Читать онлайн «14-я танковая дивизия. 1940-1945». Страница 105

Рота танков Pz. IV, действовавшая до сих пор в составе 225-й пехотной дивизии, снова вернулась в свой танковый полк. К 10 декабря после возвращения поврежденных бронемашин из ремонта и поступления новой техники 36-й танковый полк имел в своем распоряжении 10 исправных бронемашин типа Pz. IV и 21 танк типа Pz. V «Пантера», а также 13 штурмовых орудий. Кроме того, у него еще имелись командирские машины: три танка Pz. III и шесть танков Pz. V. В ремонте до сих пор находились: один танк Pz. IV, три штурмовых орудия и 20 танков Pz. V Следовательно, до оснащения танкового полка по штатному расписанию военного времени не хватало 69 танков — то есть полноценного танкового батальона.

Поэтому после разговора с начальником штаба группы армий «Север» генерал-майором фон Натцмером и генерал-майором Томале, который как раз в это время находился в Курляндии, майор Заувант отправился в командировку в рейх в соответствующие командные инстанции, чтобы организовать новое формирование 2-го батальона. Личный состав, предназначенный для укомплектования истребительно-противотанкового батальона, который тоже еще предстояло заново сформировать, уже 1 декабря был отправлен по морю из Либау.

И на этот раз главной нашей заботой было доукомплектование гренадерских полков. Майор Заувант получил задание изложить командованию запасных воинских частей желания и требования дивизии, которые прежде всего касались отбора и подготовки затребованных офицеров, унтер-офицеров и рядовых. Однако прежде чем его усилия могли дать ощутимые результаты, приходилось обходиться старыми испытанными мерами пополнения боевых частей. Для доукомплектования полковых групп и одного боеспособного батальона в каждом полку у дивизии в общем-то хватало имевшегося в ее распоряжении личного состава и вооружения. Для формирования двух других батальонов имелся только командный костяк, который при поступлении пополнения должен был быстро сформировать отдельные роты, а затем уже довести численность батальонов до штатной.

Значительную часть времени занимала боевая подготовка личного состава дивизии, рассчитанная на три недели. Наряду с этим приходилось строить новые блиндажи, укрытия для автомобилей и противоосколочные щели, а также приводить в порядок дороги, заплывшие грязью или занесенные снегом. Целыми днями команды землекопов занимались сооружением оборонительных позиций у железнодорожной линии и у населенных пунктов. Кроме того, проводились дальние разведывательные поиски и формировались истребительные команды для борьбы с партизанами и для зачистки глубокого тыла от проникших туда разведывательных групп и других вражеских сил.

11 декабря пришлось на короткое время прервать проведение всех этих мероприятий. Многочисленные потери из-за налетов вражеской авиации и беспокоящего огня советской артиллерии побудили командование армии рассредоточить районы дислокации всех воинских соединений, в том числе и доукомплектованных тем временем позиционных дивизий, и отвести резервы дальше на север.

14-я танковая дивизия получила приказ передислоцировать свои боевые части в район севернее железнодорожной ветки Маздрогас — Калвене — Рудбаржи, а все тыловые службы и ремонтные мастерские перевезти в район Газенпот (Айзпуте) — Казданга и в деревни, расположенные у шоссе, ведущего на Гробин (Гробиня).

Снова началось строительство блиндажей, оборудование позиций и дорожные работы, так как в предписанном районе расквартирования было слишком мало хуторов и деревень, к тому же большая часть из них уже была занята тыловыми службами чужих воинских частей. Кроме того, лес лучше всего укрывал наши многочисленные транспортные средства и боевую технику от любопытных фотокамер русских самолетов-разведчиков.

Наряду с различными перемещениями и изменениями в войсках тем временем произошли и перестановки в командном составе дивизии. Как уже упоминалось, полковник фон Узедом принял командование 108-м панцер-гренадерским полком, а полковник Пальм возглавил 103-й панцер-гренадерский полк. Первым офицером Генерального штаба стал майор фон Бомгард. Преемником майора Залендера на должности командира 4-го танкового батальона связи стал капитан Нокельман. Во время отсутствия командира танкового полка майора Зауванта полк и одновременно его 1-й батальон возглавил капитан Нойендорф, а капитан Вольлебен принял командование 2-м батальоном. Майор Молинари поступил в резерв командного состава Главного командования сухопутных войск.

В конце концов после всех этих перестановок повсюду можно было видеть столько новых лиц, что невольно возникало ощущение, что ты попал в чужую воинскую часть. Но к этому надо было бы уже давно привыкнуть. Очевидно, частая смена командного состава было единственным, что оставалось постоянным в течение всей войны. Но это не имело решающего значения, как, вероятно, ожидалось в высших командных инстанциях. И хотя в штабах и полках дивизии можно было встретить немногих офицеров, унтер-офицеров и рядовых, переживших новое формирование дивизии в 1943 году, или даже служивших еще в той старой 14-й дивизии», однако ее дух, свойственные ей высокая боеготовность и чувство сплоченности сохранились до сих пор и очень быстро передались молодым бойцам, только что прибывшим из запасного батальона.

В середине декабря отдых и боевую подготовку дивизии пришлось еще раз прервать, когда соединения 2-й гвардейской и 4-й ударной армий противника, наступая по обе стороны от Венты, попытались прорваться к городу Шрунден. И хотя занимавшие там оборону дивизии сумели отбить атаку противника на позиции южнее города Ленас, однако они не смогли помешать тому, что неприятель смог закрепиться восточнее в заболоченных лесах между населенными пунктами Зурцисес и Авоте. Воодушевленный этим успехом противник расширил зону своих операций дальше на запад, но здесь, прежде всего в районе южнее Йевениеки, натолкнулся на такое ожесточенное сопротивление, что вынужден был прервать атаку и подождать, пока к нему не присоединятся соединения, дислоцированные в районе Вайнёде.

И на немецкой стороне по тревоге были подняты резервы, однако они пока не вводились в действие. 14-я танковая дивизия оставалась в районе своего прежнего расквартирования. И только зенитно-артиллерийский дивизион был подтянут ближе к линии фронта. Он сосредоточился на шоссе у поселка Казданга и отправился маршем через Валтайки — Грензукрогс в Шрунден, чтобы взять на себя противовоздушную оборону железнодорожного вокзала и мостов через Венту.

21 декабря началось новое наступление на фронт 18-й армии. Но ни предварительная артиллерийская подготовка, ни последовавшие за ней атаки танковых и пехотных соединений противника не достигли той мощи, которой они обладали во время 1-го и 2-го Курляндских сражений. И участок фронта, на котором теперь развернулись бои, оказался гораздо уже. В общем и целом создалось впечатление, что неприятель до сих пор смог компенсировать только незначительную часть понесенных потерь и что поэтому теперь он сосредоточил свои главные силы на направлении главного удара и был вынужден на других участках фронта отказаться от обычных в таких случаях беспокоящих атак и атак с целью сковать противника. Поэтому, достигнув незначительных первоначальных успехов, русские нигде не смогли развить их. К тому же в ходе контратак местных резервов вскоре и эти успехи были поставлены под сомнение.