Читать онлайн «Медики, изменившие мир». Страница 50

Луи Пастер

1822–1895

Если дела человека, использовавшего предоставленный ему шанс, становятся достоянием истории, это событие нередко сопровождается мифами и легендами, сочиненными благодарным окружением. Так, согласно одной из них, посланник некоего господина явился к химику Луи Пастеру в его лабораторию на улице Ульм в Париже, чтобы передать тому вызов на дуэль за якобы нанесенное вельможе оскорбление. Спокойно выслушав посетителя, Пастер поставил перед ним две колбы из своего арсенала, после чего задумчиво произнес: «Ну что ж, в этом случае я имею право выбрать оружие. В одной из этих колб – возбудитель оспы, в другой – обычная вода. Если тот, кто вас послал, готов выпить одну из этих жидкостей, я выпью вторую». Лицо незваного гостя от возмущения налилось кровью, усы хищно встопорщились. Невнятно проклокотав что-то сквозь зубы, сей же час мужчина выскочил вон. С того дня незадачливого секунданта, как и того, что так жаждал схватки с пожилым, наполовину парализованным ученым, Пастер больше никогда не видел. И слава Богу, ведь склянкам на столе Пастера предстояло спасти не только его собственную жизнь, а значительно больше!

Вклад в медицинскую науку:

• Основоположник микробиологии и иммунологии

• Основоположник вакцинации

• Родоначальник стереохимии

Вклад в развитие медицины:

• Микробиология

• Инфекционные болезни

• Иммунология

• Эпидемиология и санитарная гигиена

• Медицинская химия и фармакология

Ректор Страсбургского университета Лоран был озадачен не на шутку, когда однажды утром получил письмо от адъюнкт-профессора химии Луи Пастера, который не проработал в университете еще и года, а уже прислал приватное послание. Вскрывая его, Лоран предполагал, что в нем наверняка содержится просьба о прибавке жалования или предложение о корректировке учебного плана: такие письма приносили ректору с поразительным постоянством.

Но в этот раз интуиция Лорана подвела. 26-летний профессор просил в письме руки дочери ректора – Мари. Ситуация была бы более или менее понятной, если бы кандидата в женихи связывали с мадемуазель Лоран хоть какие-либо отношения. Но приславший письмо Пастер видел Мари лишь однажды – при официальном визите в дом

ректора. Тем не менее текст письма был, как и полагается в подобных случаях, преисполнен волнения и отражал, судя по всему, искреннее и сильное чувство. Руки Мари добивались многие, и ее отец научился с ходу отличать влюбленность от расчетливости. Луи честно писал, что состоянием он не обладает, однако имеет отменное здоровье и доброе сердце. Над простодушной строчкой «Во мне нет ничего, что могло бы понравиться молодой девушке, но, насколько я припоминаю, все, кто узнавал меня ближе, очень меня любили» Лоран громогласно хохотал до тех пор, пока к нему в кабинет испуганно не заглянула служанка. Тогда, для вида насупив брови, ректор продолжил чтение. В будущем молодой человек видел себя ученым, химиком, если его планам суждено сбыться.

Изучение болезней вина и пива, вызванных маслянокислым брожением, позволило ученому открыть особый вид микробов, которые не нуждались в кислороде, – анаэробов

Предки Луи были из крепостных. Прадед получил вольную за четыре луидора и стал основателем династии кожевников. Луи был первым из Пастеров, кто закончил колледж и Высшую нормальную школу. Взвесив все за и против, ректор Лоран обстоятельно обсудил вопрос замужества с дочерью и, только когда удостоверился в том, что Мари не против стать мадам Пастер, дал свое согласие на брак. К счастью, здесь предчувствие Лорана не обмануло: Луи и Мари обрели семейное счастье на долгие годы.

В Страсбурге Пастер продолжал изучать винные кислоты. К тому времени он уже закончил свою первую научную работу, где описал оптическую активность винной кислоты, полученной при брожении. Сравнивая ее кристаллы с кристаллами кислоты, полученной путем химического синтеза, ученый обнаружил, что по строению они зеркально отражают друг друга. Это открытие позволило Пастеру предположить различие не только в видимой структуре изомеров одного и того же вещества, но и в строении их молекул. Химические свойства и усвояемость организмом вещества, как заметил Пастер, также зависели от того, каким изомером это вещество представлено. Это был первый шаг к рождению стереохимии – науки о пространственном строении молекул, которая позже во многом пересечется с биохимией и фармацевтикой.

В 1873 году Луи Пастера избирают членом Парижской академии.

В 1854 году был создан Лилльский университет, где Пастеру предложили место декана факультета естественных наук. Среди виноделов Северной Франции мгновенно распространился слух о том, что в университете появился крупный специалист по винным кислотам. Интерес к персоне Пастера был обусловлен тем, что многие годы бичом винокурен являлись так называемые болезни вина – порча продуктов виноделия. Одному из промышленников, Биго, удалось-таки в конце 1856 года уговорить Пастера заняться изучением причин порчи свекольного сока, спирт из которого применялся для придания вину крепости. Мари Пастер в те годы в каждом письме своему батюшке сетовала, что мужа почти не видит, ибо тот дни и ночи проводит на спиртовом заводе «по уши в свекольном соке».

В виноделии процесс брожения рассматривался как цепь химических реакций, в котором микроорганизмы, в частности пивные дрожжи, выступали лишь в качестве катализатора. Вооружившись стареньким микроскопом, Пастер обнаружил, что в емкостях с испорченным продуктом содержатся посторонние бактерии и вместо спиртового происходит молочнокислое брожение. В течение нескольких лет им были собраны доказательства того, что для получения при брожении спирта или глицерина, янтарной или молочной кислот необходимо присутствие различных микроорганизмов и, более того, данный процесс является следствием жизнедеятельности этих мельчайших живых существ.

Свои опыты, призванные опровергнуть данные Пуше, Пастер начал с изобретения знаменитого сосуда с длинным, узким и волнообразно изогнутым горлышком – колбы Пастера

С того времени химик Пастер увлекся исследованием микроорганизмов. Изучение болезней вина и пива, вызванных маслянокислым брожением, позволило ученому открыть особый вид микробов, которые не нуждались в кислороде, – анаэробов. Пастер собственноручно оборудовал первую микробиологическую лабораторию, в которой проводил свои исследования. Им было установлено, что чистота эксперимента зависит от чистоты высеваемой культуры. Для этого требовалась, прежде всего, стерильная среда, и ученый применял ее нагревание до 100 градусов по Цельсию и выше. Однако кипячение в ряде случаев губительно сказывалось на свойствах среды.