Читать онлайн «Война на море. Внимание рейдеры!». Страница 94

За исключением нескольких уже упоминавшихся залпов из 105-миллиметровых орудий, а также нескольких залпов из 203-миллиметровых, произведенных, когда „Бервик“ был скрыт полосой тумана, противник практически не вел огня по „Бонавенчеру“.

„Бонавенчер“ прекратил огонь в 8 часов 36 минут, дабы не расходовать боезапас впустую, и, вследствие ухудшения видимости, визуальный контакт с противником был утерян в 9 часов 26 минут. „Бервику“ и „Бонавенчер“ приказали присоединиться к конвою. После этого „Бонавенчер“ пошел в кильватере „Бервика“, выполняя этот приказ».

За время быстротечного, но довольно ожесточенного боя «Хиппер» вел огонь с такой же интенсивностью, что и английские крейсеры. Однако в условиях плохой видимости немецким комендорам удалось добиться лишь одного попадания, выведя из строя одну из башен «Бервика», весь расчет которой — семь морских пехотинцев — погиб. Немецкий же крейсер, несмотря на огромное количество выпущенных по нему снарядов, не получил никаких серьезных повреждений. Но все же обстоятельства складывались явно не в его пользу, и Мейзель решил, что будет разумнее отступить. В дневнике он записал:

«Я принял решение отказаться от продолжения операции и возвращаться в Брест на максимальной скорости, прежде чем меры, предпринятые противником в связи с нашей атакой на конвой, возымеют действие. Если бы я продолжил плавание, то пришлось бы вновь пополнять корабельные запасы топлива самое позднее на следующий день, чтобы крейсер мог осуществлять и далее свои цели. Это являлось самой важной задачей на тот момент. Я чувствовал, что корабль и его экипаж уже почти исчерпали свои возможности».

Пользуясь плохой видимостью, Мейзель лег на обратный курс, и, как только британские корабли потеряли его из виду, направил крейсер в сторону Бреста. Такое решение оказалось весьма прозорливым, поскольку после получения Адмиралтейством известий о нападении на конвой WS 5A от праздничного рождественского настроения там и следа не осталось. Крейсер «Наяда», уже находившийся к тому времени в 420 милях к северу от конвоя, получил приказ вернуться, тяжелый крейсер «Кения» отправили в южном направлении для защиты двух других конвоев в этом районе океана. Линейным крейсерам «Рипалс» и «Нигерия» также было приказано выйти в море. На тот случай, если бы «Хиппер» попытался прорваться в Германию через Датский пролив, корабли флота метрополии были отправлены для патрулирования северных вод. Если же Мейзель решил бы направиться в один из французских атлантических портов, что казалось более вероятным, его могли бы обнаружить английские самолеты, получившие приказ вести интенсивное патрулирование неба над Бискайским заливом.

Несколько часов спустя после боя с кораблями эскорта, находясь в 450 милях от острова Уэсан и двигаясь вперед сквозь пелену дождя на скорости 30 узлов, «Хиппер» повстречал еще одно судно, что вполне устраивало Мейзеля. Это был английский пароход «Джумна» водоизмещением 6078 тонн, принадлежавший компании «Наурс Лайн». Судном командовал капитан Н. Р. Берджес.

Пароход направлялся из Ливерпуля в Калькутту с самым обычным грузом, командой из 64 человек и 44 пассажирами. Последние были матросами-индийцами, возвращавшимися домой после того, как их судно было потоплено. «Джумна» являлась флагманским кораблем конвоя OB 260, который разбросало штормом несколькими часами ранее. На его борту находился командир конвоя контр-адмирал Мальтби со всем своим штабом. Мальтби, за семь недель до того командовавший злосчастным конвоем НХ 84, который подвергся атаке «Адмирала Шеера», должен был покинуть борт «Джумны» во время ее стоянки во Фритауне по пути к мысу Доброй Надежды. Затем он вернулся бы в Англию уже в качестве командира конвоя, идущего в северном направлении.

После обнаружения «Джумны» Мейзель приказал просигналить британскому пароходу: «Встречали ли вы по пути какой-нибудь немецкий рейдер?», а затем: «Какой это корабль?».

Упоминание о немецком рейдере являлось намеренной попыткой заставить британского капитана думать, что он повстречал английский военный корабль. Впрочем, уловка не сработала. Хотя Берджес и передал в ответ название своего судна, сразу же после этого он развернул транспорт и предпринял попытку уйти от «Хиппера».

Радисты «Хиппера», следившие за частотой, по которой передавались в эфир экстренные сообщения, внимательно вслушивались в передаваемый «Джумной» сигнал о помощи — позиция транспорта не указывалась. В сообщении говорилось следующее: «Подозрительный корабль. Вероятно, рейдер». Этого оказалось достаточным для Мейзеля, чтобы принять решение с учетом пережитой прошедшим утром неудачи. Немецкий капитан не собирался рисковать и далее. Он приказал артиллеристам открыть огонь, и находившийся совсем рядом беспомощный транспорт вскоре был охвачен огнем и остановился. Две торпеды, посланные в цель с довольно близкого расстояния, отправили его на дно.

Через пять минут после того, как «Джумна» исчезла в волнах, «Хиппер» вновь устремился вперед со скоростью 30 узлов. В своем донесении Мейзель отметил, что он не предпринял попыток спасения экипажа затонувшего парохода, поскольку был уверен, что посланный с него призыв о помощи наверняка приняли другие британские корабли. Поэтому он стремился уйти из опасного района как можно скорее. Дальновидное решение, но явно негуманное. Как позднее выяснилось, ни один союзный корабль и ни одна береговая станция не приняли сигнал SOS обреченного судна. Не было найдено ни одного обломка корпуса, не подобрано ни одного спасшегося, не нашли даже ни одного тела, по которому можно было бы установить место гибели транспорта. «Джумна» затонула, унеся с собой на дно 111 человек — свою команду, контр-адмирала Мальтби с его штабом и 44 индийцев, которые пережили гибель своего корабля лишь для того, чтобы погибнуть на борту другого несколькими неделями позже. Некоторое время спустя после того, как «Джумна» не прибыла во Фритаун в установленное время, ее объявили пропавшей, понимая, что судно скорее всего затонуло.

Атака, предпринятая «Адмиралом Хиппером» против конвоя WS 5A, при более зрелом размышлении кажется проведенной без особого воодушевления. Мейзель имел огромное преимущество: в праздничный рождественский день мысли моряков конвоя не были полностью сосредоточены на ревностном выполнении своих служебных обязанностей. Видимость была отвратительной, к тому же немецкий крейсер незамеченным следовал за конвоем всю ночь. В довершение ко всему он значительно превосходил по боевой мощи любой из кораблей британского эскорта. Если бы Мейзель проявил больше решимости и настойчивости, он мог бы нанести огромный ущерб флотилии транспортов, а это, в свою очередь, имело бы катастрофические последствия для английской армии на Среднем Востоке. Встреченный сначала огнем 4-дюймового орудия крохотного корвета, а затем заградительным огнем «Бонавенчер» и «Бервика», капитан-цур-зее Мейзель проявил себя явно не с лучшей стороны. Беспощадное уничтожение беззащитной «Джумны» лишь подтвердило его неспособность командовать крупным кораблем.