Читать онлайн «С Роммелем в пустыне. Африканский танковый корпус в дни побед и поражений 1941-1942 годов». Страница 58

За минным полем дорога вновь поднималась вверх.

Моя машина совершила крутой поворот, как вдруг впереди на дороге я увидел и узнал танк «шерман», находившийся на расстоянии выстрела. Я выдернул руль из рук водителя и резко повернул его, машина вильнула к обочине дороги. Расчет, обслуживающий идущее сзади меня орудие, тут же понял свою задачу. Солдаты за считаные секунды попрыгали со своих мест, отцепили орудие от тягача, развернули его и сделали первый выстрел, в то время как американцы все еще стояли неподвижно, наведя ствол своего орудия на холмик справа от нас. Наш первый снаряд угодил танку в борт под углом. Он вспыхнул.

Мы рванулись вперед, но скоро попали под огонь танковых орудий и пулеметов, расположенных по обе стороны дороги. Отправив связного с изложением обстановки к Мейеру, я, под прикрытием противотанковых орудий, развернул роту для атаки возвышенности, находившейся справа от нас. Мы вышли на гребень, потеряв несколько человек убитыми. Тем временем другая рота под командованием обер-лейтенанта Буххольца подошла к высотам, расположенным слева, и продолжала наступать.

Бой продолжался около часа. В небо подымались столбы густого черного дыма, за ними следовали взрывы – очевидно, это горел склад боеприпасов. Танки противника прекратили огонь. Мы продолжали двигаться вперед, увеличивая темп наступления, и увидели отходящие танки, которые, видимо, составляли арьергард противника.

На захват трофеев и отдых времени в Фериане не было. Мы выделили отряд для спасения всего, что можно было спасти в горящих складах: горючего, боеприпасов и снаряжения. Мы на большой скорости направились к ближайшему аэродрому в Телепе, где смогли уже оценить результаты нашего нового наступления. Противник оставил шестьдесят непригодных к полетам самолетов. Многие из них плюс склады были уничтожены самим противником непосредственно перед уходом. Мы провели ночь на оборонительных позициях к северу от аэродрома. Перед рассветом мы получили приказ двигаться к северу. Мы не встретили никакого сопротивления до тех пор, пока нам не стали попадаться отдельные танки (1-й американской бронетанковой дивизии) на равнине к западу от горной гряды, что нависала над нами справа. Сводка об обстановке, поступившая из ставки Главнокомандования, многое объяснила: 1-я американская танковая дивизия с тяжелыми потерями отступает к Тебессе. Спецгруппа 288 достигла района Джебель-Лессуды.

В полночь (с 16 на 17 февраля) наши танки вновь атаковали Сбейтлу и после жестокого боя утром ворвались в город. Американская бронетанковая дивизия отошла к западу и была передана в резерв к юго-востоку от Тебессы на переформирование. Андерсон, британский генерал, был так встревожен неудачей американцев, что остановил британскую бронетанковую бригаду, отозванную в тыл, чтобы заменить устаревшие танки «крусейдер» на современные «шерманы». Со своими старыми танками и несколькими «шерманами», укомплектованными собранными наспех экипажами, он двинул эту бригаду на помощь янки.

18-го числа Роммель остановил движение своих подвижных сил, теперь полностью сосредоточенных, для перегруппировки и дозаправки. Он послал войска в глубокий рейд в расположение англо-американских частей и был способен еще обойти фланг противника, продвигаясь по трем различным дорогам – через Кассерин, через Сбейтлу и через Фериану к Тебессе.

Как мы потом узнали, войска противника были в полном замешательстве. Генерал Александер 15-го числа вылетел из Триполи в Алжир с намерением через пять дней принять командование. Вместо этого он поспешил на фронт и принял командование немедленно. Он обнаружил, что обстановка даже серьезнее, чем он ожидал, как он писал впоследствии. В суматохе отступления американские, французские и британские войска перемешались. У них не было скоординированного плана обороны, а командование не знало, что предпринять. В первом же горном ущелье, которое он посетил, – ущелье Дернайа выше Ферианы по дороге на Тебессу – ему пришлось на месте назначить старшего американского офицера командующим этим сектором и приказать американцу удерживать его до последного.

Да, своим излюбленным манером Роммель внес сумятицу в стан врага.

Везде, где бы я ни проезжал, я наталкивался на отдельные группки американских пехотинцев, прятавшихся среди камней и кустов на горных склонах. Их транспорт был укрыт в долине. Нам досталось значительное количество джипов и грузовиков – все новые и, к нашей радости, великолепно оснащенные.

Я пробовал поговорить с некоторыми из пленных американцев. К своему удивлению, я обнаружил, что это были поляки – сыновья эмигрантов, переехавших из Европы в США.

Я послал в долину разведчика, пожилого австрийца, который должен был выяснить, нет ли там изолированных групп американцев. Он вернулся, тормозя на большой скорости:

– Господин обер-лейтенант, в долине танки противника.

И действительно, на подъеме, где начинался кустарник, мы увидели несколько похожих на танки машин, пытающихся достичь спасительной поросли в лощине. Однако это оказались не танки, а полугусеничные бронетранспотреры с малокалиберными пушками. Мы открыли огонь, и водители тут же повыпрыгивали из них и скрылись в кустарнике. Мы поспешили туда и захватили шесть машин и одного из водителей. Эти шесть машин оказались для нас как нельзя кстати, поскольку мы потеряли в боях шесть своих машин. Теперь мы были квиты.

Дорога шла все время вниз и вдруг вильнула влево. Впереди высилась примечательная особенность. Это был перевал Кассерин.

Только я успел добраться до поворота, как пришел приказ по полку: «Атаковать перевал Кассерин – 1-му батальону слева от дороги, 2-му – справа от дороги. В полной мере использовать моторизованную технику. Полковой штаб – первый дом к северу от поворота дороги». Это все.

Буххольц уже получил этот приказ. Его рота разворачивалась на возвышенности справа. На бешеной скорости, с ревом мы промчались через луг, лощины и камни к холму, который возвышался над перевалом справа.

Вражеская артиллерия, хорошо пристрелявшись, забрасывала нас снарядами. Но мы прорывались через разрывы снарядов, держа грузовики на большом расстоянии друг от друга. Только в один грузовик попал снаряд. Остальные домчались до подножия склона. Глубокое сухое русло на нашем пути заставило нас покинуть грузовики. Солдаты с оружием попрыгали на землю, а грузовики, ревя моторами, отъехали назад в укрытие.

Мы продвигались среди скал, используя каждый камень и складку местности для укрытия от огня американской артиллерии и стрелкового оружия. Вскоре мы вскарабкались на высоту, расположенную на одном уровне с ротой Буххольца, которую мы видели слева от нас через дорогу. Я смутно помню, что наш правый фланг был открыт. Обливаясь потом, мы лезли все выше и выше к гребню горы.