Читать онлайн «Без грифа «Секретно». Записки военного прокурора». Страница 93

Политрук Сериков в своем дневнике рассказывает о следующих чудовищных преступлениях немецко-фашистских захватчиков:

«24 мая 1942 г. грудь мою что-то так сжало, что дышать нечем. Человечество всего земного шара, люди всяких национальностей! Видели ли вы такую зверскую расправу, какой владеют германские фашисты? Нет! Я заявляю ответственно, история нигде не рассказывает нам об этих извергах. Они дошли до крайности. Они начали давить людей газами. Нет, не в силах описать эту картину! Пусть вам расскажут толстые каменные стены катакомб, они были свидетелями этой ужасной сцены. Мир земной Родина! Мы не забудем зверств людоедства. Живы будем, отомстим за жизнь удушенных врагами. Смерть грозила всем, и она была так близка, что ее чувствовал каждый. Чу! Слышится песнь Интернационала. Я поспешил туда. Перед моими глазами стояли четыре молодых лейтенанта. Обнявшись, они в последний раз пропели пролетарский гимн. Умирали сотни людей за Родину. Изверг, гитлеровская мразь, посмотри на умирающих детишек, матерей, бойцов, командиров! Они не просят у вас пощады, не станут на колени перед бандитами, издевавшимися над мирными людьми».

О мучительной смерти множества патриотов от гитлеровских захватчиков кроме дневника Серикова повествует и записка Чебененко Степана Титовича, найденная при раскопках братских могил, вложенная в партбилет, обнаруженная в кармане сгнившей гимнастерки, находящейся на скелете. В записке говорится:

«К большевикам и ко всем народам СССР. Я не большой важности человек. Я только коммунист-большевик и гражданин СССР. И если я умер, так пусть помнят и никого не забывают наши дети, братья, сестры и родные, что эта смерть была борьбой за коммунизм, за дело рабочих и крестьян, за дело партии Ленина. Война жестока и еще не кончилась. А все-таки мы победим».

Чебаненко и подобные ему пламенные патриоты социалистической Родины, которые не стали на колени перед гитлеровскими поработителями, стали жертвами разгула гитлеровского режима и его бандитской армии на Керченском полуострове, которые не отказались против фактически «арестованных» людей, загнанных в катакомбы, применить с целью их истребления отравляющие газы.

О количестве погибших от злодейских немецких рук в катакомбах можно судить по следующим доказательствам:

1. Раскопками обнаружено пять братских могил, имеющихся внутри катакомб, количество похороненных определено комиссией в 3000 человек.

2. Допрошенная по настоящему делу гр-ка Белименко 3. С. показала, что количество военнослужащих и граждан, находящихся в катакомбах, как она слышала об этом от своих'знакомых, исчислялось от 4 до 5 тысяч человек.

3. Приобщенный к настоящему делу журнал учета командного состава, который не является полным, но в оставшейся части зарегистрировано более 500 командиров, по званию не ниже младшего лейтенанта, тоже дает возможность судить о правильности показаний свидетельницы гр-ки Белименко.

Кроме перечисленных выше неслыханных чудовищных преступлений, фашистская немецкая армия грабителей и бандитов, проведя свою линию, данную им верховным главнокомандованием немецкой армии, когда-то зажиточное село Аджим-Ушкай, где до вторжения немцев проживало не менее 3 тысяч жителей, совершенно разрушила, и в настоящее время, пройдя по этому селу, лишь можно догадаться, что когда-то здесь существовали жилые дома и другие здания, от которых остались развалины фундаментов, отдельные дымоходные трубы…

Колоссальное капитальное здание Аджим-Ушкайской церкви до той степени разрушено и изуродовано, что его можно различить лишь по общему очертанию, если долго присматриваться с расстояния. В селении Аджим-Ушкай в настоящее время никто не проживает, так как негде жить, и жители оккупационными армиями угнаны в немецкое рабство.

Исходя из вышеизложенного, является установленным, что всю полноту ответственности за массовые убийства-умерщвления советских людей отравляющими газами, находящихся в Аджим-Ушкайских каменоломнях в количестве не менее 5 тысяч человек, за полное разграбление и уничтожение селения Аджим-Ушкай и угон советских граждан в немецкое рабство, несут руководители разбойничьего фашистского правительства Германии и верховное командование германской армии, а также командиры войсковых соединений и частей, принимавших непосредственное участие в операциях на Керченском полуострове и являющихся участниками перечисленных выше зверств, а именно:

командир 132-й немецкой пехотной дивизии генерал-майор Линдеманн; командиры полков, входящих в состав этой дивизии: 42-го пехотного полка подполковник Кегигсбергер; 72-го пехотного полка полковник Штоут; 97-го пехотного полка полковник фон Блехейн.

Все эти разбойники подлежат уголовной ответственности за преступления, совершенные ими в отношении советских граждан на советской территории, в соответствии с уголовным законодательством Союза Советских Социалистических Республик.

Исходя из вышеизложенного и руководствуясь указаниями Прокурора Союза ССР и Главного военного прокурора Красной Армии «О порядке установления и расследования злодеяний немецко-фашистских захватчиков и их сообщников»,

Постановил:

Следственное дело № 4-44 г. представить военному прокурору Отдельной Приморской армии для направления в краевую комиссию по расследованию злодеяний немецко-фашистских захватчиков и их сообщников.

Военный следователь ВП В/Ч 69751 капитан юстиции Киквадзе С. М.»

Так Сергей Сергеевич Смирнов стал первым обладателем убедительного свидетельства о беспримерном мужестве и героизме советских воинов и тяжких преступлениях фашистского военного командования. Он первый и обнародовал это, хотя прошло с тех пор более десяти лет… Вышла повесть С. С. Смирнова об этих событиях — первое документальное свидетельство о героизме и мужестве многих советских офицеров и солдат, женщин и детей, оказавшихся в течение длительного времени в исключительно тяжелейших условиях в каменоломнях, лишенные света, с ограниченным запасом воды и продовольствия, но с огромным неисчерпаемым запасом духовных сил и непреклонной волей «достойно умереть, но не сдаться врагу…»

Вслед за Смирновым о трагедии Аджим-Ушкая написали очерки и рассказы другие авторы. Но в основе всех этих публикаций лежали доказательства, зафиксированные фронтовым военным следователем капитаном юстиции Киквадзе Семеном Макаровичем.

Прочитав его постановление, С. С. Смирнов спросил:

— А какова судьба этих злодеев-генералов? Неужели живы?.. Гуляют на свободе?

— Трудно сказать. Всякое может быть… Направим эти материалы через МИД правительству ФРГ.