Читать онлайн «Время великих реформ». Страница 122

Кибальчич прибыл в С.-Петербург в декабре 1879 года и проживал под именем Агаческулова сперва по Забалканскому проспекту в доме № 10-й, в Серанинской гостинице, после – по Подольской улице, дом № 11-й, с неизвестною женщиною, называвшеюся его женою, где у него в квартире помещалась и тайная типография, по Невскому проспекту дом № 124 и, наконец, в конце января 1881 года, под именем аккерманского мещанина Николая Ланского, по Лиговке в доме № 83, в квартире № 2.

Перовская, под именем вдовы землемера Лидии Антоновой Войновой, с осени 1879 года проживала, Петербургской части, 1-го участка, на углу Большой и Малой Белозерских улиц, д. № 32—4, вместе с женщиною, называвшеюся дочерью священника Ольгою Сипович (еще неразысканною), а в июне 1880 года переехала в № 17–18 по 1-й роте Измайловского полка, где с октября того же года, по отъезде Сипович, поселился и Желябов, под именем брата Войновой, Николая Слатвинского.

Независимо от этого обнаружены и особые квартиры, долженствовавшие служить общим целям сообщества, называемые подсудимыми «конспиративными», по Большой Подьяческой улице, д. № 37, где изготовлялся динамит, в чем непосредственное участие принимал Кибальчич; по Троицкому переулку д. № 27/1, кв. № 25, где до 17 февраля 1881 года проживал неизвестный человек, называвшийся московским мещанином Андреем Николаевым, с женою Елисаветою Андреевою, оказавшеюся Гельфман, и по Тележной улице, дом № 5, кв. № 5, где по переезде из Троицкого переулка проживала та же Гельфман, вместе с осужденным в государственном преступлении Саблиным, под именем супругов Фесенко-Навроцких.

Новое посягательство на священную особу государя императора Александра Николаевича злоумышленники решили осуществить посредством мины под Малой Садовой и метательных взрывчатых снарядов. Желябов, умыслив это злодеяние, согласил на совершение оного Рысакова, Михайлова, лицо, называемое «Михаилом Ивановичем», и других, и распоряжался приготовительными их к этому злодеянию действиями.

Другие злоумышленники, между ними и Желябов, принимавший непосредственное участие в земляных работах, устроили мину; Кибальчич занялся изготовлением метательных снарядов; Перовская образовала постоянное наблюдение за выездами государя, в чем принимали участие Рысаков, «Михаил Иванович» и другие лица.

Помянутые лица сходились для совещаний о приготовлениях к злодеянию 1 марта преимущественно в квартире в Тележной улице, предназначенной исключительно для подготовлений к цареубийству, хозяевами которой были Гельфман и Саблин, под именем жены и мужа Фесенко-Навроцких. Эту квартиру посещали Желябов, Рысаков, Перовская, называвшийся «Михаилом Ивановичем», Михайлов и Кибальчич, который, по принесенным им образцам, объяснял устройство метательных снарядов.

28 февраля Рысаков, Кибальчич, Михайлов и «Михаил Иванович» ходили за город в пустынное место пробовать образец снаряда. Хотя Желябов и был арестован 27 февраля, тем не менее, участники задуманного злодеяния, в числе их Рысаков, помянутый «Михаил Иванович» и Михайлов, собрались согласно состоявшемуся уговору 1 марта в 9 часов утра, на квартире в Тележной улице, куда вскоре прибыли Перовская и Кибальчич, принесшие каждый по два метательных снаряда, изготовленных последним в ночь на 1 марта.

Перовская начертила на конверте план местности, обозначив на нем пункты для каждого из участников, и дала все указания для совершения злодеяния. Указания эти состояли в следующем: при проезде государя в Михайловский манеж, по Малой Садовой, должен был произойти взрыв мины; но на случай неудачного взрыва, на обоих концах Малой Садовой должны были находиться лица, вооруженные метательными снарядами, которыми и были снабжены: Рысаков, прозывавшийся «Михаилом Ивановичем» и двое других лиц.

Если же государь не последует по Малой Садовой, то метальщикам, по условленному с Перовской сигналу, следовало идти на Екатерининский канал и там ждать возвращения государя в Зимний дворец после обычного посещения им Михайловского дворца. Когда же оказалось, что его величество, не проехав по Малой Садовой, и таким образом благополучно миновав устроенный на ней подкоп с миной, направился из манежа в Михайловский дворец, Перовская, находившаяся все время вблизи для наблюдений за направлением пути государя, подала на Михайловской улице лицам, имевшим снаряды, условный знак, указывавший, что они должны были идти для действия на Екатерининский канал, где и произошло то роковое событие, которое оплакивает ныне русский народ.

Рысаков, как упомянуто выше, был схвачен на месте злодеяния. Прозывавшийся Михаилом Ивановичем (он же Котик и Ельников) умер от ран, полученных при взрыве брошенного им второго снаряда. Желябов задержан был еще 27 февраля. В квартире, где проживал Желябов под именем Слатвинского вместе с женщиною, именовавшею себя Лидиею Войновою, был произведен обыск, при котором, кроме разных принадлежностей химических опытов, могущих служить и для приготовления взрывчатых веществ, были найдены, между прочим, четыре жестянки с остатками черного вещества, а также две каучуковые красные трубки.

По заключению экспертов, означенное вещество оказалось черным динамитом, а каучуковые трубки подобны тем, которые были употреблены при устройстве метательных взрывчатых снарядов. Женщина же, проживавшая вместе с Желябовым под именем Войновой и скрывшаяся из вышеуказанной квартиры на другой же день его ареста, 28 февраля вечером, была задержана лишь 10 марта и оказалась дворянкою Софьей Львовой Перовской. По обыску у нее были, между прочим, найдены печатные прокламации по поводу злодеяния 1 марта.

Вследствие сведений, полученных при производстве расследования по настоящему делу, о том, что по Тележной улице, в доме № 5, находится квартира, в которой собирались злоумышленники и производились приготовления к злодеянию 1-го марта, в означенной квартире № 5 сделан был в ночь на 3 марта внезапный обыск.

При объявлении должностными лицами, явившимися на обыск, о их прибытии лицу, спросившему их о том чрез запертую наружную дверь квартиры, в этой последней послышалось несколько выстрелов, и затем женщина отперла дверь, чрез которую должностные лица и проникли в квартиру. В первой комнате они нашли лежащим на полу, окровавленным, только что, по-видимому, застрелившегося человека. Не выходя из бессознательного состояния, неизвестный вскоре умер.

По осмотру домовой книги оказалось, что он проживал в квартире № 5 вместе с упомянутою, задержанною в ней женщиною под именем супругов Фесенко-Навроцких, по подложному паспорту. Застрелившийся мужчина был дворянин Николай Алексеев Саблин, а женщина оказалась мозырской мещанкой Гесей Мировой Гельфман.