Читать онлайн «14-я танковая дивизия. 1940-1945». Страница 107

Можно поставить под сомнение, имело ли смысл доводить эту информацию именно до воинских частей, сражавшихся в Курляндии. Ведь в этих частях было очень много уроженцев Восточной Пруссии, и они наверняка охотнее сражались бы на границах своей родины, чем здесь. И в других воинских частях наблюдались проявления скепсиса и сомнений, однако для того, чтобы успокоить личный состав, всякий раз использовались избитые приемы. И хотя уже давно мало кто верил в постоянно повторяемую сказку о скором применении нового, еще неизвестного «чудо-оружия», но, с другой стороны, невозможно было себе представить, что все совершенное до сих пор оказалось напрасным. Поэтому просочившиеся вплоть до командиров рот слухи о запланированной эвакуации войск из Курлянлии упали на благодатную почву и послужили поводом для самых смелых предположений и спекуляций. О том, что, очевидно, и командование группы армий «Курляндия» не потеряло окончательно надежду на эвакуацию, свидетельствовало и оборудование многочисленных позиций в тылу, которые могли служить только одной цели: поэтапному отводу войск в порты Либау (Лиепая) и Виндау (Вентспилс). Тот, у кого были хорошие связи в вышестоящих главных штабах, даже смог узнать, что сначала водным путем будет отправлена 18-я армия, в то время как 16-й армии предназначалась роль арьергарда. Казалось, что отправка в январе 1945 года 4-й танковой дивизии и нескольких пехотных дивизий и приказ 14-й танковой дивизии предоставить грузовики для предусмотрительного вывоза лишнего военного оборудования, лишь подтверждали предположение о том, что речь шла только о выигрыше времени, пока военно-морской флот не будет в состоянии забрать и остальные войска. Уже по одной только этой причине нужно было стремиться к тому, чтобы удержать нынешние позиции на всем их протяжении. Поскольку только при обладании достаточной свободой маневра можно было в любой момент обеспечить планомерный и упорядоченный отход дивизий.

Так что и в последние дни декабря 1944 года, ив первой половине января 1945 года в 14-й танковой дивизии все оставалось по-старому. Прибывало пополнение и распределялось по воинским частям. Продолжалась боевая и стрелковая подготовка личного состава. Дивизия получила большое количество военного снаряжения из запасов эвакуированной 4-й танковой дивизии и несколько отремонтированных танков и бронетранспортеров, которые оставила дивизия «Гроссдойчланд». Удалось улучшить оснащение гренадеров ручными противотанковыми гранатометами и штурмовыми винтовками МП-43. Было получено большое количество ракетниц вместе с пригодными для ближнего боя 20-мм фугасными гранатами и насадками для выстреливания ручными гранатами — лимонками. Наконец, в качестве дополнения к зимнему обмундированию поступила большая партия валенок, маскировочных комбинезонов и меховых шапок.

Из-за продолжительных снегопадов пришлось привлекать к работе большую часть личного состава боевых групп. Надо было очищать от снежных заносов важнейшие дороги и позиции, утеплять блиндажи и укрытия, не забывая о гидроизоляции от талых вод. Из-за нехватки горючего приходилось, как и прежде, сохранять транспортные колонны на гужевой тяге и использовать для грузовых перевозок только автотранспорт с дизельными двигателями. По этой же причине для преодоления протяженных участков пути командиры, адъютанты и офицеры для поручений, а также связные и работники тыловых служб пользовались лошадьми. Частенько можно было наблюдать, как при неожиданных атаках советских штурмовиков какой-нибудь смелый всадник спешил скрыться в подлеске, перепрыгивая через большие снежные сугробы и ломая ветви густого кустарника. Иногда вскоре у блиндажей с громким радостным ржанием появлялись взнузданные и оседланные лошади, которых хозяева забирали только с наступлением темноты.

Во время отдыха постоянно проводились разведывательные операции, целью которых был главным образом район недавних боевых действий между Преекульном и Шрунденом. Тыловая служба штаба следила за содержанием дорог в исправном состоянии. Наряду с этим необходимо было подвергнуть тщательной проверке условия боевого использования бронетанковых частей в юго-западном выступе Курляндского фронта, на берегах реки Барты. При этом выяснилось, что для применения танков подходила только относительно открытая местность вокруг городка Кестери. Да и то только в том случае, когда в основном заболоченная почва основательно промерзнет. Однако раскинувшиеся вокруг густые и только местами проходимые заболоченные леса суживали свободное пространство так сильно, что в направлении восток — запад оставался зазор шириной всего лишь от 3 до 4 километров, а в продольном направлении по оси север — юг этот зазор составлял не более двух километров. Поэтому командование группы армий «Курляндия», которое и приказало провести эту разведку, решило отказаться от своего намерения атакой 14-й танковой дивизии выровнять занятый противником выступ фронта, простиравшийся от Гедерти до Кестери. Для проведения этой операции больше подходили пехотные части.

10 января 276-й зенитно-артиллерийский дивизион вернулся из своего прежнего района боевого использования в Шрундене снова в дивизию и в рамках единой системы противовоздушной обороны занял позицию на рубеже Крузатдрога — Маздрогас — Калвене. В том же районе дислоцировался и артиллерийский полк, чтобы при русских атаках иметь возможность участвовать в ведении заградительного огня. Однако за исключением отдельных воздушных налетов и ставшего уже привычным беспокоящего огня вражеской артиллерии вплоть до 20 января на фронте было спокойно.

Тем временем на фронте от Восточной Пруссии до Барановского плацдарма противник перешел в генеральное наступление. Были все основания предполагать, что он отдаст приказ наступать и своим Прибалтийским фронтам. Даже если русское командование и не ожидало многого от этого наступления, то, по крайней мере, это не позволило бы снять немецкие дивизии с фронта в Курляндии и перебросить их в другие места. И действительно, в эти дни в штабы армий и в штаб группы армий «Курляндия» поступало все больше донесений о замеченном передвижении войск и подготовке к наступлению противной стороны. Это позволяло сделать вывод, что неприятель преодолел временную слабость и теперь занимал исходные позиции, располагая как никогда мощными силами. И хотя ему пришлось передать на другие фронты некоторые соединения, в том числе и части 5-й гвардейской танковой армии, но зато он получил большое число свежих дивизий. Так, например, только 18 января на железнодорожной станции в Вайнёде было выгружено около двухсот новеньких американских танков «Шерман». Свою и без того многочисленную артиллерию неприятель смог усилить несколькими новыми артиллерийскими полками. Кроме того, появились как минимум две свежие гвардейские минометные бригады, которые до сих пор не были замечены на Курляндском фронте.