Читать онлайн «Германская армия на Западном фронте. Воспоминания начальника Генерального штаба. 1939-1945». Страница 34

В сентябре 1940 года силы, расположенные в Ливии под командованием маршала Грациани, пошли в наступление на Египет всего восемью пехотными дивизиями. Танковую дивизию, переоснащенную для службы в условиях тропиков, которую предложило германское Верховное командование, Муссолини отверг. Он считал, что может достичь своих целей без поддержки немцев. Доказательства того, что предложение немцев было нелишним, не заставили себя долго ждать.

Средиземноморские базы и пути снабжения

На границе Грациани столкнулся лишь со слабыми британскими аванпостами. Разгромив их, он двинулся на Сиди-Баррани. И там остановился, растянувшись по прибрежной дороге от Саллума до Сиди-Баррани. Вместо того чтобы продвигаться вперед, принялся выжидать. Фундаментальная причина такой нерешительности, возможно, заключалась в плохом оснащении его войск, которые главным образом состояли из туземцев. 9 декабря 1940 года разразилась гроза, и этот природный катаклизм способствовал почти полному уничтожению его армии. Одно поражение следовало за другим с захватывающей дух скоростью. Четыре дивизии были уничтожены сразу, другие четыре окружены в Бардии вскоре за этим, и таким образом от всей Киренаики остались только две пехотные дивизии. Саллум пал 16 декабря, а Бардия вскоре после этого. Ворота Тобрука, самой сильной крепости Ливии, были раскрыты для победителей 21 января 1941 года. Через неделю 7-я британская танковая дивизия, «Пустынные крысы», репутация которой достигла фантастических размеров во время Африканской кампании, вошла в Дерну, а оттуда в Киренаику. Английские передовые части пересекли пустыню по дороге Мехили-Саллух и таким образом отрезали отступление оставшихся итальянских сил. Бенгази пал 6 февраля. Итальянские подразделения собрались на позициях у Мерса-эль-Брега в Сирте. Был план укрепить Триполи и там устроить последний плацдарм обороны империи на земле Северной Африки. Итальянское командование вряд ли особенно долго сомневалось, сколько дней смогут продержаться четыре пехотные дивизии, которые имеются в Триполитании, и сколько они смогут простоять на этой единственно большой территории, остававшейся у них. После потери практически всей территории и более 130 000 человек военнопленными предсказать исход кампании было нетрудно. Плохое оснащение итальянцев немало способствовало этому полнейшему разгрому. Не только туземные войска не имели современного оружия, когда им пришлось без всякой надежды на успех лицом к лицу столкнуться с танками у Сиди-Баррани. Но чисто итальянские дивизии не были моторизованными, за исключением артиллерийских, и не могли соревноваться в пустыне с оснащенным современным оружием противником.

Будет несправедливо считать итальянского солдата плохим воином из-за того, что он плохо проявил себя во Второй мировой войне. Истинные причины этого лежат гораздо глубже, и некоторые из них не грех вытащить на свет. Ни вооруженные силы, ни народ не видели перед собой вдохновляющей военной цели. Да и на родине солдат не находил моральной поддержки. Он не был готов психологически и не имел оснащения для войны с европейским противником, вооруженным всеми видами оружия, которые могла предоставить современная техника. Вот почему он сражался гораздо хуже, чем во время Первой мировой войны. Танки итальянской армии были оснащены особенно плохо, с неважной броней, боевой мощью и способностью перемещаться по грубой почве[26].

Противотанковые орудия, качество, калибр и дальность итальянской артиллерии, включая орудия ПВО, также были низкого качества. Значительная часть оружия была захвачена после развала Австро-Венгрии осенью 1918 года, и максимальная дальность стрельбы пушек составляла всего лишь около восьми километров, в то время как современные британские батареи могли стрелять на расстояние от пятнадцати до двадцати километров. В оборудовании и технике связи также прогресс был незначительный. Только офицеры обучались искусству дешифрования. К тому же итальянские радиостанции не были способны работать во время движения. Оснащенность войск машинами была низкой, поэтому невозможно было перевозить на них достаточное количество боеприпасов и снаряжения. Полевые кухни отсутствовали, а рацион солдат, в отличие от рациона офицеров, был ничтожным и состоял из утреннего кофе с черствым хлебом и едой в полдень. Офицеры часто жили собственной жизнью, в своем мире и почти не контактировали с солдатами. В целом старшие по званию офицеры были хорошо образованы и хладнокровны, однако им не хватало инструментов для работы. Способности младших офицеров были менее удовлетворительны. Итальянские военно-воздушные силы также не дотягивали до того уровня, на который их возвел хвастливый Муссолини. Почти все самолеты были устаревшими. Даже в конце 1941 года истребители бипланы шли в бой с предельной скоростью не более двухсот семидесяти километров в час. Единственные современные машины – торпедоносцы и истребители «Макки 202», которые, впрочем, начали применять лишь во второй половине 1943 года. По сравнению с ВВС флот был довольно большим, но для того, чтобы корабли могли развивать большую скорость, их конструировали с тонкой броней. К тому же ни одна команда не обладала достаточной практикой ведения ночного морского боя, что наиболее характерно для современной войны на море. Между тем отдельные воины из всех этих трех родов войск проявляли настоящую доблесть, и это особенно справедливо в отношении экипажей моторных лодок-торпед и других легких соединений флота. Выполняя функции конвоя в Северную Африку, эти суда буквально приносили себя в жертву. Армия также несла суровые и кровавые потери. Только в 1942 году в Африке были убиты три генерала.

Германские военачальники не могли не знать о слабости итальянских сил, знали они и о примитивном их оснащении и обучении. Более того, они понимали, что итальянская промышленность не могла обеспечить потребности вооруженных сил в затянувшейся войне. С другой стороны, Гитлер был убежден, что фашизм сделал итальянского солдата способным к необыкновенным достижениям. Когда в 1938 году он наткнулся на меморандум, циркулировавший в Генеральном штабе армии, в котором высказывались серьезные сомнения относительно военной мощи Италии, он пришел в такую ярость из-за радикальной оппозиции его собственным взглядам, что приказал изъять этот рапорт и уничтожить его.

Конец 1940 года застал Италию, которая чуть более шести месяцев назад вступила в войну, в крайне серьезном положении, и не только в Северной Африке. Кампания против Греции обернулась суровым поражением вместо того, чтобы принести скорый и громкий успех, который ожидала страна. Итальянская армия показала, что она уступает противнику, который считался до сих пор – и, как выяснилось, совершенно напрасно – самым слабым в военном отношении в Европе. Существовала даже опасность того, что Италия будет отброшена и с албанской земли. Флот также не мог похвастаться успехами. Год 1940-й ознаменовался для Италии многими потерями. Для германского союзника Италии стало невозможно оставаться простым наблюдателем, в то время как существовала надежда, что угрожающе бедственное положение можно было предотвратить своевременными действиями. И теперь Германия начала принимать все более весомое участие в проведении войны в Средиземноморье. Доктрина Гитлера – предоставить вести войну итальянцам к югу от Альп – оказалась несостоятельной.