Читать онлайн «Черчилль и древняя тайна «Заговора рептилий»». Страница 71

Выйдя из автомобиля, первый министр тотчас спускается в подземное помещение. Там в подвале исторического дома для него устроена комната – не то кабинет, не то спальня – с письменным столом, с телефонами, с пишущими машинами и с кроватью. Он раздевается и ложится в кровать, где принимается за работу: читает полученные за ночь телеграммы, выдержки из газет, затем диктует разные предписания, ответы на запросы, резолюции по докладам. В кровати же он завтракает – «an enormous breakfast» – говорит близкий к нему человек. В 11 часов утра он снова одевается и поднимается наверх в ту комнату, которая в нормальное время служит рабочим кабинетом для первых министров.

Ему предписано врачами оставаться возможно больше в лежачем положении. Этот человек, который может считаться чудом энергии и силы воли, физически слаб и непрочен. У него пошаливает сердце и не в слишком хорошем состоянии легкие. <…>

После завтрака премьер спит около часа, затем возвращается в кабинет и принимает посетителей. Затем, если необходимо, отправляется в парламент или к королю. Обедает он в своей частной квартире во втором этаже. Я видел дом на Даунинг-стрит только снаружи, но мне попадались фотографии главных салонов дома (в нем всего 68 комнат). Они убраны превосходно: портреты работы Рейнолдса и Гейнсборо, старая дорогая мебель, гобелены. <…> Вечером, после обеда, в связи с наступлением часа ночных воздушных налетов, Черчилль опять спускается в подвальную комнату и там работает всегда до полуночи, а иногда до трех часов ночи. На письменном столе у него стоят три телефона разных цветов. За работой он напевает единственную песенку, которую знает: «Run, rabbit, run!» – это если Черчилль в хорошем настроении духа.

В хорошем настроении духа он бывает гораздо чаще, чем в дурном. Все знающие его люди говорят об его веселом оптимистическом характере».

А вот еще одно показательное описание, характеризующее британского премьер-министра. Правда, взят этот пример не из вышеупомянутого очерка.

4 августа 1942 года Уинстон Черчилль прилетает в Каир. Обстановка напряженная: войска Роммеля подошли к Эль-Аламейну, что всего в 130 километрах от столицы Египта. На повестке дня у британского премьера два вопроса: смена военного командования в Северной Африке и поднятие боевого духа солдат. Тогда вместо генерала Клода Окинлека командующим 8-й армией был назначен генерал Бернард Монтгомери. После посещения позиций восьмой армии, которую лично инспектировал Черчилль, полковник Питер Данфи предложил премьер-министру:

– Сэр, не желаете чашечку чаю?

На что тот пренебрежительно ответил:

– Молодой человек, я еще давно взял за правило – никогда не пить безалкогольные напитки между приемами пищи. Так что лучше налейте мне большой бокал виски с содовой.

Впрочем, известно, что кроме виски Черчилль уважал и другие крепкие напитки. Этот великий пьянчужка ежедневно выпивал по бутылке 50-градусного армянского коньяка «Двин», десятилетиями присылаемого ему из СССР от имени товарища Сталина. Как выражается нынешняя молодежь: на халяву… то есть бесплатно.

Не за армянский ли коньяк еще в самом начале войны Германии с СССР британский премьер Черчилль пообещал: «Мы окажем России и русскому народу всю помощь, какую только сможем»? Его тогда поддержал и президент США Ф. Д. Рузвельт. Вскоре к северным берегам СССР потянулись десятки судов с вооружением; первый караван союзников под кодовым названием «Дервиш» прибыл в Архангельск 31 июля 1941 года.

По ленд-лизу в СССР поступали оружие, вооружение, продукты, техника и медикаменты из США, Канады, Великобритании. К примеру, на протяжении войны английские конвои доставили 5312 танков, 7411 самолетов, 4932 противотанковых орудия, 14 тральщиков, 9 торпедных катеров и 4 подводные лодки, а также 4000 радиостанций, 55 000 км телефонного кабеля, 1800 комплектов радиолокационного оборудования и др. Технику после разгрузки нужно было собрать, проверить и обучить работе на ней русских специалистов. На что требовались усилия многих солдат и офицеров из числа союзников. Так что не удивительно, что закрытые советские северные города в годы войны были буквально наводнены иностранцами.

Однако помощь Советскому Союзу по ленд-лизу со стороны США и Великобритании отнюдь не была бескорыстной! – в этом скрывался очередной гешефт власть предержащих. Во-первых, страны-союзники получили гарантию своей безопасности и выиграли время для подготовки своих вооруженных сил к решающим битвам 1943–1945 гг. Во-вторых, то, что признал министр торговли США Дж. Джонс, отметивший: «Поставками из СССР мы не только возвращали свои деньги, но и извлекали прибыль, что было далеко не частым случаем в торговых отношениях, регулируемых нашими государственными органами».

Правильно в народе говорят: кому – война, а кому – мать родна.

Американский историк Дж. Херринг писал о ленд-лизе: «Это был акт расчетливого эгоизма, и американцы всегда ясно представляли себе выгоды, которые они могут из него извлечь». В общем, часто описываемый в исторической литературе (особенно зарубежной) как акт безвозмездной помощи ленд-лиз на самом деле был очень доходным делом для западных промышленников.

В 1943-м в Архангельске была открыта Британская военно-морская миссия; в Архангельске, Молотовске (ныне Северодвинск) и Мурманске работали интерклубы (клубы интернациональной дружбы), где показывали фильмы, концерты, организовывали танцы под проигрыватель или даже оркестр. Позже интерклубы получили емкое и злое название «бордели Черчилля». В Интернете обнаруживается информация о желании известного режиссера Алексея Учителя снять по сценарию Рогожкина фильм под названием «Дом Черчилля». Вот как этот сюжет фильма представил режиссер: «История такова: Вторая мировая война. Согласно договоренности между СССР и союзниками в Мурманске, Архангельске и Северодвинске были организованы публичные дома, которые официально именовались Домами дружбы, а местные жители называли их «борделями имени Черчилля» – большинство посетителей были английскими и американскими моряками. После войны всех женщин, работавших в этих Домах, погрузили на баржи, вывезли в открытое море и потопили».

Страшная история о наивных комсомолках и разведчицах, о предательстве и любви – к Родине, к мужчине… Не удивительно, что в начатой в прессе дискуссии о роли интерклубов времен войны оставшиеся в живых свидетельницы яростно протестуют против и такого наименования, и такого развития событий. Да и фильм, похоже, вряд ли будет снят в ближайшие годы. Но никуда не денешься от правды: что было, то было. Более подробно о подобных «домах» и судьбах их посетительниц смотри книгу О. Грейгъ «Революция полов» (М., 2008 г.).