Читать онлайн «Дивизия СС «Рейх». История Второй танковой дивизии войск СС. 1939-1945 гг.». Страница 78

Но еще до того, как гренадеры СС успели приступить к выполнению задания, стало ясно, что из задуманной операции ничего не выйдет. Штукине прибыли к назначенному сроку. По прошествии часа разгневанный Гудериан приказал мотоциклетному батальону захватить мост и перейти на другой берег безо всякой авиационной поддержки (хотя мотоциклисты в этой поддержке, конечно, нуждались). Но приказ есть приказ. И, невзирая на то, что мост был, вероятнее всего, заминирован, и советские саперы, засевшие на противоположном берегу только и ждали, когда немцы окажутся на мосту, чтобы взорвать его "к чертям собачьим", мотоциклисты на предельной скорости промчались на мосту на другой берег.

Засевшие на том берегу красноармейцы, не ожидавшие от немцев ничего подобного, были захвачены этой стремительной атакой мотоциклистов СС врасплох. Пулеметчики, сидевшие в мотоциклетных колясках, поливали красноармейцев горячим свинцом, а водители мотоциклов на максимальной скорости проломили неприятельские баррикады на другом конце моста. После уничтожения мотоциклистами СС советского гарнизона, саперы вермахта последовали за этим передовым отрядом и разминировали мост, уже готовый взлететь на воздух.

Впрочем, мотоциклисты недолго радовались одержанной победе. Они внезапно подверглись неприятельской атаке со стороны, откуда ее никак не ожидали. В то время, как гренадёры СС, в соответствии с полученной задачей, создавали плацдарм на другом берегу Десны, и спокойно окапывались, на поле боя — с большим опозданием! — прибыли двадцать семь пикирующих бомбардировщиков "люфтваффе". Приняв мотоциклистов за красноармейцев, экипажи штук, не долго думая, сбросили все свои бомбы на плацдарм. В результате этого авианалета мотоциклисты СС потеряли десять человек убитыми и тридцать ранеными. К тому же штуки нанесли значительные повреждения железнодорожному мосту, ради захвата которого целым и невредимым мотоциклисты "зелёных СС" взяли на себя поистине безумный риск! Но на войне и не такое бывает…

Хотя многие гренадеры СС дивизии Рейх были возмущены поистине преступной халатностью "люфтваффе" и потерями, понесенными от своих же, они понимали, что лучше забыть этот трагический инцидент и продолжать тянуть солдатскую лямку. Тем временем основные силы дивизии подтянулись в район моста и, после присоединения к ним уцелевших после бомбежки бойцов мотоциклетного батальона, продолжили продвижение в южном направлении. К середине сентября авангард дивизии вышел к реке Удай. Когда передовые части дивизии СС приблизились к мостам через реку, засевшие на противоположном берегу советские войска взорвали эти мосты, оказавшиеся заминированными. Несмотря на эту неудачу, пехотным полкам дивизии удалось переправиться через реку и атаковать неприятельские силы на другом берегу.

Опасаясь окружения и уничтожения своих армий, командование советских войск, занявших оборону на южном берегу Удая, отдало приказ держаться до последнего. Красноармейцы ожесточенно сопротивлялись, нанося немцам тяжелые потери. Однако, невзирая на их яростное сопротивление, дивизия отбросила части Красной армии и закрепилась на обоих берегах реки, включая города Борзну и Прилуки. Добившись поставленных целей, дивизия Рейх блестяще выполнила свою задачу в рамках операции по окружению Киева и удостоилась особого благодарственного письма от генерал-фельдмаршала Федора фон Бока. Выполнив свою миссию, гренадеры СС заняли позицию в оконечности Киевского "котла", помогая все туже стягивать кольцо германского окружения вокруг Киевского района.

К этому времени дивизиям Красной армии, оказавшемся в Киевском "котле", не оставалось ничего другого, кроме отчаянного сопротивления с надеждой вырваться из окружения. Они непрерывно атаковали немцев по периметру "котла", но всякий раз оказывались отброшенными и загнанными обратно в "котел", неся при этом колоссальные потери. В районе древнего города Путивля (со стен которого во время оно раздавался "плач Ярославны", воспетый в "Слове о полку Игореве"), пулеметчикам дивизии Рейх пришлось отбивать атаку курсантов Харьковской военной академии. С пением "Интернационала"(все еще являвшегося даже осенью 1941 года государственным гимном Советского Союза!), совсем как их отцы в годы гражданской войны, курсанты двинулись цепями на врага. Вскоре все курсанты полегли под градом пуль, беспощадно выкосившим их ряды. Лишь один единственный советский курсант выжил после этой самоубийственной атаки.

В том же самом месяце, но несколько позднее, уцелевшие красноармейцы, окруженные в Киевском "котле", сложили, наконец, оружие. В общей сложности Красная армия потеряла в ходе битвы за Киев более одного миллиона убитыми, ранеными, пропавшими без вести и взятыми в плен. К концу операции военная машина "Третьего Рейх а" полностью уничтожила пять и разгромила еще две советские армии. Овладев Киевом, немцы получили в свои руки превосходный плацдарм для захвата других стратегически важных районов — в первую очередь, Кавказа с грозненской и Бакинской нефтью, и Донбасса, с его углем и высокоразвитыми индустриальными районами.

После уничтожения Киевского "котла", гренадеры дивизии Рейх получили время на отдых. Отдыхали они, впрочем, недолго — с 24 сентября по 2 октября 1941 года. За это время дивизия смогла пополнить свои ряды, сильно поредевшие в боях с начала операции "Барбаросса". С момента начала вторжения один только полк Дойчланд потерял убитыми, ранеными и пропавшими без вести более тысяч и пятисот человек. Потери, понесенные за это время полком Дер Фюрер и другими частями, входившими в состав дивизии Рейх, были ничуть не меньше. В ожидании предстоявшего им неизвестного числа месяцев (о том, что война продлится еще несколько лет, да еще и окончится поражением Германии, тогда никто еще всерьез не думал!) наступательных и оборонительных операций, эти формирования готовы были принять в свои ряды всех, кто бы ни пожелал в них вступить, наплевав на все расовые критерии "черного иезуита" Гиммлера и иже с ним. Кстати, именно к Рейх сфюреру СС Генриху Гиммлеру отношение в рядах Ваффен СС было достаточно ироничным (его не называли — за глаза, конечно! — иначе как "Рейх сгейни").

Одним из этих новобранцев, направленных на пополнение рядов дивизии Рейх, был Вальтер Шминке, описывавший позднее свои впервые впечатления о фронтовой жизни в рядах мотоциклетного батальона в следующих выражениях: "Атмосфера в моей новой части была просто превосходной. Не скажу, что она была совсем не армейской, но заметно отличалась от того, чего я вдоволь нахлебался в учебном батальоне вермахта — я имею в виду строевую подготовку и т. д.". После захода солнца его научили батальонной песне "Небриты мы и далеко от дома", которую гренадеры распевали, сидя в окопах на берегу Волги. "После того как мы, все 36 человек, хором спели нашу песню, то вдруг услышали аплодисменты, доносившиеся с другого берега Волги. Это русские нам хлопали, понимаете! Потом они спели свою песню, а мы им тоже похлопали. Раньше я думал, что на войне такого не бывает".