Читать онлайн «Сэлинджер». Страница 152

Шейн Салерно: Пол Фицджеральд был одним из «четырех мушкетеров», служившим с Сэлинджером в контрразведывательном подразделении Четвертой дивизии во время войны. Сэлинджер и Фицджеральд были вместе со дня высадки в Нормандии до вступления в лагерь Кауферинг-IV. Они поддерживали крепкие и теплые дружеские отношения до самой смерти Сэлинджера в 2010 году и часто переписывались. Выдержки из писем Сэлинджера Фицджеральду, приводимые в этой книге, никогда прежде не публиковались.

Дж. Д. Сэлинджер (выдержка из письма Полу Фицджеральду, 27 июля 1990 года):

На меня сильнейшее впечатление произвела легкость, с которой ты вспоминаешь имена всех людей, служивших в отделении контрразведки, имена погибших и всех, с кем мы вместе служили… Очень рад тому, что ты здоров и счастлив, Пол. Продолжай в том же духе. Да, порой приходится прилагать к этому усилия, но ты с этим в любом случае справляешься[606].

Шейн Салерно: В сентябре 1991 года, во время путешествия по стране на машине, Фицджеральд неожиданно заехал домой к Сэлинджеру в Корниш, Нью-Гэмпшир.

Сэлинджер и Пол Фицджеральд в Корнише, 26 сентября 1991 года

Пол Фицджеральд (запись в дневнике за 26 сентября 1991 года):

Виндзор, Вермонт/Корниш, Нью-Гэмпшир: Городок Корниш лежит сразу за рекой Делавэр. Инструкции о том, как добраться до дома Сэлинджера, оказались точными. Жилище Сэлинджера находится на вершине заросшего лесом крутого холма. Когда Сэлинджер подошел к дверям, он выглядел настороженным. Он всмотрелся в лицо лысого человека, изменившегося за 46 лет. Я узнал его, хотя выглядел он заметно ослабевшим: с возрастом и от безмятежной райской жизни его глаза выцвели. Он тепло приветствовал меня. Он принимал сына и невестку. Пригласил в дом. Мы приехали как раз к обеду[607].

Пол Фицджеральд (запись в дневнике за 27 сентября 1991 года):

В 3.15 приехал по приглашению «на холм» к Сэлинджеру. Говорили о былом. Он очень теплый человек. Очень понравился Дениз [жене Фицджеральда]. Из его владений (а у него 300 акров земли) открывается величественный вид. В 5 уехали от Сэлинджера.

Агентство Associated Press: Сегодня утром в доме Дж. Д. Сэлинджера произошел пожар, причинивший значительный ущерб. Пострадавших нет. По словам главы пожарной дружины Майка Монетты, о пожаре сообщила Коллин О’Нил, жена мистера Сэлинджера. Монетта не сообщил, находился ли живущий отшельником писатель в доме во время пожара или нет. Причины пожара и размеры ущерба пока не установлены[608].

Дэвид Шилдс: Впервые общественность узнала о третьей жене Сэлинджера в 1992 году. Коллин О’Нил, учащаяся школы медсестер, работала у кого-то домохозяйкой и в 80-х годах вышла замуж. Она познакомилась с Сэлинджером, вступила с ним в переписку и ушла к нему от мужа.

Пол Александер: Коллин руководила ежегодными городскими ярмарками в Корнише.

Бернейс Фитч Джонсон: Обычно Джерри приезжал и гулял с нею по ярмарке. Коллин приходилось повторять ему сказанное другими людьми, так как он был совершенно глухим[609].

Уильям Г. Хоунан: Даже пожар, уничтоживший, по меньшей мере, половину его дома во вторник, не выкурил затворника Дж. Д. Сэлинджера, автора ставшим классическим романа «Над пропастью во ржи», из его убежища. Мистер Сэлинджер пользуется почти такой же известностью за то, что возвел неприкосновенность своей частной жизни в ранг искусства своего рода.

Во вторник, когда третья жена Сэлинджера Коллин сообщила добровольной пожарной дружине о пожаре в их доме, тщательно охраняемое уединение писателя было поставлено под угрозу. Через несколько минут полыхающий дом был окружен пожарными машинами и машинами «Скорой помощи» из Корниша и городов Плейнфилд, Меридиен и Клэрмонт в Нью-Гэмпшире и двух городков штата Вермонт, Виндзор и Вест-Виндзор.

Майк Монетта, глава пожарной команды города Корниш, сообщил, что примерно через час распространение огня было остановлено. Монетта сказал, что пострадавших нет, но «пожар причинил очень большой ущерб». Ни Монетта, ни кто-либо другой не могли сказать, уничтожил ли пожар какие-то неопубликованные рукописи Сэлинджера.

Во второй половине дня во вторник мистер Сэлинджер, которому уже 73 года, бегал по своим владениям, скрываясь от репортера и фотографа, которые прибыли узнать, как он переносит несчастье.

Когда его впервые выследили, тощий и седой Сэлинджер находился вне дома и разговаривал с женой и местным строительным подрядчиком. При приближении посторонних мистер Сэлинджер как бурундук юркнул в свое обугленное убежище. Подрядчик преградил дорогу репортеру и взмолился: «Поймите, пожалуйста, что это человек, который действительно серьезно озабочен неприкосновенностью своей личной жизни».

Тем временем жена мистера Сэлинджера (она намного моложе мужа) энергично двинулась к синему пикапу «мазда», стоявшему в проезде.

«У меня есть срочные дела!» – заявила она, отвергая все вопросы и свирепо озираясь. Она села в машину и уехала…

Мистер Сэлинджер держится в отдалении от своих соседей по Корнишу и от охотящихся на него журналистов и общественности. Например, Клара Перри, на протяжении 20 лет бывшая ближайшей соседкой Сэлинджера, руководила детским садом, в который ходили оба ребенка Сэлинджера – Мэтт, ныне ставший актером, и Маргарет Энн, которая ныне взрослая, как и ее брат. Миссис Перри ласково называет мистера Сэлинджера Джерри, но говорит, что ни ее, ни ее мужа ни разу не приглашали в дом…

Миссис Перри сказала, что она сама и ее шестеро детей никогда не открывали ни одной книги мистера Сэлинджера, поскольку «Над пропастью во ржи» в виндзорской школе, в которой учились ее дети, был запрещенной книгой.

По словам миссис Перри, после того, как книгу включили в школьную программу, школа стала направлять группы учеников для посещения мистера Сэлинджера. «Но очень скоро он перестал принимать группы учащихся. Для него это было слишком большой нагрузкой», – сказала миссис Перри[610].

Дж. Д. Сэлинджер (выдержка из открытки, посланной Полу Фицджеральду в декабре 1993 года):

Спасибо, дружище, и за заботу, которую ты проявил в связи с пожаром и состоянием моего жилища. Дом основательно перестроен, и мы теперь, наконец-то, живем в нем… На июнь следующего года намечены мероприятия в ознаменование высадки в Нормандии. По крайней мере, я слышу об этом. Празднования пройдут в Америке, во Франции, Германии. Конечно же, будут речи. И будет множество ветеранов в гавайских рубашках и форменных фуражках. А еще, конечно, там и сям будут длительные рассуждения. Что до меня, то я, по большей части, думаю о том, как молоды все мы тогда были[611].