необходимые соображения и решения придут стихийно, во время боя, сами собой.

Макаров знал, что личный состав флота плохо подготовлен к ведению боя и не имеет ясного представления о его сущности. Военно-теоретические труды предшественника и учителя Макарова, основоположника тактики броненосного флота адмирала Бутакова уже не разрешали больше всех вопросов тактики боя в новых условиях. Да и они были основательно забыты. Макаров понимал, что морякам надо дать такое руководство по военно-морской тактике, которое освещало бы не только принципиальные вопросы ведения морского боя, но и вопросы подготовки и воспитания офицеров флота и матросов.

И он решил создать такое руководство.

Напечатанные в 1897 году в «Морском сборнике» лекции Макарова по вопросам морской тактики имели огромный успех и были переведены на многие иностранные языки, в том числе на турецкий и японский.

Такой большой интерес к этой новой работе Макарова, в которой были изложены его тактические взгляды, объяснялся тем, что авторитет Макарова в вопросах военно-морского искусства был общепризнанным.

Во второй половине XIX века России принадлежала ведущая роль не только в области военного кораблестроения, но и в создании тактики парового броненосного флота. Все иностранные работы по вопросам тактики парового флота, написанные в шестидесятых годах, поражают отсталостью взглядов их авторов и отсутствием живой мысли. Наиболее известные труды того времени — француза Буэ-Вильомеза «Опыт пароходной тактики» и англичанина Дугласа «Морская война при помощи пара» — являлись по существу попыткой чисто механического приспособления тактики парусного флота к новым условиям боя паровых кораблей. Дуглас, например, утверждал, что «паровой флот, подходя к неприятелю, должен согласно с прежними правилами парусных судов стрелять в такелаж и оснастку неприятельских кораблей», и лишь когда рангоут сбит и его обломки парализуют действие винтов, «можно целить в один только корпус корабля»108.

Критикуя неудачные попытки иностранных теоретиков создать новую морскую тактику, Бутаков справедливо замечал, что они разрешают дело «не с корня, а с ветвей». Бутаков требовал от паровых судов активных действий, «мгновенности и внезапности перестроения, поворотов и захождений», наиболее эффективного использования корабельной артиллерии, роль которой явно недооценивалась в иностранных флотах.

К началу восьмидесятых годов Макаров был уже достаточно опытным моряком и по ряду вопросов имел свое собственное мнение, базировавшееся на обширных теоретических знаниях и новейших достижениях техники.

В своих «Рассуждениях по вопросам морской тактики» Макаров обобщил опыт прошлых войн и практику развития военно-морского дела в мирное время. Книга имела целью решение главного вопроса: как разгромить врага, если он посягнет на родную землю? Ответ Макаров давал такой: помнить о войне и готовиться к ней ежедневно, ежечасно.

В предисловии к своей работе Макаров писал: «Каждый военный или причастный к военному делу человек, чтобы не забывать, для чего он существует, поступил бы правильно, если бы держал на видном месте надпись „Помни войну“, принятую нами за девиз настоящего труда». Такую надпись Макаров сам постоянно держал перед глазами на своем письменном столе. Желание защитить в возможном столкновении честь родины в значительной степени определяло направление его деятельности и мыслей. В своей книге Макаров не только указывал, как следует вести морской бой, но и стремился усовершенствовать, реорганизовать флот, вооружить его всем тем, что он считал наиболее современным, полезным и нужным.

Присущая Макарову широта кругозора позволила ему универсально подойти к решению задачи и дать в своем труде сумму военно-морских знаний и опыта того времени. «Тактика, — писал Макаров, — имеет своим назначением дать возможность видеть всю картину военно-морского дела, а не одни лишь ее детали, и в этом отношении польза ее бесценна».

Углубляя и расширяя тему, Макаров коснулся в своей книге таких областей, которые выходят за пределы военно-морской тактики. Он говорит о том, как извлекать пользу из жизненного опыта, как приучить себя не бояться смерти, как научиться «уметь не находить затруднений», какие следует читать книги и т. д. Вся работа полна острых мыслей, метких замечаний и советов.

Мало можно найти трудов по специальным вопросам, которые читались бы так же легко, как макаровская «Тактика», отличающаяся простотой изложения, занимательностью, а главное оживляющим всю книгу бодрым духом. Эта занимательная форма не случайна. Автор хотел сделать книгу доступной для широких слоев читателей.

Касаясь в своей книге значения практики, Макаров отмечал, что опыт во всяком деле, безусловно, значит, много, но в серьезном деле одного опыта недостаточно. И он резко обрушивался на тех ленивых недоумков, которые считали, что в морском деле достаточно одной практики. Он видел в этом, к сожалению, очень распространенном явлении, неуважение к науке. «Выгода тактических знаний, — писал Макаров, — в том и заключается, что занимающийся и много работавший над этим скорее приобретает глазомер в широком смысле этого слова, то есть уменье ясно оценить обстановку. Ждать, когда мы научимся из одной практики, значит ждать несбыточного и предрешать большие потери при первых же встречах с неприятелем».