Читать онлайн «Братья Гримм». Страница 40

В 1819 году оба тома были переизданы. И братья Гримм послали их, как и в прошлый раз, своим друзьям с надписью: «Примите ее (книгу) с благосклонностью; если, по Вашему мнению, она окажется достойной более близкого ознакомления, то Вы обнаружите, что в ней многое улучшено и исправлено, а первая часть полностью переработана». Новое издание, измененное и переработанное, во многом несло на себе отпечаток поэтического почерка Вильгельма. Задать поэтический тон этому виду творчества соответствовало его натуре и влечению, и он нашел этот простой и верный тон повествования.

Одновременно братья занимаются теорией сказки; новое издание, которое назвали «расширенным и улучшенным», они снабдили статьей «О сущности сказки». В ней, в частности, говорилось: «Сказки рассказывают детям, чтобы в их чистом и мягком свете зародились и взросли первые мысли и силы сердца; и поскольку каждому приятна их поэтическая простота и поучительна их правдивость, поскольку они остаются в доме и передаются по наследству, то их еще называют «домашними сказками». Сказка как бы отгорожена от всего мира, она уютно расположилась на добром, безмятежно спокойном месте, с которого она не стремится выглянуть в мир. Поэтому она не знает ни имени, ни местности, у нее нет определенной родины; она является чем-то общим для всего отечества». Сказки представляют собой не просто пестрое и произвольное сплетение фантастических узоров, созданных на потребу момента, но в них отчетливо просматривается смысл, причинная связь, идея. В них есть мысли о божественном и духовном: древняя вера в эпическую стихию, которая возникает, получает крещение и материализуется вместе с историей народа.

Итак, появлению в 1819 году второго издания «Сказок» предшествовало более двенадцати лет работы: братья не только собрали, записали и опубликовали сказки, но немало поработали над теоретическим осмыслением этого жанра литературы. После второго издания сборника сказок Вильгельм сказал, что «за ним последует третий, который должен содержать примечания к отдельным сказкам, а также обзор литературы». Третий том вышел в 1822 году. И был он задуман скорее не для детей, которые хотят наслаждаться лишь поэзией, а для ученых.

В примечаниях братья Гримм указывали на родство их сказок со сказками французскими и итальянскими, отмечали схожесть сюжетов в сказках о животных и наличие отголосков древних мифов. Таким образом, третий том с примечаниями братьев Гримм тоже приобрел важное значение, так как положил начало исследованиям сказок, которые продолжаются и в наши дни и превратились в широкое, можно сказать, огромное поле научной деятельности. Заслуга братьев Гримм состоит не только в том, что они собрали и поэтически оформили старинные сказки, но также и в том, что они стали одними из основателей новой области в науке. В особенности Вильгельм Гримм, который дал основные идеи для теоретической части этой книги. Якоб, занятый в это время больше сложными основополагающими вопросами грамматики, признавался: «В работе над третьей частью «Сказок» я принимал мало участия, то есть от случая к случаю делал кое-какие замечания». Но само собой разумеется, что его предложения были использованы и учтены братом.

Сборник сказок с третьим томом получил свое завершение, стал итогом огромного шестнадцатилетнего труда. И уже через год, в 1823 году, братья Гримм могли видеть, как их трехтомная книга стала завоевывать всеобщее признание — вскоре часть детских сказок была переведена на английский язык. Но и после завершения этого объемного произведения братья продолжали заниматься сказками. Они собирали материал для новых изданий.

В 1824 году Якоб сообщил сестрам фон Гакстгаузен, что они, «как обычно, ждут от них сказок». На протяжении всей своей жизни братья Гримм работали над новыми и новыми изданиями. Особенно много трудился Вильгельм, постоянно работая с источниками и шлифуя тексты.

Одновременно братья занимались другой темой, которая могла бы встать в один ряд с их сказками, — это были сборники «Немецких преданий». Предания представляли собой нечто принципиально новое, нежели сказки. В сказках речь шла о наполненных фантазией, вернее сказать, о фантастических, богатых чудесами вещах, не соответствовавших законам природы. Они не были привязаны географически к какому-либо определенному пространству. В преданиях же иначе. Конечно, в них тоже повествовалось о необычных, чрезвычайных, порой чудесных событиях, о встречах с духами, великанами и гномами. Но при этом они относились или к определенному историческому событию, исторической личности, или к определенному месту и существовали не в воображаемом мире. Еще Гердер упоминал о давно забытых преданиях, считая важным их собирание и сохранение. До братьев Гримм предпринимались попытки разыскать и издать их. Но главная заслуга в этом принадлежит представителям позднего немецкого романтизма. По определению Рикарды Хух, романтики — «это сознательные следопыты в темной стране неосознанного; они толковали мифологию, сказки, предания, поверья; не терялись в них, а если им и случалось заблудиться, то быстро вновь находили верный путь».

К таким «следопытам» относились и братья Гримм, которые примерно с 1806 года начали собирать предания, то есть одновременно с работой над сборником сказок. Вначале, как и в работе со сказками, они пытались заполучить передаваемые устно предания от тех людей, которые знали их еще сами. Кое-что знал брат Фердинанд, некоторые были получены от друга детства Пауля Виганда, от священника Банга, а также от многочисленных знакомых. Особое участие, как и при составлении сказок, приняла семья фон Гакстгаузенов, поведавшая братьям целый ряд преданий.

Кроме устных, они использовали и многочисленные письменные источники. Пожелтевшие рукописи и старые, пропитанные пылью книги, которые редко когда снимали с полок, хранили немало преданий. На протяжении многих лет братья Гримм исследовали в библиотеках и архивах работы крупных историков, начиная с Тацита. Они делали выписки из произведений Плиния и Прокопия Кесарийского, отыскивали франкские саги у Григория Турского, готские — у Иордана, лангобардские — у Павла Диакона. В библиотеках от Парижа до Вены находили рукописные хроники, народные книги, мемуары и сборники описаний курьезных случаев с выдающимися людьми. И снова и снова наталкивались на заброшенные легенды, столетиями спавшие сном Спящей красавицы. Братья со скрупулезной точностью переписывали вновь открытое. Они просматривали произведения XVIи XVIIвеков; их оказалось немало в рукописях Лютера и Гриммельсгаузена, Фишарта и Абрагама а Санкта Клара. А потом уже дома, как и в работе над сказками, проводили их стилистическую обработку, стремясь изложить предания простым, неприкрашенным, но отшлифованным, свойственным им языком. Иоба источника — устный и письменный — дали братьям богатый материал. 1809—1810 годы были особенно плодотворными для них. Якоб сообщал своему другу Арниму: «Больше всего внимания я обращаю сейчас на предания, которых у меня уже много».