Читать онлайн «Германская армия на Западном фронте. Воспоминания начальника Генерального штаба. 1939-1945». Страница 35

Конец 1940 года застал Италию, которая чуть более шести месяцев назад вступила в войну, в крайне серьезном положении, и не только в Северной Африке. Кампания против Греции обернулась суровым поражением вместо того, чтобы принести скорый и громкий успех, который ожидала страна. Итальянская армия показала, что она уступает противнику, который считался до сих пор – и, как выяснилось, совершенно напрасно – самым слабым в военном отношении в Европе. Существовала даже опасность того, что Италия будет отброшена и с албанской земли. Флот также не мог похвастаться успехами. Год 1940-й ознаменовался для Италии многими потерями. Для германского союзника Италии стало невозможно оставаться простым наблюдателем, в то время как существовала надежда, что угрожающе бедственное положение можно было предотвратить своевременными действиями. И теперь Германия начала принимать все более весомое участие в проведении войны в Средиземноморье. Доктрина Гитлера – предоставить вести войну итальянцам к югу от Альп – оказалась несостоятельной.

Самой важной задачей было предотвратить любое дальнейшее усугубление ситуации в Северной Африке. Вначале думали только об обороне и намеревались укрепить итальянские силы германским соединением под командованием генерал-майора фон Функа. Ему было приказано оценить ситуацию на месте. Картина, которую нарисовал фон Функ по возвращении, показалась Гитлеру настолько пессимистичной, что он решил, что германскими вспомогательными войсками будет командовать не Функ, а генерал-майор Роммель, который когда-то был комендантом его штаб-квартиры и командовал весьма успешной танковой дивизией во время Французской кампании. В то же время Гитлер принял точку зрения Функа о том, что подкрепления силой в бригаду будет совсем недостаточно для удерживания Триполитании, о других целях в то время речи не шло. Гитлер решил, что германские экспедиционные силы должны состоять из двух дивизий, и, сделав это, он заложил основание Африканского корпуса, который позднее стал таким знаменитым. Вдобавок 10-й авиационный корпус также был переведен в область Средиземного моря. В то же время стало необходимо оставить военные приготовления, которые начались осенью 1940 года захватом Гибралтара, нужно было беречь силы в свете неизбежной Восточной кампании.

В феврале 1941 года генерал Роммель, командующий германским Африканским корпусом, теперь уже генерал-лейтенант, отправился на новый театр военных действий, который принес ему столько почета и сделал его имя всемирно известным. Но этот театр также поставил перед ним самую трудную задачу в его жизни. Существовали разные мнения и в Триполи. Итальянское Верховное командование вооруженных сил в Северной Африке под командованием генерала Гарибольди мыслило лишь категориями обороны, что едва ли удивительно, учитывая, что остатки собственно итальянских сил были не в состоянии наступать. Между тем Роммель по мыслям и действиям представлял собой нового «Маршала Вперед» и считал, что чистая оборона – например, позиции Эль-Агейлы – может привести лишь к затягиванию болезни без малейшей надежды на длительное выздоровление. Следовательно, он потребовал скорейшего начала наступления, с целью продвинуться как можно дальше, прежде чем англичане смогли бы консолидироваться на своей территории. Ему возражал Гарибольди, которому в будущем пришлось немало пострадать из-за стремительности, порывистости Роммеля. Для начала Роммель устранился от командования итальянской группой армий, для чего лично нанес визит на фронт, чтобы оглядеться, а затем – и в этом он был настроен решительно – действовать тем способом, которого, по его мнению, требовала ситуация. По возвращении он приложил все усилия к тому, чтобы ускорить разгрузку своих войск, которая началась 11 февраля. Разгрузка в порту Триполи тянулась все солнечные дни февраля 1941 года не только днем, несмотря на опасность воздушной атаки, но и ночью, при свете прожекторов. Риск был оправдан. К концу марта два артиллерийских батальона, один танковый полк и два противотанковых подразделения вступили на африканскую землю. Три полные артиллерийские батареи и одно соединение ПВО также были там. Всего в целом половина дивизии и части вновь прибывшей итальянской дивизии. Роммель кипел от нетерпения и излучал энергию. Он направил легкие силы на юг в Феццан, чтобы произвести разведку в сторону к французской Сахаре. Если офицеры и солдаты надеялись хотя бы на короткое время погрузиться в тайны востока среди аллей и аркад ливийской столицы, то они были разочарованы. Очень скоро войска услышали приказ: «На Агейлу».

Воздушная и наземная разведки доказали справедливость догадки Роммеля. Британские силы широким фронтом ушли в глубину и после длительного продвижения вперед стали особенно уязвимы. Однако на них работал каждый день, а против оси – наоборот. Требовались быстрые действия, и Роммель предпринял их, осушив кубок победы до дна.

Германо-итальянский фронт в Северной Африке, 1941–1942 гг.

К 31 марта все было готово, пробная разведка проводилась за неделю до этого. Британская позиция на соляных переходах между Марадой и Мерса-эль-Брега должна быть захвачена – и к вечеру позиция оказалась в руках Роммеля, который приказал немедленно продолжать движение вперед. Ведущие соединения больше не встречали сопротивления перед Аджедабией, что в восьми километрах от позиции, и движение продолжалось несколькими колоннами. В ночь на 4 апреля германский патруль ворвался в Бенгази и оккупировал город. Теперь в плане Роммеля было отрезать Киренаику. Это было громадным риском, потому что войска сначала должны были пройти триста километров по безводной и бездорожной пустыне, ориентируясь по компасу. Вдобавок разыгралась песчаная буря, из-за чего было мучительно больно дышать, а ориентироваться невозможно. Через несколько часов уже нельзя было думать о компактных колоннах. На фронте возникли беспорядок и разбросанность. Бесчисленные машины заблудились, полевые кухни оказались на фронте, танки в тылу, а потом – наоборот. И все же продвижение осуществлялось вперед благодаря железной воле Роммеля. Облетая пустыню на «Шторьхе», он видел, что все продолжают движение. Когда кампания остановилась без видимой причины, с самолета упала записка, адресованная командующему флотом: «Если вы сейчас же не тронетесь, я спущусь вниз. Роммель».

Роммель прибыл в Эль-Мехили во главе семи танков, четырех мобильных орудий, полевых кухонь, грузовиков и беспроводных машин. Пустынный плацдарм сдался. Шесть генералов и 2000 солдат попали в руки германцев. План Роммеля удался; опасаясь оказаться отрезанными, британцы были вынуждены покинуть Киренаику. Характерно для этой земли, самой красивой и плодородной в Ливии, что из-за огромного выступа на север ее невозможно защищать от врага, наступающего с запада или с востока. Атакующий всегда может прорваться через пустыню и таким маневром обойти защитников. Через несколько часов после падения Эль-Мехили немцы добрались до Дерны и заняли ее улицы и аэродром. Но даже здесь Роммель не приказал остановиться. Ни предупреждения Гарибольди, ни дефицит топлива для машин не могли остановить Роммеля. Буквально на последней капле бензина он дотащился до Бардии 9 апреля, германцы одолели маленькую крепость и на следующий день пересекли ливийско-египетскую границу у Саллума.