Читать онлайн «Без грифа «Секретно». Записки военного прокурора». Страница 92

— Итак, Борис Алексеевич, нельзя ли найти и этого следователя и его материалы? — Я ответил Сергею Сергеевичу, что постараемся… ^

Найти военного следователя, грузина, в тех войсках, которые освобождали Керчь от фашистов, было несложно.

Нам стало известно, что таким военным следователем был Семен Макарович Киквадзе, по окончанию войны он демобилизовался и уехал в родную Грузию. Но розыски оказались безуспешными…

Один из наших товарищей, военный следователь, высказал такую мысль: «А не мог ли фронтовой следователь до окончания войны заниматься расследованием в отношении фашистов, виновных в злодеяниях?»

И тогда мы вспомнили: «Не только мог, но и обязан» Восстановили в памяти, как и почему возникла такая обязанность для органов военной прокуратуры…

В первые месяцы начала второй мировой войны девять союзных государств антигитлеровской коалиции приняли декларацию, в которой было провозглашено, что одна из основных целей войны — наказание тех, кто виновен и ответствен за военные преступления. Сталин тогда заявил: «Пусть знают палачи, что им не уйти от ответственности и не миновать карающей руки замученных народов». Примерно такое же заявление сделал и Рузвельт…

Сведения об этих злодеяниях стали поступать с самого начала войны. В нотах Наркомата иностранных дел СССР Советское правительство предупреждало гитлеровских главарей об их строгой ответственности. В 1942 году Советским правительством была образована Чрезвычайная государственная комиссия по установлению и расследованию злодеяний немецко-фашистских захватчиков[195]. Чрезвычайная комиссия, комиссия на местах совместно с органами прокуратуры и внутренних дел, общественностью проводили работу по выявлению фашистских преступлений.

Стоя на позиции недопустимости самосуда над палачами и карателями, исходя из приверженности к закону, Советское государство определило законодательный порядок их наказания через военные трибуналы, не допуская в то же время в отношении этих тяжких преступников снисхождения и оставления из безнаказанными и по окончанию войны…

В этих целях 19 апреля 1943 г. Президиум Верховного Совета СССР принял Указ «Об ответственности фашистских преступников за чинимые ими злодеяния на оккупированной территории СССР». В соответствии с этим Указом лица из числа войск фашистских захватчиков, уличенные в злодеяниях (убийствах и других видах массового уничтожения или жестоких издевательствах) над советскими гражданами, подлежат осуждению… Во исполнении этого Указа по линии военной юстиции были даны соответствующие директивные указания. Нам, военным прокурорам и военным следователям, действующим на фронте или в прифронтовой местности, было вменено в обязанность в установленном процессуальном порядке собирать доказательства и свидетельства об этих преступлениях, устанавливать конкретных лиц из числа фашистского командования, ответственных за эти злодеяния. По материалам, собранным военными следователями, были преданы суду еще до окончания войны и сразу же после нее ряд генералов и офицеров германской армии, полиции и жандармерии, захваченные нашими войсками в плен. Такие процессы состоялись в Киеве, Минске, Риге, Ленинграде, Смоленске, Брянске, Великих Луках и др. Палачи и каратели были повешены. Справедливое возмездие началось…

Поиски в архивах успешно закончились. Были найдены уникальные документы. Приведу полный текст одного из них:

«ПОСТАНОВЛЕНИЕ

26 февраля 1944 г. с. Аджим-Ушкай Крымской АССР

Военный следователь военной прокуратуры войскового соединения 69751 капитан юстиции Киквадзе С. М., рассмотрев следственное дело № 4-44 г. «О злодеяниях немецко-фашистских захватчиков на территории селения Аджим-Ушкай близ г. Керчи Крымской АССР в период ее временной оккупации»,

Нашел:

Части Красной Армии, занявшие плацдарм на Керченском полуострове и овладевшие вместе с другими поселками селением Аджим-Ушкай и районом Каменоломен, что в двух километрах северо-восточнее от г. Керчи, обнаружили в каменоломнях скелеты человеческих трупов, сгнившее военное обмундирование, гражданское платье и другие предметы в большом количестве, заявили об этом военным властям, и это положение явилось исходной точкой для расследования.

Специальной комиссией были тщательно осмотрены Аджим-Ушкайские каменоломни и этим осмотром и последующими раскопками внутри штолен была обнаружена подлинная картина неслыханных зверских действий немецко-фашистских захватчиков и их сообщников по отношению к военнослужащим Красной Армии и мирному гражданскому населению, которые в мае месяце 1942 года после оккупации немецкими войсками Керченского полуострова укрылись в указанных каменоломнях (катакомбах).

Озверелые немецкие войска, окружившие район каменоломен, держали все выходы под сильным обстрелом и применяли всякие зверские методы мучения людей, чтобы заставить их выйти из укрытий и сдаться в плен на их «милость». Как показывают свидетели, допрошенные по настоящему делу, а также записки, найденные при осмотре и раскопках, первым долгом немцы запретили этим людям возможность получения воды, с этой целью они забросали находящийся поблизости единственный колодец камнями и землей. Ввиду того, что в отчаянных поисках воды обреченным на гибель людям удалось в стенах катакомб каплями набирать ее и отстаивать свое существование, довольствуясь несколькими каплями в день, немцы решили взорвать катакомбы. Они произвели в нескольких местах взрывные работы, от силы которых обваливались целые участки катакомб, под которыми погибло большое количество людей. Удостоверившись в том, что взрывать катакомбы ввиду их огромных размеров требует затраты колоссального количества взрывчатых веществ, большого времени и труда, немецкие изверги решили легче расправиться с этим народом, железную волю которых им никакими способами не удалось сломать.

Способом умерщвления немцы избрали отравляющие вещества — газы. Перед применением газов немецкие изверги закрыли все выходы и малые отверстия из катакомб, и 24 мая 1942 г. первый раз пустили отравляющие газы в них.

Применение отравляющих веществ — газов подтверждается как свидетельскими показаниями, так и записью в дневнике политрука роты 2-го батальона 83-й бригады морской пехоты Серикова Александра, а также запиской Чебаненко Степана Титовича, найденной при раскопках пяти братских могил, обнаруженных в Аджим-Ушкайских каменоломнях…

Политрук Сериков в своем дневнике рассказывает о следующих чудовищных преступлениях немецко-фашистских захватчиков: