Читать онлайн «Черчилль и древняя тайна «Заговора рептилий»». Страница 72

А какой вы подтекст улавливаете в самом прозвании: бордели Черчилля? – Гордость за Россию или за Британию?! Или…

И если экономически страны-союзницы худо-бедно помогали Советскому Союзу с 1941 года, то второй фронт, как известно, был открыт с опозданием в два года. Только 6 июня 1944-го с высадки англо-американских войск в Нормандии (Северная Франция) и американских войск в южной Франции 15 августа началась победная операция стран-союзников, закончившаяся разгромом нацистской Германии.

О секретных планах Британии в тяжелые для советской страны годы среди прочих свидетелей вспоминал и «зубр» разведки П. Судоплатов: «Когда в 1943 году, уже после Сталинграда, крах агрессоров стал очевиден, англосаксонский истеблишмент серьезно задумался над тем, как бы «переформатировать» нацистский режим и полностью перенаправить его на войну с Россией. В августе 1943 года, с подачи Черчилля Англия и США разработали план «Рэнкин». Он предусматривал сговор с Германией. Не гитлеровской, конечно, Гитлера планировалось свергнуть – прежде всего, руками военных. После чего новое руководство должно было «распустить» Западный фронт и оказать поддержку союзникам при высадке в Нормандию. Далее предполагалось «быстрое продвижение союзников через Францию, Германию, выход на линию, где они удерживают советские войска. Под контроль США и Англии попадают Варшава, Прага, Будапешт, Бухарест, София, Вена, Белград… При этом немецкие войска на западе не просто сдаются, а организованно двигаются на восток для укрепления там немецкой линии обороны. Есть документы, никуда от них не уйдешь. Данный план так и не реализовали – и потому только лишь, что был ранен «лис пустыни», генерал Эрин Роммель, которому отводилась одна из важных ролей».

По окончании Второй мировой британский премьер Черчилль не успокоился, а стал подталкивать мир к новой войне. Через считаные дни после капитуляции Германии в мае 1945 года Черчилль ошеломил членов Комитета начальников штабов, осведомившись, в состоянии ли англо-американские войска перейти в наступление и оттеснить русских. Он поручил специалистам по планированию военных операций подумать над способами, позволяющими «навязать России волю Соединенных Штатов и Британской империи».

В пылу своей ненависти к «русским варварам» (это чувство Черчилль пронес через всю свою жизнь) британский премьер-министр к концу Второй мировой войны вновь считал главным врагом Советский Союз – обескровленный в затянувшейся битве с германским фашизмом. Более того, указывают историки, Черчилль пытался вместе с американцами заключить сепаратное – без участия СССР – перемирие с Германией. Реализация этого предложенного Черчиллем плана могла бы привести к войне между Англией, США и СССР. Черчилль, прекрасно отдавая себе в этом отчет, все же дал указание своим военным советникам подготовить план такой войны – под странным для плана названием «Немыслимое». То ли он таким образом делал реверанс перед вождем СССР, будучи уверенным, что о подготовке подобного плана обязательно станет известно Сталину, коего Черчилль панически боялся. То ли он просто «заигрался» в лидера, желавшего опередить по мощи того же Иосифа Виссарионовича.

Весной и в начале лета 1945 года существовала реальная опасность, что между победителями может вспыхнуть война. И причиной тому – неуемная энергия одного из ведущих деятелей коалиции, а именно – Уинстона Черчилля.

Черчилль признавался: «Еще до того, как кончилась война, и в то время, когда немцы сдавались сотнями тысяч, а наши улицы были заполнены ликующими толпами, я направил Бернарду Лоу Монтгомери телеграмму, предписывая тщательно собирать и складывать германское оружие, чтобы его легко можно было снова раздать германским солдатам, с которыми нам пришлось бы сотрудничать, если бы советское наступление продолжалось».

Виконт Монтгомери Аламейнский (1887–1976) – британский фельдмаршал (с 1944), был главнокомандующим сухопутными войсками союзников в Европе.

Вот и газета «The Daily Mail» в 2010 году разместила статью (вернее, отрывок из книги Макса Гастингса «Звездный час: Черчилль как лидер воюющей страны»), открывая прежде неизвестное историкам:

«Им было предложено исходить из того, что британское и американское общественное мнение полностью поддержит такие действия и что союзники смогут «рассчитывать на использование людских ресурсов и сохранившихся промышленных мощностей Германии». Другими словами, предполагалось мобилизовать побежденную Германию для войны на стороне Запада. Была озвучена даже ориентировочная дата будущего наступления – 1 июля 1945 г. <…>

И действительно, на Потсдамской конференции, получив конфиденциальную информацию об успешном испытании атомной бомбы в США, премьер-министр еще больше преисполнился решимости «приструнить» Сталина. Обращаясь к сэру Алану, он прорычал, упрямо выставив подбородок: «Можно будет сказать им: если вы настаиваете на том-то и том-то, мы в ответ в состоянии стереть с географической карты Москву, затем Сталинград, затем Киев и так далее».

…план операции, получившей название «Немыслимое», разрабатывался в строжайшей тайне. <…> Впрочем, для всех, кроме Кремля, черчиллевский план оставался государственной тайной более полувека, пока в 1998 г. Национальный архив не рассекретил связанные с ним документы. <…>

Военные приготовления к конфликту с Советским Союзом стали одним из важнейших элементов «холодной войны». И Черчилль благодаря своей уникальной дальновидности осознал неизбежность не только Второй мировой, но и этого нового конфликта». Такими словами автор заканчивает газетный материал. Хотя, на наш взгляд, следовало бы написать: Черчилль не только осознал «неизбежность», а именно развязал «холодную войну».

Из дневника председателя Комитета начальников штабов Алана Брука: «Конечно, вся эта идея (план «Немыслимое». – Авт.) – чистая фантазия, и шансов на успех у нас нет. Несомненно, что отныне Россия в Европе поистине всесильна… Такое ощущение, что Уинстон жаждет новой войны!»

Конечно, толстый Уинни хотел бы положить Россию на лопатки, и с удовольствием сделал бы это чужими руками, – если бы немцы так не устали за эту длинную войну и если бы он сам так панически не боялся товарища Сталина.

Вспоминая упоминаемый прежде в тексте книги материал «Операция Голгофа», приведу короткое замечание его автора разведчика Любимова: «Сталин – это еще один парадокс истории: сын алкоголика-сапожника, недоучившийся семинарист, а потом политик высочайшего класса, диктатор и интриган, перед которым и Макиавелли, и Черчилль, боявшийся его как огня, и тем более дилетант Рузвельт – просто обыкновенные дети, несмотря на их оксфорды и гарварды. Человек с огромным геополитическим чутьем». Кратко и четко, словно донесение в центр… но главное – истинно… А ведь в становлении этого титана (или тирана) британские спецслужбы и британские деньги сыграли свою значительную роль. Можно привести такой штришок: в 1898 году молодой Джугашвили (Сталин) вступил в группу «Месоме-даси» – первую грузинскую социал-демократическую организацию, которая была организована при участии сотрудников английских спецслужб и хорошо финансировалась.